Король «Ледяного взрыва» - Роман Глушков

– Эту услугу мы тебе, пожалуй, оказать сможем, – недолго подумав, с ухмылкой ответил ящер и обратился к собратьям: – Принесите тонкокожему все, что он просит.

Через пару минут передо мной лежал весь затребованный дежурный комплект начинающего каннибала-самоистязателя (впрочем, стать докой в этом занятии было невозможно в принципе). Надо же – у желтобрюхих и впрямь отыскалась бутылка отменного имперского вина, которое мне подали – какая предусмотрительность! – вместе с бокалом. Гриль, на котором я намеревался жарить свои отрезанные конечности (есть перед смертью сырую человечину показалось мне жутким моветоном), был принесен мне вместе с углями, а в придачу к соли прилагался жгучий брайхорнский перец – единственная приправа, которой славилась раса Предпоследних из Семи. Для полной гармонии недоставало лишь хорошего сотрапезника… Хотя, наверное, я бы все-таки брезговал, когда кто-нибудь поедал при мне филейные части моего же тела, пусть и в жареном виде.

– Ну что, доволен? – снисходительно полюбопытствовал Гробур, глядя, как я, готовясь к обеду, раскладываю перед собой дарованный мне столовый набор.

– Вполне, – подтвердил я, откупоривая бутылку старым погонщицким способом – просто отбивая ножом ей горлышко. – Ты, герцог, – самый чуткий и человеколюбивый палач из всех, которых я когда-либо встречал.

– Тогда не будем больше терять время, – подвел итог владыка и кивнул магам: – Приступайте!

– Один момент, огнедышащие! – притормозил я их, наливая вино в бокал. – Позвольте сначала выпить – для возбуждения, так сказать, аппетита. Старинная человеческая традиция.

– Пей, – не стал перечить Гробур. – Но это мое последнее тебе одолжение. Больше поблажек не жди.

И на том спасибо, желтобрюхие! Наполнив бокал и прикрыв глаза, я оценил ароматический букет напитка, затем, отпив глоток, продегустировал его с видом истинного гурмана, коим, сказать по правде, никогда не являлся. После чего опять втянул ноздрями аромат и отпил следующий глоток… Какая прелесть! Раз не повезло увидеть напоследок солнце, значит, попрощаюсь с ним таким образом – ведь недаром виноделы говорят, что хорошее вино на треть состоит из солнечного света… Ладно, хватит нервировать ящеров, которые, надо отдать им должное, и так были со мной чересчур любезны.

– Твое здоровье, владыка! – громко произнес я, поднимая бокал. – Живи долго – так, как завещал мне мой друг – демон Квиримот. Надеюсь, в следующий раз твой план завоевания мира окажется более удачным.

И, осушив бокал до дна, попрощался таким образом с этой ублюдочной, но все равно по-своему прекрасной жизнью…

А когда отставил бокал в сторону, понял, что уже умер. «Вот так удача! – подумал я, чувствуя, как винное тепло растекается по мертвому телу – явно остаточное проявление чувств. – Это ж надо – откинуть копыта аккурат перед началом казни! Просто предел мечтаний приговоренного к мучительной смерти!»… После чего счел необходимым поприветствовать Богов, встречающих меня на пороге в Призрачный мир, и с удовлетворением отметил, что, по крайней мере, одна из тысяч легенд оказалась правдой.

– Здравствуйте, великие Боги! – крикнул я, радостно помахав Всевышним рукой. Не важно, что при этом я все еще продолжал наблюдать толпившихся вокруг меня ящеров. Это живые неспособны видеть мертвых, а мертвые, подобно Богам, могут находиться одновременно в двух и более мирах… опять-таки, если верить одной из множества легенд. – Как здорово, что вы оказали мне такую честь! Вряд ли я это заслужил, но все равно огромное вам спасибо!

Боги промолчали, однако не ограничились лишь своим краткосрочным явлением, а дружно зашагали мне навстречу… Ух ты! Вот это, я понимаю, прием! Везде бы так! Сразу проникаешься торжественностью момента и доверием к истинным хозяевам нашего мира. Если когда-нибудь я имел неосторожность назвать Богов жестокими и несправедливыми, срочно беру свои слова обратно!..

Нет, стоп, тут явно что-то не так! Ящеры однозначно не могли последовать в Призрачный мир вместе со мной, тогда почему все они смотрят в ту же сторону, куда и я? И не радуются, а стоят на подкосившихся ногах, раззявив в недоумении пасти. Редчайшая картина, подобная, без преувеличения, тому же божественному явлению: брайхорнцы, объятые растерянностью и страхом. Да, мне не почудилось – именно страхом! Значит, они тоже видят сейчас Богов. И раз так, следовательно, это не я угодил к Всевышним в их мир, а они сошли к нам, собравшись вместе, как и тогда, в финале битвы при Тарл-Бэй. И объединила их все та же причина – вырвавшийся на свободу демоноводец.

Боги опоздали на битву, но сказать, что они явились не вовремя, было бы с моей стороны просто верхом неблагодарности. Конечно, Торки Биксу – одному из устроителей этого грандиозного переполоха – не приходилось рассчитывать на божественное снисхождение, но в любом случае пусть лучше меня покарают Всевышние, нежели ящеры. По крайней мере, их суд, в отличие от суда желтобрюхих, не приговорит человека к пожиранию самого себя. Все, что угодно – испепелите, разорвите на куски, заройте живьем в землю, – но только не Брайхорнская Кара… Хотя вино, которое мне подали к главному блюду этого обеда, все же оказалось весьма неплохим.

Семь исполинских фигур, каждая из которых примерно того же размера, что и канувший в небытие Поводырь, пришли с восточного направления и остановились где-то на полпути между нами и линией горизонта. Говорят, будто в действительности у Богов нет тел и при желании они могут принять любую форму. Удобная особенность, что верно, то верно. Захотел кто-нибудь из Всевышних поговорить с ребенком, щелкнул пальцами и вмиг стал белым и пушистым. Решил обольстить кого-нибудь – превратился в привлекательную особь противоположного пола той расы, какой нужно. Ну, а если дело касалось запугивания, тут уж Богам и вовсе нет равных. Будьте спокойны: запугают кого угодно, хоть бесстрашного героя, хоть целую армию таковых. Что Всевышние сейчас и доказали на примере свирепых брайхорнцев.

Я – один из всех присутствующих у храма – догадался поприветствовать Богов (не потому, что был здесь самым культурным, а потому, что являлся единственным, кто обрадовался их визиту), отчего, окруженный молчащими и оторопевшими ящерами, чувствовал себя полным кретином. Впрочем, никому из них уже не было до меня дела – мятежники все до одного пялились только на Всевышних и никуда больше.

Я взял с камня бутылку и, не обращая внимания на отбитое горлышко (все равно распухшие губы не ощущали порезов), приложился к ней и дюжиной жадных глотков выпил все вино до капли. Не от избытка чувств, а скорее рефлекторно, дабы промочить пересохшее от волнения горло. Надо заметить, полегчало. Дрожь в теле унялась, мысли пришли в относительный порядок, и жить стало гораздо веселее. Ну вот, теперь можно и с Богами потолковать. Конечно, если они снизойдут до разговора со мной.

Пока же Всевышние, как и ящеры, помалкивали. Однако безмолвного противостояния явно не намечалось. Из группы исполинских существ отделилось одно и вышло на несколько шагов вперед. Своих шагов, разумеется, а по нашим меркам оно покрыло расстояние в пару километров. Прежде смутные, словно подернутые дымкой черты лица и фигура Бога обрели четкость, и, когда он вновь остановился, мы могли разглядеть великана во всей его божественной красе.