Знак Гильдии - Ольга Голотвина

– Я тоже, – вмешался Шенги, уже спрятавший талисман. – Никаких Врат, это паршиво. Но хуже всего, что Нургидана нет ни в этой складке, ни в соседних. То ли остался на берегу, то ли его очень, очень далеко забросило.

Нитха едва не расплакалась, Дайру встревожился. Но Шенги... ученики не видели его таким. Бледен, губы вздрагивают, рука треплет кисточку пояса.

– Это что же?! – возопил Айфер, только сейчас уяснив ситуацию. – Это мы в Подгорном Мире, да?! Я... я не хочу!

– Успокойся и заткнись, – негромко приказал Ралидж. Наемник тут же исполнил команду буквально: заткнулся и успокоился. Вспомнил: с ним Хранитель. Уж он-то не пропадет даже в логове дракона!

Шенги тоже быстро овладел собой. А левая рука, оказывается, не просто так терзала кисточку: она высвобождала небольшой металлический шарик из-под оплетающих его ниток. Ученики переглянулись. Они знали этот пустотелый шарик, без которого Шенги не уходил из дома: кто знает, как обернется судьба!

Раскрыв шарик пополам, учитель высыпал на ладонь несколько черных крупинок.

– Всем по одной – и немедленно!

Ребята были знакомы с горьким вкусом Снадобья. Айфер заартачился было, но под строгим взглядом Хранителя проглотил крупинку. А Сокол и колебаться не стал. Он никогда не слышал о Снадобье, которое помогает человеку в Подгорном Мире оставаться собой, но раз Охотник велит, значит, надо.

– А теперь, – властно сказал Шенги, – уходим. В соседней складке завязался узел и понемножку катится сюда. Если дойдет, здесь будет каша.

Нитха огляделась и вздохнула:

– Жаль. Здесь красиво.

Дайру тоже огляделся и вдруг вскрикнул:

– Там кто-то есть! Трава шевельнулась!

Все встревоженно начали разводить руками «ковыль» в том месте, куда указал мальчик. Вдруг Сокол с негромким вскриком «вей-о!» упал на колени возле коричневого суконного свертка. Откинул материю, обнажив желтый бок небольшого бочонка и кожаные ножны.

– Ну, Заплатка! Ну, дружище!

– Не знаю, как оно сюда попало, – негромко сказал Дайру, – но увязывал это добро я.

Сокол услышал, обернулся и просто сказал:

– Спасибо.

Дайру засветился, словно с него сняли ошейник.

Ралидж пристегнул меч на перевязь. Быстро и ловко завязал плащ тремя узлами, вышло нечто вроде матерчатой котомки, в которой скрылся бочонок.

– У кого еще есть оружие? – спросил он, легко подняв ношу на плечи.

– Я обронил, – виновато откликнулся Айфер. Затем глянул на свои мощные ладони, сжал их в кулаки и успокоенно заулыбался.

– И у меня – ничего, – огорчилась девочка.

Дайру взмахнул ремнем – пряжка спела в воздухе гулкую песню.

– А я никогда не бываю безоружным! – клацнул когтями Совиная Лапа.

И маленький отряд двинулся вслед за Шенги, рассекая фиолетовые волны.

– Жалко Нургидана... хоть бы нашелся! – шепнул на ходу Нитхе Дайру. – Если его все-таки забросило за Грань, кто ж ему Снадобье даст?

* * *

Вода плеснулась в лицо, стекла по волосам.

– Парни, а он не сдох?

– Да вроде дышит.

Нургидан не только дышал, но и пришел в сознание, хотя открывать глаза не спешил. При опасности он соображал по-звериному быстро. А звучащие над ним голоса никак не могли принадлежать Шенги и Дайру, тем более – Нитхе.

Рядом заскрипел песок.

– Притворяется, дрянь, – определил Сарх. – Ресницы дрожат... А крепко я его помял, почти задушил.

Нургидан дернулся, чтобы вскочить, но запястья свела боль. Он связан!

Грубые руки подняли его, как щенка, встряхнули, заставили встать. Уже не таясь, мальчик открыл глаза и прежде всего сосчитал врагов.

Сарх. Его помощник, рыжий Пень. Смуглый Варрах, не расстающийся с арбалетом. Тот, с драной губой, что цеплялся к Нургидану на привале... кажется, капитан называл его Порченым. Еще какой-то невысокий, но крепкий пират. Пятеро, стало быть.

Вокруг странный лес. Кривые невысокие коряги без листвы, только местами пучки коричневых игл вроде сосновых. Никакого подлеска. Никакой травы. Никаких птичьих голосов. Сухие, горькие запахи. И серое небо, настолько низкое, что ошибиться нельзя: Подгорный Мир. Причем незнакомая складка.

– Очнулся? – дружелюбно спросил Сарх. – Вот и хорошо, ты нам нужен живой. Как видишь, мы угодили за Грань. Из Подгорных Охотников здесь только ты. Придется тебе довести нас до ближайших Ворот. В нашем мире по-хорошему расстанемся. Договорились?

Взгляд приветливый, вид открытый. Опасен, как Клыкастая Жаба.

Нургидан повертел шеей (болело горло, до которого в драке дотянулся Сарх) и ответил покладисто:

– Ладно. Вы меня, понятное дело, развяжете.

– Это чтоб ты нырнул в соседнюю складку, а мы тебя потом искали? – улыбнулся Сарх, почти дословно повторив мысль мальчика. – Нет уж. Руки скрутим за спиной, ноги стреножим, чтоб мелкими шажками брел. А на рожу тебе хитрый намордник из тряпки надену. Сможешь в нем даже говорить. Но если появятся твои дружки, одно мое движение – и эта штука превратится в глухой кляп. Очень удобно.

Кровь бросилась в лицо юному Сыну Рода:

– Тогда ищите дорогу сами! Хоть убейте – с места не тронусь!

– Убить? – еще ласковее улыбнулся Сарх. Смуглая рука играла костяной рукоятью складного ножа. – Ну что ты! Вот уж этого не бойся! Умереть не дадим, даже если очень захочешь! Сейчас запалим костер и во имя Кхархи приступим к делу. Ты не представляешь, что можно сделать с человеком при помощи лезвия, раскаленного на огне! – Сарх сладко зажмурился. – С места не тронешься? Да ты будешь молить, чтоб тебе позволили стать нашим проводником. Кстати, показывать дорогу может и калека. Скажем, с одним глазом и одной рукой. Или без мужского хозяйства – так, кажется, это называют у тебя на родине?

Подросток яростно оскалился. Нет, юный Сын Рода не собирался соглашаться на унизительные требования пиратов. И не имело значения, что он связан! Такие люди, как Нургидан, не признают поражения. До таких только в Бездне начинает понемногу доходить, что игра, кажется, проиграна.

Да, он помнил страшные рассказы Нитхи про кхархи-гарр. И понимал, что пытать этот гад наверняка умеет. Но мальчик и представить себе не мог, что сломается, не выдержит и станет искалеченным слугой этих мерзавцев!

Правда, сейчас в его распоряжении была только одна тактика – тактика пленного волка. Выжидание. Вдруг кто-нибудь из врагов потеряет бдительность, подойдет ближе, неосторожно нагнется, тогда хоть в горло ему можно будет вцепиться.

Слабая надежда. Сладкая, но слабая.

А вот Дайру на его месте наверняка бы что-нибудь придумал.