Хроники Гелинора. Кровь Воинов - Павел Кувшинов

– Он проворный, – сказал Теор, послав две стрелы. От каждой из них Болди увернулся, перемещаясь из стороны в сторону странными вертикальными прыжками.

– Может, попробуем совместную атаку? – предложил Гард.

– Нет, – ответил Теор. – Я сам с ним разберусь.

– Ты уверен? – спросила брата Филда.

– У меня есть план. А вы продвигайтесь к башне архимагов.

– Хорошо, – кивнула Филда. – Идем, Гард.

Гард не хотел оставлять Теора одного, но не стал спорить ни с ним, ни с чародейкой.

Теор приковал к себе внимание Видящего имена, сделав несколько прицельных выстрелов, от которых гном без труда увернулся. За это время Филда с Гардом успели миновать противника. Когда товарищи пропали из виду, Теор выстрелил еще раз, а затем стал спускаться обратно к жилым районам, лавируя среди разрушений города так, чтобы постоянно быть на виду у Болди и в то же время в любой момент успеть уклониться от его смертоносных бросков.

Видящий имена последовал за наемником, то и дело раскручивая свою пращу. Пущенные им камни вреза́лись в стены, замощенные дворы, бесформенные обломки и другие остатки того, во что превратился Канорин. Камни гнома летели стремительно, развивая скорость подобно эльфийским стрелам, а ущерб, который они наносили, и вовсе превосходил все мыслимые ожидания, учитывая малые размеры снарядов.

Однако Болди все еще не знал имени Теора, и потому камни, хоть и превращенные его магией в смертельно опасное оружие, летели по обычной траектории. Это позволило Теору быстро приноровиться к броскам Болди. Наемник знал, как гном раскручивает пращу, под каким углом и когда ее отпускает. Благодаря этому он уводил гнома за собой все дальше в жилые районы.

Наконец он вновь увидел группу гномов и каменных големов, бесчинствующих в жилых районах. Теор застыл неподвижно так, чтобы один из големов за его спиной оказался с ним на одной линии.

– Кидай свой камень, Болди! – весело крикнул Теор, раскинув руки в стороны.

Мышцы наемника были напряжены. Он напружинился, готовясь к прыжку. Видящий имена, не мудрствуя лукаво, вложил камень в пращу и раскрутил петлю. Теор буквально чувствовал спиной взгляды гномов, находившихся позади него на приличном расстоянии, которое тем не менее вряд ли помешает им испепелить его с помощью драконьих посохов. Наемнику даже показалось, что он слышит, как толстые пальцы гномов нажимают на спусковые крючки оружия, когда камень сорвался с пращи.

Теор отклонил корпус, прогибая спину. Он видел камень, промелькнувший у самого его лица. Окажись наемник чуть помедленнее, всего на какую-то долю секунды, и камень размозжил бы ему голову.

Позади него голема разорвало на куски камнем Видящего имена, а одна из частей, бывшая некогда рукой чудища, снесла голову другому голему. И тот рухнул, взметнув клубы пыли.

Не дожидаясь ответных действий со стороны гномов, наемник сорвался с места, доставая на бегу одну за другой стрелы из колчана. Два его точных выстрела уложили на землю двух драконьих стражей. Те даже не успели вскинуть свои громоздкие посохи.

Задумка Теора оправдала себя сполна, хотя бой еще не был завершен. Все еще оставался в живых один из драконьих стражей, а где-то позади по-прежнему находился Видящий имена.

Последний драконий страж вскинул свой посох. Теор не питал иллюзий по поводу того, что его стрелы опередят жидкий огонь, которым стреляли посохи, и потому вместо того, чтобы принять бой лицом к лицу, он побежал.

Драконий посох изверг из своего жерла широкую струю жидкого пламени, но наемник уже покинул место, где находился секунду назад. Струя темного красно-черного огня уничтожала все на своем пути. Гном, удерживая оружие в руках, стал разворачивать посох, направляя струю пламени вслед убегающему человеку.

Теор бежал что есть сил, перепрыгивая или обегая кучи камней и дерева, которые в основном и остались от жилых домов Канорина. Наемник лавировал и менял направление бега так, чтобы струя пламени не настигла его. Он не оборачивался, но отчетливо слышал, как позади него смертоносный огонь превращает в пепел дерево, камень, сталь – все, до чего дотягивался. И звук этот приближался, хотя наемник продолжал бежать, не снижая скорости.

Теор понимал – единственное, что он мог сделать в такой ситуации, это дождаться, пока в посохе драконьего стража иссякнет топливо. И оно иссякло, когда пламя было уже настолько близко к наемнику, что тот чувствовал его ужасающий жар.

Мышцы Теора, изнуренные смертельно опасным забегом, едва не свело судорогой, когда он, резко остановившись, прыгнул в направлении гнома. Приземлившись на ноги, перекатился через голову и выстрелил в драконьего стража, который уже заканчивал засыпать в небольшое отверстие на поверхности посоха красный порошок из маленького кожаного мешочка. Гном даже успел подкрутить какие-то рычажки на посохе, когда красноперая стрела угодила ему между глаз.

Драконий страж осел на землю, все еще сжимая в руках ставшее уже бесполезным оружие.

Не успел Теор даже перевести дыхание, как услышал нечто со свистом рассекающее воздух. Забыв напрочь об осторожности, наемник круто развернулся к летящему объекту и, перебросив оружие в правую руку, ударил по нему плечом лука.

Брошенный Видящим имена камень столкнулся с черным луком наемника и, разломав его на мелкие кусочки, продолжил движение, врезавшись в остатки здания шагах в десяти от наемника. Сила удара увлекла руку Теора, державшую лук. Запястье громко хрустнуло, вывернувшись под неестественным углом.

Теор не удержался и рухнул на колени. Стараясь не обращать внимания на боль, тут же вскочил и, прижимая правую руку к груди, побежал к поверженному драконьему стражу. Тут в землю прямо позади него что-то ударило, и наемника швырнуло вперед и вверх. Пролетев полдесятка шагов, он упал прямо на тело драконьего стража, ударившись и без того сломанной рукой о его металлический нагрудник. На мгновение боль затмила весь окружающий мир, однако Теор сумел-таки удержать сознание на краю беспамятства.

Он тяжело встал и ногой отпихнул мертвого гнома, все еще державшего в руках свое оружие.

– Вижу. Болди видит, видит имя! – донесся сзади торжественный голос Видящего имена.

Только теперь наемник понял, что на нем больше не было маски – видимо, свалилась при его падении. Теор кое-как сумел поднять драконий посох одной рукой. Прижал его к себе плечом поврежденной руки и упер одним концом в землю. В этот момент он увидел гнома.

– Имя, имя, имя, имя… – как заговоренный повторял Болди. На его лице расплылась глупая широкая улыбка, тогда как невидящий взор был устремлен куда-то вдаль, мимо Теора.

У наемника не было времени разбираться, как работал посох, ему оставалось лишь надеяться, что прежний хозяин успел его зарядить. Болди раскрутил пращу и кинул камень в наемника, а Теор в свою очередь нажал на спусковой крючок драконьего посоха, направив жерло на гнома.

Оружие исторгло струю жидкого красно-черного пламени. Отдача была такой сильной, что Теор едва не выронил оружие, а по поврежденной руке разлилась боль от сломанного запястья до самого плеча. Несмотря на это, наемник не только удержал посох, но и не позволил струе пламени отклониться.