Лицо для Сумасшедшей принцессы - Татьяна Устименко

Я положила руку на свой живот, желая уловить шевеление крохотного существа, поддержать самого дорогого и близкого человечка, тихонько дремлющего под моим сердцем. Здравствуй – сын мой, Люцифер, дитя Утренней звезды! Я готовлюсь подарить тебе весь этот чудесный мир с его ветрами и туманами, реками и пустынями, городами и лесами. Я научу тебя любить и верить, ждать и надеяться, брать все и отдавать себя без остатка. И я четко знаю – твоим крохотным пальчикам суждено крепко сжать струны вселенского равновесия и управлять ими сурово, но справедливо. Да будет так!

Шлюпка, высадившая меня на берег, давно скрылась из виду, вернулась на корабль, шедший с Поющего острова до окраины Ликерии. Отважный капитан, настоящий сорвиголова в красной бандане, на прощание крепко пожал мою руку и подмигнул так неприкрыто лукаво, что выглядело красноречивее сотни пожеланий успеха и благополучия. И я поняла, что если мне неожиданно понадобится помощь, я вполне могу положиться на этого нечаянного друга, посланного благим провидением. Но сейчас мне хотелось побыть одной. Сейчас еще не настало время задумываться о будущем, вспоминать плохое или размышлять, куда в первую очередь направить свою тропу странствий, ведущую меня к какой-то безусловно важной, но пока не понятной, скрытой в тумане цели. Мой путь не должен кануть в пустоту. Нет, я четко осознавала, что впереди меня ждет что-то невыразимо ценное, что-то жизненное и значимое…

Но сегодня я не стану соревноваться с неутомимой выдумщицей-судьбой. Я дождусь заката и разобью скромный лагерь в тени этих высоких скал. Соберу обломки выброшенных на берег досок и достану из походной сумки непритязательный ужин – хлеб, сыр и краснобокие яблоки. А с наступлением темноты, я разожгу костер и прослежу, как золотистые искры разгоревшегося пламени поднимутся в небо, образуя тонкую, хрупкую дорожку между мной и многоликой вечностью. Филигранный мост прогнется под невесомыми шагами, когда привлеченная теплом и светом, ко мне спустится призрачная душа ушедшего в небытие Астора, и уютно устроится по другую сторону огня. Он обязательно придет сегодня – мое нереальное, горькое, краденое счастье… И тогда я загляну в любимые глаза, почувствую биение родного сердца и спою ему новую песню, песню своей надежды:

Струна на гитаре звенит и дрожит,

Меня уводя в пустоту, и во тьму,

А путь мой отныне в те земли лежит,

Где ветер нашепчет: «Не верь никому!»

Не верь в одинокий, кровавый рассвет,

В осколки желаний и пепел миров,

В горячее «да» и холодное «нет»,

Но в небо взлети, уходя от оков

Ты вслух заклинаний уже не кричи,

О боли и страхе навек позабудь,

Себя оправданием зря не лечи,

И жалу кинжала позволь отдохнуть

Тебе не достать с небосвода звезду,

Уже не разрушить судьбы круговерть,

Тихонько пройдя по застывшему льду,

Тебе не осилить безликую смерть

Но можно согреть чью-то мертвую кровь,

И в жизнь распахнуть заржавевшую дверь,

И в смерти – бессмертна святая Любовь!

На это – надейся… И в это – поверь…