Ричард Длинные Руки - ярл - Гай Юлий Орловский

Челюсти мои сжались, чтобы не выпустить испуганного вопля. Зайчик, повинуясь моей команде, ринулся вперед, копыта простучали по брусчатке, искры вылетают длинные, красивые, конь скачет как по мелководью огненной реки.

Когда я уезжал, на этом месте заканчивали разбирать остатки южной башни. Сейчас на ровном очищенном месте я с трепетом во всем теле увидел странно укороченную башню: как будто ее вершина лежит прямо на земле – широкое каменное кольцо с зубцами, напоминающее гигантскую корону. Камни толстые, массивные, добротные, но какие-то новенькие, как будто только что выплавленные, созданные….

Мартин проговорил за спиной лязгающим голосом:

– Ночью… прямо из земли!.. Ко мне прибежали, кричат… Я был в казарме, глазам не поверил…

Я спрыгнул с Зайчика. Ноги подогнулись, но заставил себя выпрямиться, все на меня смотрят, подошел к каменной громаде, она чуть выше моей головы. Протянул руку, пальцы коснулись шероховатого камня, еще теплого, как подсознательно и ожидалось.

– Все хорошо, – проговорил я громко. – Все правильно!.. А вы что ожидали? Если вы залечиваете свои раны, то почему замок не может?.. Он столько лет смотрит на вас, пора бы уже и научиться!.. Все мы учимся чему-то друг от друга. Так что закройте варежки, все правильно. А ты, лапушка, расти-расти. До прежнего уровня. Молодец, я тебя люблю!

Мартин ахнул, а за ним ахнули и попятились его воины. От моей ладони побежала красная ветвистая молния и тут же растворилась в камнях. Под ногами чуть дрогнуло, заворчало. Слабость вошла в тело и пронзила до самых пят, в глазах помутилось. Пальцы соскользнули по камню, я со страхом подумал, что теряю сознание и падаю, крепко попытался опереться о стену, под ногами приглушенный рык, и тут сообразил, что пальцы скользят потому, что камни уходят вверх, вверх!

Башня поднималась медленно и с достоинством. Каменные блоки поблескивают, как будто осыпанные кусочками стекла, от них пышет жаром, в недрах скального массива формируется эта упорядоченная структура, наверх выдавливается то, что и было запрограммировано…

Я отступил, в теле все еще страшная слабость и очень хочется есть, Мартин опомнился, ударил себя кулаком в бок. Железо глухо звякнуло, он проговорил с нервным смешком:

– Так это вы ей велели… появиться?.. Сэр Ричард, ну и напугали вы нас!

– Правда? – спросил я.

– Ну да! Что ж не предупредили, мы бы не так тряслись…

Я сдвинул плечами.

– Да некогда было. Это я уже за тридевять земель вдруг вспомнил, что теперь дорога вовнутрь открыта Касселю или Лангедокку. Да всем открыта. Вот и того… ну, сам понимаешь… на расстоянии.

– Нет, – признался он честно, – не понимаю. Все слышали, конечно, что эту крепость не выстроили, а вырастили из скал Древние Ярлы, но это ж в те времена, а мы живем в эти! То Древние Ярлы, а то мы!

– Мельчает народ, – согласился я. – Раньше и снег был белее, и трава зеленее, а сейчас что? Тьфу. Ну ладно, приди в себя. Что тут странного, что замок слушается хозяина? Самая паршивая собака и то зализывает раны!.. Давай рапортуй, как Сивка-Бурка, какие новости за время моего отсутствия? Какие происшествия?

Он все еще вздрагивал и оглядывался на башню, но я встал так, чтобы он не видел, как масса упорядоченного камня продолжает медленно выдавливаться из скального массива.

– Происшествия? Ваша милость, какие происшествия? Как только Его Величество отбыли, все попадали и спят без задних ног. Только несколько верных стражей и бодрствуют… да и то потому, что пинаю. Вот ждем возвращения Его Величества. А как получилось, что вы внезапно исчезли из замка… а теперь возвращаетесь уже на коне?

Я сделал неопределенный жест рукой.

– Ты даже не можешь предположить, что я выскользнул незаметно за ворота?

– Не могу, – ответил он твердо.

– Почему?

– Я сам подбираю часовых, – подчеркнул он. – И время от времени проверяю.

Я вздохнул.

– Я не встречал лучшего начальника стражи. Правда! Мартин, прошу тебя, доверяй мне. Я не сделал ничего дурного, более того…

Он впился в мое лицо острыми, как наконечники стрел, глазами.

– У вас были трудности?

Я вздохнул.

– Соблазн был, дорогой Мартин! Такой соблазн, какой еще никогда – никогда… Я даже не понял до сих пор, то ли я святой, то ли полный дурак.

Он наконец усмехнулся.

– Вы не святой, но и не дурак.

– А кто?

Он покачал головой.

– Вы – мой господин, это я знаю твердо.

Я отмахнулся.

– Ладно, уклонист. Пойду малость отряхну пыль со своих рамен и чресел. Кстати, как с герцогиней?

Он помрачнел, глаза потемнели.

– Настоящая хозяйка. В первую очередь думает о замке, людях. Дочери еще ничего не знают!.. Гости уехали, теперь обе гуляют по замку без боязни, что их обидят в их же доме. Щебечут, бедняжки.

Я развел руками, вздохнул.

– Знаешь, Мартин… Не хочу загадывать далеко вперед, но вполне вероятно, что однажды протрубит рог, ворота распахнутся, герцог въедет под арку целый и невредимый.

Он вздрогнул, впился в меня острым взглядом.

– Вы… что-то знаете?

– Видение у меня, – ответил коротко. – Паладины могут зреть будущее.

Едва открыл дверь в покои, Пес напрыгнул на грудь, прижал к стене, стоя на задних лапах и упершись передними мне в грудь. Я тщетно пытался увернуться от обжигающего языка. В коридоре простучали каблучки, ехидный голосок крикнул издали:

– Видишь, Даниэлла, эти провинциалы с Севера умеют целоваться только с собаками…

Я оглянулся, леди Дженифер и леди Даниэлла шествуют красиво и чинно, взявшись за руки, яркие и свеженькие, как наливные яблочки. Дженифер смотрит дерзко, беленькие зубки блеснули не столько в улыбке, словно в страстном желании вцепиться, как питбуль, и повиснуть, поджав лапы, а леди Даниэлла кротко улыбнулась, мягко и застенчиво, словно извиняясь и за сестру, и за то, что вообще существуют.

– Откуда ты знаешь, – мягко упрекнула она сестру. – Может быть, у сэра Ричарда все не так…

– А как? – спросила Дженифер. – Хочешь сказать, что у него, как у людей, могут быть жена и дети?

Они уже прошли мимо по коридору, надменно задирая мордочки, я сказал в прямые спины:

– Знаете, юные леди, чем отличается собака от жены?! Даже через годы собака всегда рада вашему приходу!

Даниэлла шагнула было дальше, но Дженифер остановилась, будто я натянул невидимые вожжи. Повернулась, прекрасная в разгорающемся гневе, и когда это я успел ее разозлить.

– Вы очень галантны, сэр Ричард!

– Да, – ответил я гордо, – с женщинами говорить умею!.. Все мы читали Ницше.