Контрразведка Future - Василий Головачев

В двенадцать часов дня по среднесолнечному времени, что соответствовало времени нулевого меридиана Земли, Маккена вышел из терминала метро Умбриэля, совершив за одну минуту два гиперпространственных прыжка: из метро Мичигана в Центро-СПАС под Рязанью – на восемь тысяч километров, где располагался один из самых закрытых транспортных узлов, а оттуда – к Урану, который от Земли отделяло расстояние в два миллиарда восемьсот миллионов километров. Двойной переход потребовался ему для того, чтобы системы контроля общественного метро Солнечной системы не могли зафиксировать код конечного пункта линии метро. СПАС-центр Управления аварийно-спасательной службы России имел более защищённые линии, исключающие возможность пеленгации и перехвата.

В ангаре метро базы было холодно, сила тяжести держалась на уровне лунной[41], но передвигаться по коридорам базы это не мешало, Маккена хорошо переносил и полную невесомость, и дикий космический холод.

Его встретил виф обслуживания базы, выглядевший как молодой человек в костюме техника.

– Прошу вас, мистер Маккена, я провожу.

– Сгинь, – проворчал Рудольф, – я знаю дорогу.

Видеофантом исчез.

Через минуту, встретив всего одного человека, дружески ему кивнувшего, Маккена вошёл в служебный модуль начальника базы.

Его ждал сюрприз: Сэмюэль Бильжо был не один. Кроме него в кабинете вокруг прозрачного столика сидели трое: хозяин модуля, коренастый, большеголовый, с пушистыми усами и баками, с крючковатым носом, а также руководитель «Сокола» генерал Воеводин и его ближайший помощник Иван Грымов.

– Добрый день, – поздоровался Маккена, не выдавая своего любопытства; ему это далось легко, лицо командира спейсера «Ра» редко отражало какие-либо эмоции.

– Садитесь, – пригласил его Бильжо.

Воеводин привстал, протягивая руку, что было признаком расположения: он уважал Маккену, и Рудольф это ценил.

Подал руку и Грымов, кажущийся совсем мальчишкой среди этих серьёзных сдержанных людей.

– Кажется, назревает поход? – хладнокровно сказал Маккена, ни к кому в особенности не обращаясь.

Руководители сверхсекретной службы человечества, призванной защищать людей от проявленного не один раз инозвёздного, а точнее – «завселенского» врага, переглянулись.

– Вы как всегда правы, Рудольф, – кивнул Воеводин. – Проявился Вирус.

– Где?

– Пока не у нас. Иван, введи полковника в курс дела.

Грымов вытянул руку, на запястье у него мигнул красным огоньком «Ролекс», объединявший в себе органайзер, мобильный виом и компьютер. В пирамидальном объёмчике передачи возник белый паучок, превратился в лист записи.

Маккена внимательно прочитал текст сообщения магелланцев, посмотрел на Воеводина.

– Вопрос можно?

– Валяйте.

– Что такое Бомба Хаоса? Не «нульхлоп»?

– Вряд ли, «нульхлоп» – это генератор банальной свёртки пространства, а тут, видимо, речь идёт о принципиально новом для нас явлении.

– Мы на ВВУ? – Речь шла об императиве «внезапно возникшая угроза».

– Пока на «ползучей змее», – сказал Грымов. – Не хотим поднимать панику.

– Что требуется от меня?

– Вы уже догадались – поход.

– Хорошо иметь дело с понимающим человеком, – благожелательно улыбнулся Сэмюэль Бильжо.

– Он профессионал, – пожал плечами Воеводин. – Рудольф, мы проверяем все возможные варианты нанесения удара по Солнечной системе. Наш консультант утверждает, что Вирус просчитал последствия запуска Дженворпа глубже нас.

– Кто консультант?

– Доктор физматнаук Шапиро. Он посоветовал сделать три быстрых и очень далёких рейда в космос. Первый – к Омеге Кентавра, где вы обнаружили Ось Зла.

– Я готов. Хотя экипаж надо доукомплектовать.

– Это не проблема. С вами полетит и сам Шапиро, и, возможно, группа десанта.

– Как прикажете. Нужен оператор ЗУ[42].

– Плюс опытный инконик.

– В качестве инконика я хотел бы взять Розу Линдсей.

Воеводин и Грымов обменялись короткими взглядами.

– Но Роза пережила операцию по пересадке… – начал Грымов.

– Она в порядке, сердце не беспокоит, мы прошли все виды тестирования кардиосистемы. К тому же она специалист по КАЯ[43].

Воеводин побарабанил пальцами по мослатому колену, помолчал.

– Ей придётся пройти медкомиссию.

– Пройдёт. Если понадобится, мы подпишем медицинские обязательства СРАМ.

– Хорошо, закрыли тему.

– Сколько у меня времени на подготовку?

– Одни сутки.

Маккена кивнул, не меняя выражения коричневого, бугристого, твёрдого лица.

– Техническая упаковка?

– На базе заканчивается погрузка на борт «Ра» всего необходимого. На рейд вам отводится всего неделя, а лучше, если вы вернётесь раньше. Нужно нырнуть к Омеге, убедиться в том, что Ось Зла взорвалась, а скопление продолжает благополучно существовать.

– Или тоже взорвалось, – сморщился Грымов.

– Или тоже взорвалось, – согласился Воеводин. – После возвращения мы соберёмся на совет, а вы сделаете прыжок по вектору Кентавр – Паруса. В том направлении движется гигантская струя галактик, так называемый «тёмный поток», и мы подозреваем, что причина этого явления связана с деятельностью Вируса.

– Мне нужна полная картина происходящего, все гипотезы и анализ аномальных зон.

– Без проблем, пообщаетесь с нашим Стратегом.

Маккена кивнул: Стратегом называли огромной мощности инк Федеральной службы безопасности, хранящий все базы данных тревожных служб.

– Вы говорили о трёх рейдах, два понятны, куда третий?

– Идёт обсуждение, мы ещё не решили точно, однако скорее всего это будет поход к Аттрактору Крестовского под названием Стена.

– Три миллиарда световых лет, – добавил Грымов извиняющимся тоном.

– Ого! – удивился Маккена, глянув по очереди на руководителей контрразведки. – Далековато.

– Далеко, – сочувственно кивнул Воеводин. – Так глубоко в космос не прыгал ни один наш спейсер, мы будем первыми. Однако необходимость этого шага прямая, депеша магелланцев прямо указывает на угрозу, исходящую из этого района метадомена. Надо слетать и посмотреть, что там происходит.

– Далеко, – повторил Маккена, качнув головой; в данный момент он думал о жене – выдержит ли она такой далёкий прыжок, несмотря на заменённое сердце.