Кардонийская петля - Вадим Панов

Ну и блестящий талант Гуды, разумеется, куда же без него?

Нестор тем временем отошёл от карты, расположился в кресле – Антонио последовал его примеру – и продолжил:

– Кардонийская кампания окончательно доказала, что следующую войну выиграют учёные. – Ему не терпелось поделиться с умным слушателем плодом недавних раздумий. – Ушерская армия в три раза меньше приотской, но благодаря превосходству в оснащении островитяне наголову разбили землероек, захватили огромные территории и, если бы не тактические просчёты, обязательно победили бы.

– Тактические просчёты оказались сильнее великолепного оснащения?

– Такое случается, – кивнул Гуда. – И это нормально, потому что в противном случае война свелась бы к тупому противостоянию бронетягов и цеппелей.

– Но и без машин никуда…

– Печально говорить, но учёные Ожерелья обязаны озаботиться созданием новых машин, – вздохнул Нестор. – Иначе Компания задавит Ожерелье. Талант должен подкрепляться соответствующей материальной базой.

– У Дагомаро был план, – странным тоном произнёс дар Антонио.

Однако увлёкшийся Гуда его не услышал.

– Новые рода войск возникают буквально на глазах, меняется тактика, появляется масса интереснейших способов ведения боя и даже сражений. Учёные меняют облик войны, и жаль, очень жаль, что мы потеряли Гатова.

– Есть и другие умники, – протянул Антонио. Однако думал он о чём-то своём.

– Но почему они не работают на нас? – тут же осведомился Нестор. – Почему мы до сих пор не знаем, кто входит в Клуб Заводных Игрушек и существует ли он вообще? Почему мы плюём на тех, кого молва называет гениями? Усилия всех тайных и явных служб адигенских миров должны быть направлены на то, чтобы лучшие умы Герметикона придумывали новое оружие. Я не собираюсь отбиваться от галанитской техники палками и камнями.

– Говоришь так, словно тебя уже назначили командующим объединённой адигенской армией, – заметил дар Кахлес.

– Мы оба знаем, меня назначат командующим, – улыбнулся Гуда. – Следующая война станет моей.

– Если ты не разобьёшь голову в каком-нибудь дурацком поезде.

Широкая публика о приключениях знаменитого путешественника и знаменитого военачальника у Змеиного моста не ведала, а вот Антонио – ведал. И остался крайне недоволен бесшабашной выходкой брата и загратийца.

– Я помогал Помпилио, – пожал могучими плечами Гуда. – Дело чести.

– Ты – дар, – жёстко напомнил лингиец. – Ты несёшь ответственность за свою страну, так что хватит рассуждать о чести. Ты обязан быть прагматичным и вести дела к выгоде для государства. Такова твоя прямая обязанность.

– Помпилио говорил нечто подобное, – припомнил Нестор. Он признавал за Антонио право на неудовольствие, поэтому не стал огрызаться, а просто вернулся к интересующей его теме: – У тайной полиции есть представление, как следует искать членов Клуба?

– Не волнуйся, мы понимаем важность этих людей и делаем всё, чтобы с ними встретиться. Я рад, что операция на Кардонии развивается по плану. – Дар Антонио тоже умел прыгать с темы на тему. – А сейчас извини, мне нужно встретиться с Дагомаро.

– Передавай ему привет, – хмыкнул загратиец.

– Не думаю, что это будет уместно, – обронил Антонио.

Обронил тем же странным тоном, который уже прорывался у него при упоминании ушерского консула.

* * *

– Вы хотели меня видеть.

Йорчик вошел в кабинет Дагомаро с улыбочкой победителя. Не смог сдержаться, даже пытаться не стал, потому что в его понимании приглашение от консула означало одно: гордый Винчер сдался и готов поделиться тайной. О причинах неожиданной покладистости Руди не думал – какая разница? Но предположил, что адигены спасли Дагомаро от поражения не за красивые глаза, наверняка выставили счёт за услуги, вот Винчеру и потребовались козыри, чтобы не оказаться в роли марионетки. Или же консул решил отомстить адигенам за помощь: как любому галаниту, Йорчику было чуждо чувство благодарности. Или ещё что-нибудь, не важно. Главное же заключается в том, что Дагомаро наконец-то осознал: без помощи великого учёного ему не справиться. А из великих, после исчезновения Гатова, остался только он – Рудольф Йорчик.

Все эти приятственные мысли и заставили галанита не только гаденько улыбнуться, но и самодовольно произнести:

– Вы хотели меня видеть.

Руди не спрашивал, он утверждал, и резкий ответ Винчера стал для него ушатом холодной воды:

– Нет, не хотел.

– Нет?

«Секретарь ошибся? Дагомаро надо мной издевается? Ненавижу!»

Мысли замельтешили хороводом, отразились на лице и вызвали горький смех консула:

– Я не хочу иметь с тобой дел, галанит, но придётся. Остальные ещё хуже.

– Адигены выставили непомерный счёт? – осведомился приободрившийся Руди.

– Они очень жёсткие переговорщики, – после короткой паузы признал Дагомаро.

– И склонны к оригинальным подаркам, как я вижу. – Йорчик сделал шаг к столу. – Вы позволите?

– Да, – странным тоном ответил консул. – Прошу вас.

Бамбада лежала на чёрном бархате в раскрытой шкатулке полированного ореха и выглядела изысканной игрушкой: смертоносная сталь пряталась под роскошной узорчатой вязью, золотыми насечками и несколькими крупными бриллиантами.

– Красивая, дорогая, но бестолковая, как всё адигенское, – прокомментировал оружие Руди. – Всего один патрон, и чтобы выстрелить повторно, нужно потерять драгоценное время.

– Второй выстрел не понадобится.

– Что вы имеете в виду?

– Не важно. – Дагомаро захлопнул шкатулку и посмотрел Йорчику в глаза. – Вы правы, Руди, мне вывернули руки. Миротворцы сопроводили свою помощь несколькими весьма жёсткими условиями, которые вызвали… гм… мой гнев.

– Вас предупреждали, что адигены гораздо хуже Компании. Рано или поздно…

– Оставьте, – брезгливо отмахнулся консул. – Я не собираюсь выслушивать галанитские глупости, и вы, Руди, должны понять, что я говорю с вами не потому, что хоть сколько-нибудь симпатизирую Компании или Галане. Я хочу отомстить.

– Вы выбрали правильного собеседника.

О таком развитии событий Руди даже мечтать не мог. Тупые адигены ухитрились так разозлить Дагомаро, что он отдаёт их злейшим врагам супербомбу! Без условий! Или с условиями?

– Чего вы хотите взамен?

– Не бойтесь, Руди, ничего, – презрительно усмехнулся Винчер. – Дело в том, что я очень мало могу вам дать, и требовать за такую малость плату было бы верхом бесчестья… Впрочем, вы не поймёте.

Спорить Йорчик не стал. Он прекрасно знал, как относятся к галанитам в Герметиконе, и не собирался портить сделку, разыгрывая оскорблённую невинность. Гораздо сильнее его волновал другой вопрос: