Белорские хроники - Ольга Громыко

- Не успеем, - трезво оценил ситуацию капитан. - Вон как мчится, будто вовсе над водой. Настигнет еще до входа в залив.

Клубящиеся грозовые тучи расползались по небу, как капающая в воду кровь, посверкивая зарницами. Ветра по-прежнему не было, но перед ловцом охотничьими псами катились валы, и первый уже раззявил на нас пенную пасть.

- Керр, ты можешь что-нибудь сделать?!

- Держитесь!

Рука вспомнила обжигающее ощущение раньше, чем я ухватилась за ближайшую снасть. Страха не было: я знала, что выстою. И помнила, что будет дальше.

Море брезгливо выплюнуло обслюнявленный корабль.

- Нет! - кашляя, заорал маг. - Если уж Висельт с помощниками не смогли...

- Но ведь они сняли заклятие!

- Заклятие - да. Но, видно, королева ожидала предательства советников и замкнула ловца на себя! А маги лишь спустили его с привязи, и теперь он носится по морю, кидаясь на всех, как бешеный!

Половина команды, не выдержав, попрыгала за борт - в тщетной надежде, что ловец пройдет только по кораблю. Помощник сражался с мокрой, орущей и царапающейся кошкой, не давая ей выбраться у себя из-за пазухи.

- Ну хоть попытайся!..

- Бессмысленно! Тут нужно очень сложное и длинное заклинание, я даже не успе...

Корабль захлестнула новая волна. Тьена, пытавшегося перебраться ближе к Керрену, чуть не снесло за борт.

«Сразу видно, кто воин, а кто маг, - совсем не к месту мелькнуло в голове. - Один первым делом проверяет, на месте ли висящий на шее амулет, второй хватается за пояс с мечом».

По палубе застучали капли, но волны тут были уже ни при чем. Я, не выпуская веревку, осела на пол. Облизнула губы - пресная дождевая вода показалась сладкой, как эликсир для прорицания. И холодной, как черепица на замковой крыше.

...Гроза, горы, море... взгляд стоящего напротив человека - и пронзающий грудь клинок...

- Тьен, какое сегодня число?!

Одноглазый изумленно воззрился на мокрую идиотку: тут свое имя забудешь, не то что дату!

- Ну пожалуйста, вспомни!

- Семнадцатое...- попытался сосредоточиться мужчина. - Или восемнадцатое?

- Семнадцатое, - подтвердил капитан - единственный, кто стоически переносил удары судьбы и волн. - У нас с женой вчера годовщина свадьбы была.

- А у меня сегодня день рождения.

- Поздравляю, - буркнул Тьен, вместо цветка снимая с плеча и швыряя мне под ноги бурую ленту водоросли.

- Мне исполнилось двадцать пять лет, - отстраненно продолжала я. Воспоминания и реальность накладывались друг на друга, как два витража, образуя новый, непредсказуемый - хоть и предсказанный! - узор. Такой совершенный и единственно правильный, что разбивать его было бы кощунством. - Доставай меч!

- Чего? - растерялся Тьен.

- Ты должен меня убить!

- Зачем?!

- Я это во сне видела...

- И что? Мне как-то памятник на собственной могиле приснился, так надо было скорей бежать к скульптору и заказывать?

- Но я же пифия! Все, что я пророчу, для чего-то нужно и важно!

- Риона права, - неожиданно сказал Керрен. - Ради создания ловца Терилла убила молодую чародейку, и если попробовать сплести из похожей смерти ключ...

- Вот сам ее и убивай! - Тьен попытался всучить меч другу, но тот отпрянул и возмутился:

- Я же теоретически рассуждаю! Что ты из меня какого-то Висельта делаешь?

- Ребята, не ссорьтесь! - взмолилась я. Вот уж где шутка судьбы: я два года бегала от этого пророчества, как собака от репья на хвосте, а теперь сама упрашиваю его осуществить. - Никакое это не убийство. Керрен же говорил, что у меня есть шанс вернуться в свое тело.

- Да, но насчет одного к трем я солгал, - смутился маг. - Понятия не имею, какой он на самом деле: может, один из десяти, а то и к ста...

- Все равно, - решительно оборвала я. - Здесь у нас и одного из тысячи нет. Убивайте!

- Ринка, - начал всхлипывать брат. - Я...

- И не надейся, шкатулку не отдам! Вернусь и сразу перепрячу.

- Давайте я, - неожиданно вмешался капитан. - Ловец, он тоже легкой смерти не дает. Пусть лучше у меня на душе этот грех будет, чем за всю команду.

- Две версты!..

Керрен, решившись, упал на колени и начал быстро-быстро чертить на палубе знаки прямо когтем. Царапины постепенно наливались алым светом, как выступающей из досок кровью. Капитан осторожно вытащил меч из стиснутых пальцев Тьена, неотрывно глядящего мне в лицо.

Я держалась за этот взгляд до последнего, как прежде за мачту.

- Готово, - выдохнул маг.

Боль была сильной. Гораздо сильнее, чем во сне.

Но совсем недолгой.

* * *

Я проснулась от пронзительного визга, пошатнулась и чуть не упала. Это еще что за гхырня?! Какой-то темный зал... нет, сарай, по углам и вдоль стенок мешки лежат, сеном пахнет. В одной руке я сжимала нож, в другой - какой-то амулет на шнурке, а на полу, в пентаграмме из горящих свечей, корчился связанный по рукам и ногам мальчишка, в котором я с непривычки не сразу опознала Дара.

Брат, впрочем, тут же обмяк, заткнулся и подозрительно спросил:

- Ты уже Риона или еще Терилла?

- Не знаю, - честно сказала я. - А как я выгляжу?

- Такая черная тень, а сверху белое пятно с тремя дырками. Если наклонишься к свечам или зажжешь пульсар, скажу точнее.

Я перекинула через плечо прядь волос - мягкая, светлая. И руки вроде мои: бледные, с тонкими запястьями, на правом любимый браслет: за него было очень удобно прятать шпаргалки на экзаменах. Уф!..

- Ты не пыхти, а освобождай родного брата! - возмутился пленник, дрыгая ногами так, что одна из свечей упала и потухла. - У меня все уже ноет и чешется, сейчас вообще отваливаться начнет!

- Живописца бы сюда, - устало сказала я, присаживаясь на корточки. - Для увековечивания этой прекрасной сцены. Еще ногой тебя победоносно попрать.

- Ага, кого-нибудь вроде Лессы Шаккарской, чтобы изобразил твою истинную суть: исходящая ядовитой слюной упырица!

Ножик Терилла наточила на совесть, веревки расползлись под ним, как слепленные из теста.

- О боги! - спохватилась я. - Так вы что, тоже погибли? И мое убийство оказалось напрасным? А Тьен с Керреном, а команда...

- Не знаю, - растерялся и Дар. - Последнее, что я помню: ты оседаешь на палубу, и у меня одновременно темнеет в глазах. Это я сознание от го... радости потерял, или мы с тобой как-то связаны - вместе на Шаккару переместились, вместе и вернулись?