Четыре Сына. Рождение легенд - И. Барс

– Я думаю… – начала она с серьезным видом. – Что проблема с замужеством у меня сама по себе отпала. В любом случае, становиться чьей-то женой, я никогда не стремилась. Просто положение обязывало. Сейчас меня ничего не обязывает, и я лучше сброшусь с башни, чем подпущу к себе какого-нибудь Айдана. Так… как там твое дело? Продвигается?

Хардраг тут же посмурнел и принялся вновь точить меч.

– Продвигается.

Ну, хоть ответил, и на том спасибо. Энира не хотела оставлять его в покое, поэтому, предположив, что, видимо, свое тайное "дело" Подмастерье осуществляет по ночам, так как днем он постоянно с ней, с любопытством поинтересовалась:

– Смысла спрашивать, что именно ты делаешь, нет. Но меня давно мучает вопрос… Тебе нужен сон?

– Что это вообще за вопрос? Конечно, нужен. Я же человек.

– Ну, я бы не сказала… – тихо пробубнила Энира.

Хардраг все прекрасно расслышал и посмотрел на лиру сумрачным взглядом.

– Бэр, ты, правда, думаешь, что таким образом можно расположить к себе людей?

– Обычных нет, тебя да… – очень уверено сказала она и, померившись с Тэйпом взглядами, мило ему улыбнулась.

Он покачал головой и вновь начал гладить камнем свой меч. Но Энира могла поклясться, что видела, как Подмастерье едва заметно ухмыльнулся.

После этого дня, жизнь начала более-менее налаживаться. Общение лиры с Хардрагом было очень странным общением. Видимо, он решил подсластить горькую пилюлю вынужденного общественного гонения Эниры, снизойдя до разговоров с ней. Светские беседы они не вели, чаще всего спорили, и из всех споров Тэйп неизменно выходил победителем. Энира с удивлением для себя заметила, что его общество ей нисколько необременительно, а временами она ловила себя на мысли, что ей очень даже интересно с ним. Раньше лира никогда не считала себя необразованной девушкой, но пообщавшись две седмицы с Хардрагом, поняла, что ее знания о мире в целом ничтожно малы. Откуда Тэйп все знал, Эни не понимала, но каждый день узнавала от него что-то новое.

К примеру, что аяшские северные барсы водятся не только в Аяше, но и в Гутвальских горах, на юге. Или то, что дарсы делятся на касты по силе и знаниям, так что некоторые из них превосходят многих прославленных мужей из развитых стран. Как-то в одном из разговоров, он упомянул об удивительных бабочках в пустыне Фаджар, которые пьют слезы черепах, чтобы выжить. В другой раз, о ползущих камнях, о волшебном озере Вейлир в Запретном лесу вейланов, о котором никогда не рассказывал Мюроль Жизор, об острове Огненный череп в Мировом океане, что там никогда не жили фархары, что, по легендам, это якобы пристанище иллиров. И еще много-много всего.

Энира сама не заметила, как начала к нему тянуться, стараясь, в очередной раз, вывести Подмастерье на разговор, в ходе которого жадно слушала все, что он говорил. Но, увы, не все было так безоблачно. Бывало, что-то перемыкало у Хардрага в голове, и он не разговаривал с ней целый день, ограничиваясь лишь парой слов. В такие дни было очень тоскливо, и с чем это связано, Энира не понимала. Толи с фазой Чары, толи с ветром с севера, толи потому что у Хардрага был лимит по количеству произнесенных слов за седмицу. В общем, оставалось только смириться.

Сегодня Хардраг почему-то не пришел будить лиру утром. Не сказать, что она очень уж расстроилась, но ей показалось это странным. Хотя может все потому, что было еще слишком рано. Приведя себя в порядок после сна и, быстро натянув легкое платье из голубого атласа (за время проживания в Къюнгонде лира даже начала привыкать к этим вульгарным туалетам), Энира выскользнула в коридор, столкнувшись нос к носу с новым помощником повара, поступившим на службу седмицу назад. Это был парнишка лет шестнадцати, звали его Лени, и, похоже, он не на шутку влюбился в лиру. Так, что его даже не пугали все эти жуткие кровавые бредни про нее.

– О, здравствуй, Лени, – тут же улыбнулась Энира, узнав парня. – Что ты здесь делаешь?

Несмотря на то, что помощник повара был очень бойкий и общительный, перед лирой он слегка тушевался. Вот и сейчас, Лени густо залился краской. Он поспешно опустил глаза, но получилось так, что взгляд его упал на декольте девушки. Парень покраснел еще сильней, вновь посмотрев в глаза Энире. Было такое ощущение, что он сейчас развернется и убежит. А лира не хотела терять последнего человека, который хоть как-то с ней разговаривает.

– Тебя Эберн прислал? – решила она помочь парнишке.

Это сработало.

– Да, он спрашивает, что бы ты хотела на завтрак, – отважно взял себя в руки Лени, кашлянув вначале для смелости.

– Не знаю. Пусть будет овсянка с медом. Слушай, Лени, ты не видел Тэйпа?

– Кого?

– Высокий такой, с бритыми висками. Он со мной еще все время ходит, – описывая Хардрага, Энира активно жестикулировала, показывая высоту и прическу, так как ей показалось, что слов будет недостаточно. Лени словно загипнотизированный смотрел в глаза лире. – Так что, видел?

– Да, видел. Он на площадке за замком, – очень бодро ответил помощник повара, словно проснулся. – Он там каждое утро такие трюки выписывает! Мама дорогая! Если б не знал, то подумал, что он квихельм, не больше, не меньше. Да еще и кемизский дарс.

Энира от души рассмеялась. Если б только парень знал, как близко подобрался к истине.

– Спасибо, Лени. Если что, ты знаешь, где меня искать.

После этого она прошла мимо помощника повара, направившись по длинному коридору, ведущему к лестнице. Спокойной походкой зайдя за угол, она тут же сорвалась на бег, подобрав юбку. Тренировки квихельмов – это всегда захватывающее зрелище, а уж тренировки Хардрага это что-то по-настоящему волшебное.

Споро спустившись по всем лестницам с третьего этажа на первый, лира помчалась по длинному открытому коридору, чтобы добраться до арки, ведущей на задний двор. Она уже почти добежала, но резко затормозила, заметив двух богато одетых женщин, обмахивающихся веерами. Одна из них была в роскошном темно-зеленом бархатном платье со сверкающими на нем драгоценными камнями, другая в более скромном наряде цвета ракуэльского вина.

Энира сбавила шаг и бесшумно зашла за каменную колонну, находившуюся в пределах слышимости. В женщине в темно-зеленом платье она узнала баронессу Адоринду. Насколько было известно лире, она являлась фавориткой Айдана. Рядом с ней стояла ее верная спутница. Имени Энира не знала, но лицо было знакомо.

– Оркус Всемогущий! До чего ж хорош! – с волнующим придыханием сказала дама в красном, интенсивно работая веером, так что смоляные пряди, выпущенные из высокой прически, разлетались в стороны.

Энира глянула туда, куда смотрели женщины, и увидела обнаженного по пояс Хардрага, который выделывал что-то невообразимое со своими мечами.

– Побойся Оркуса поминать при живом-то муже, Эрика, – засмеялась высоким чистым голосом Адоринда.

– Ох, не побоюсь, баронесса. Вы посмотрите на эту ходячую безупречность. Я думала, что нет никого прекраснее нашего короля, но глядя на этого мужчину!.. При дворе нет ни одного мужчины с таким телом. Да я готова своего старика вместе со всем его состоянием обменять хотя бы на одну ночь с этим Инкроном.