Лекарство от смерти - Сергей Раткевич

— Э-э-э… да… — откликаешься ты.

Владыка вновь преображается. Теперь ему на вид лет двадцать пять.

— Позволь представиться, — ухмыляется он. — Я молодой, но преуспевающий горшечник Джерет, перебрался в столицу совсем недавно, но намерения у меня вполне серьезные, сам понимаешь.

— Горшечник?! — потрясение выдыхаешь ты.

— Да, — горделиво кивает он. — Мне почему-то всегда нравилось горшки обжигать. Это куда интереснее, чем править. Это ведь такое ремесло, что даже Богам не под силу!

— С ума сойти можно! — невольно вырывается у тебя.

— Не стоит, — качает головой он. — Давай лучше дружить будем? Может ведь рядовой «Старших Братьев» дружить с преуспевающим горшечником? Я точно знаю, что может, Эргарет, к примеру, дружит с водовозом и конюхом.

Он открывает дверь и приглашает тебя в дом.

— Неужели горшки интереснее? — переступая порог дома, спрашиваешь ты.

— Побывал бы ты хоть раз на Совете высоких лордов, не задавал бы этого вопроса, — отвечает он.

— Джер, а когда ты все успел?

— Что именно?

— Все это — дом купить, в гильдию вступить?

— Магия Зари… — пожимает плечами он. — Люди считают, что я уже месяц здесь живу.

— А дальше? Все ведь будут инстинктивно опознавать в тебе высокого лорда, никто не поверит, что ты простой горшечник.

— Поверят. Чтобы сдерживать свою магию, силы нужно гораздо больше, чем для того, чтоб сотрясать горы, но это вполне возможно. Придешь ко мне в гости через пару дней, сам убедишься.

Он кладет ладонь на гончарный круг.

— Если тебе когда-нибудь понадобится горшок… или кувшин… я всегда к твоим услугам, — подмигивает он. — А теперь — главный подарок!

Он замолкает, прикрывает глаза и на миг превращается в прежнего Владыку Зари.

— Так. Сейчас… ага, вот!

На ладони его вспыхивает крохотная искорка.

— Как ты думаешь, Крэллин, что это?

— Не знаю, — отвечаешь ты, завороженный волшебным сиянием.

— Протяни руку, — командует Владыка.

Ты протягиваешь, и он пересаживает искорку на твою ладонь.

— Нравится? — спрашивает он заговорщическим тоном.

— Да. А что это?

— Жаль, я не могу подарить ее тебе самому, — разводит руками он. — Но я дарю тебе возможность передать ее кому захочешь. Это — Заря, Крэллин!

— Что?! — Ты словно загипнотизированный таращишься на крохотное пятнышко света, танцующее на твоей ладони. — Этого не может быть!!!

— Я тоже так думал. — Владыка Зари улыбается, глядя на огонек в твоей руке.

«Или теперь уже не Владыка?! Ведь Заря — не у него!»

— Теперь уже просто Джер, — спокойно и с облегчением кивает он. — Право слово, жаль, что ты не можешь взять ее себе. Вовсе не плохой Владыка из тебя получился бы. Но, кажется, у тебя достаточно много хороших знакомых среди высоких лордов? Вот и подумай — кому.

— Но ведь так не бывает! — восклицаешь ты. — Заря сама избирает… и только после смерти прежнего Владыки…

— Большинство так думает до сих пор, — кивает Джерет. — А мы с тобой относимся к меньшинству, которое знает, что это не всегда так.

— Но почему же тогда раньше никто…

— А потому что ни один высокий лорд не хотел расстаться с ней добровольно, — отвечает Джер. — Цеплялся за нее зубами и когтями. До самой смерти, до последнего дыхания… вот она и должна была сама искать себе носителя. После смерти Владыки. Если учесть, какие у меня были предшественники… не слишком-то хорошо она выбирала. Зато когда я захотел отказаться от нее добровольно, сразу выяснил, что это вполне возможно. Что она даже рада предоставить выбор кому-то другому. Ну а я решил предоставить его тебе. Чем не благодарность за спасение жизни — самому выбрать нового Владыку Зари? Стать на миг превыше Закона, ведь тот, кто выбирает, выше того, кого он изберет! Пусть на мгновение, но сравняться с Богами?!

Ты смотришь на чудесный огонек у себя на ладони. Он греет, но не обжигает. Даже странно, что это — та самая грозная Заря, способная рушить горы и возводить на их месте новые.

— Я… вынужден отказаться! — решительно говоришь ты. — Я… кто я такой, чтоб за всех решать?!

— Это ты кому-нибудь другому скажи. — Бывший Владыка, нахально улыбаясь, берет в руки здоровенный ком глины. — Горшечнику Джерету это не интересно.

— Почему я? Пусть это будет кто-нибудь более опытный!

— Вот и выбери его, — кивает Джерет, начиная вращать гончарный круг. — Мне ты ее вернуть уже не сможешь. Ну, хочешь — проверим?

Он подставляет перепачканную глиной ладонь.

— Попробуй, верни ее назад, — хитро подмигивает он.

И у тебя ничего не выходит. Огонек не желает прививаться к его ладони. Точно так же когда-то не могла взять руну Тисаф.

— Иди, выбирай! — подмигивает тебе Джерет. — Получи удовольствие от своего подарка. А меня как-нибудь позже навестишь. Может, горшок купишь…

— Куплю, — бурчишь ты. — Чтоб надеть тебе на голову!

Джерет весело хохочет.

— Нельзя, нельзя «Старшим Братьям» обижать ни в чем не повинных горшечников! Ты что, не знаешь, что слезы невинных насквозь прожигают даже ваши грозные черные плащи?! Не захочешь же ты ходить в дырявом плаще, как дурак какой-нибудь?!

Ты только теперь понимаешь, что натворил этот мерзавец. Ответственность за судьбу страны с этого момента целиком и полностью легла на твои плечи. Пока эта искра в твоей руке… И ошибиться нельзя! Нельзя ошибиться.

Тебе так хочется достойно отомстить за такой вот, с позволения сказать, «подарочек», ты обшариваешь голову в поисках достойного прощального слова и внезапно находишь.

— Так ты собираешься быть простым горшечником? — ехидно интересуешься ты. — Ты, верно, и сам не понимаешь, насколько ты властен. Власть — твое дыхание и твоя суть. Ты решил сбежать от всего этого, стать простым смертным, и надеешься, что я буду ходить в гости к простому горшечнику? Ошибаешься, я буду ходить в гости к главе гильдии! И очень скоро, если я хоть что-то понимаю в этой жизни!

Ты с радостью замечаешь, как вытягивается лицо этого дезертира, все ж таки тебе удалось отплатить ему хоть чем-то!

Хлопок дверью служит достойным завершением твоей речи.

«Все равно заходи!» — весело звучит в твоей голове, и ты понимаешь, что так ничего и не добился.

«Вот исцеляй таких! — мысленно бурчишь ты. — Не успеешь исцелить, как они над тобой издеваться начинают!»

Ты смотришь на искорку у себя на ладони. Крошечный огонек… Ты пытаешься увидеть его как руну и понимаешь, что это невозможно. То есть возможно, но… твоих глаз просто не хватает, чтобы вместить увиденное. За маленькой искоркой стоит такое… ты идешь по улице и несешь на ладони… нет, не грозу, гроза — это слишком недостаточное определение, слишком маленькое, хоть и красивое. В своей правой руке ты держишь причину всех гроз.