Мир в подарок - Оксана Демченко

– Кровожадные пираты ужасны, – вздохнул Ларх.

– И пиратки, – кивнул Лемар. – Ну до того ужасны, я готов немедленно начать расследование, выйти в море на утлой лодке…

– Мар, изволь соответствовать траурному облику вдовца, – резко бросил Риннарх. – Если не хочешь…

Он не договорил, но был прекрасно понят. От того, насколько Адепт поверит в предложенную братом версию, зависит слишком многое.

Князь направился к двери, сделав знак обоим гонцам сопровождать свою светлейшую особу. Втроем они стремительно миновали ряд коридоров и галерей, оказавшись в конце концов перед входом в покои Катан.

Прямо на полу, откинувшись на створку, сидел Эрх. Кажется, он намеренно пародировал побитую собаку у хозяйской двери, голова все еще не освободилась от многочисленных бинтов. Риннарх усмехнулся: Грод ждал их. Этот человек умудрялся знать все, что касалось безопасности ненавистной хозяйки. Поднялся беззвучно, чуть дрогнул бровью, рассматривая Тэйлана. С обычной безмолвной вежливостью поклонился, толкнул створки, придержал и повел гостей в каминную залу.

Катан вскинулась, не в силах скрыть замешательство от внезапного визита и, тем более, – состава гостей. “А ведь он знал, но ей ничего заранее не сказал” – отметил Лемар, еще раз косо глянув на Грода и уже сгибаясь в изысканно-вежливом поклоне.

– Темной ночи, ваше Сиятельство, – кивнул князь, сметая вещи с дивана и падая на освобожденное ложе. – Я с хорошими новостями. Что, думаю, утра ждать, дело-то семейное, тихое.

– Приветствую вашу Светлость, – ответно кивнула княжна, напряженно всматриваясь в Лемара. – Чудом хвастаете? Готова послушать.

– Мой капитан в трауре, он потерял жену, – нахмурился князь. – Ваши проклятия всегда не отличали правых от виноватых. Но повторная трагедия с беременной женщиной в роду Тэйлан, осиротившая моего друга… Я должен бы требовать разбирательства, но словам ваших людей доверия нет. К тому же благородный Тэйлан отвечает только перед князем. Поэтому я предлагаю разобраться в более важном деле. У вас, сестрица, сегодня фактически день рождения.

– Слабнет память?

– Увы, нет. Мы тут без церемоний, все свои, я не буду сложно намекать, скажу прямо. У меня сложилось обоснованное мнение, что ваш преемник готов был занять пост Адепта в ближайшие дни. Мои люди пару раз общались с ним, не скрою. Он уточнял, будет ли поддержан князем в случе успеха. То есть когда станет новым Адептом, – князь уловил почти неразличимый кивок Грода. И это знает! – Утопив моего сына, он вернулся бы в столицу во главе пяти десятков ваших лучших бойцов, напившись свежей силы. Я правильно излагаю?

– Видимо, это не вопрос, – тяжело выдохнула княжна, нервно дернув шарф. – Допустим так, если требуется подтверждение. Но он не посмел бы. И не смог. Я наверняка сильнее. У меня…

Катан резко смолкла, осознав, что почти оправдывается перед князем. Поправила шарф, села поудобнее и перевела взгляд на угли в камине. Проклятая усталость. Которую ночь донимает неизвестность. Люди пропадают, вести гибнут в пути, планы рушатся. Мерзкий брат жив. И его гнусные капитаны – оба! Пожалуй, это худший год для Храма со времен неудачного покушения на княгиню. И брат прав. Ей ли не знать: он тогда преуспел в замене Адепта. Ловко все устроил. Хоть и чужими руками, а все одно – грязи не побоялся.

Не хочется признаваться даже себе: эта ненависть к старшему родичу замешана на страхе. Он умен, он порой видит её насквозь. И оттого становится еще жутче, мороз пробирает насквозь. Катан зло глянула на неизменно спокойного Грода, замершего в стороне. Знал, что придут. Он все знает! Смолчал и теперь забавляется, ему в радость страхи хозяйки. И даже не отомстить, до чего же тяжело. Незаменимый, тварь эдакая. Опять – незаменимый. Не будь его рядом, один из псов князя постарался бы её загрызть. Им обоим жизнь не особенно дорога, охотно сгорят. Адепт хмуро рассмотрела бешеные искроки в глазах Рыся и ленивое сожаление – во взгляде Лемара.

Пока Грод рядом – им наверняка не успеть. А напрасно сгореть не хотят, умные псы…

– Ты все сказал? – усмехнулась Катан, в снова голосе звучала холодная уверенность. – Недостоверно. К тому же дела Храма – это мои дела, не лезь.

– Вот и разберись в своих делах, – весело посоветовал брат. – Пока цела. Наивность – это твоя любимая маска, но ведь не для меня же, мы так давно знакомы! Лемар, твое слово.

– Перед смертью, уже с четырьмя стрелами в груди, жрец, то есть ваш драгоценный Теневой служитель, так ведь произносится его полный титул, – шипел, что все было бы иначе, обрети он силу Адепта, – охотно подтвердил капитан. – Мне известно со слов младшего сына Кормчего, который был на берегу. Он все слышал и видел сам.

– Вот как, – усмехнулась княжна, вновь буравя взглядом ненавистного любимца брата. – И даже не лжет…

– Вы чудом выжили, дорогая сестра, – прочувствованно вздохнул князь. – Благодаря неожиданной подмоге Индуза. Разве пять десятков бездарных храмовых бойцов, почти предавших вас к тому же, – большая плата за вашу же безопасность?

– Значит, предлагаешь мир, – усмехнулась она холодно. – С чего бы, когда счет в твою пользу?

– Лемару еще полагается быть в трауре. Твой Грод болен. Я устал от ожидания сегодняшних новостей, пусть и не худшими они оказались. Ты, полагаю, тоже выдохлась.

– Подлечить псов и отдохнуть, – кивнула Катан. – Знаешь, сегодя и впрямь ночь примирения… братец. Сними кордоны с западного тракта.

– Ларх распорядится немедленно. Но есть одно встречное условие.

– Одно? – рассмеялась она. – Скромно.

– В Гирте окаянных больше не будет. Там храм не пользуется успехом, а порт – моя территория. Ты ведь знаешь, как я не люблю предателей. Именно жрицы Гирта пытались убить меня. Ларх?

– Её светлость ничего не потеряет, у них личный остров близ гавани. Он вне города, и в договор не включается, – поклонился капитан, чуть запнувшись, уточнил: – Пока там нет одаренных и окаянных, лишь храмовники. Я распоряжусь приглядеть за их поведением.

– Это все? – она дождалась кивка князя. – Забирай свой поганый город.

Забираю. Спокойной ночи, ваше Сиятельство.

Но если Гирт настигнет кара богов без защиты моих жриц, ты уж тогда – не взыщи.

Последние слова были сказаны совсем тихо, уже в спину уходящему князю.

Угроза, отложенная ненадолго. Месть, обещающая большие перспективы. Катан резко дернула широкий плащ с кресла и закуталась в него, стараясь избавиться от запоздалого озноба ненависти. Не стоит спешить. Не стоит давать проклятому Риннарху новый шанс своими нелепыми ошибками, – уговаривала себя Адепт. Все понять и продумать!

Перемирие жизненно необходимо, чтобы собрать информацию и осознать, как такое стало возможно – потерять десяток сильных опытных жрецов в несколько дней. Смутное беспокойство, плохой сон, предчувствия – все это грозит перерасти в банальный страх. Катан уже теперь изнывала в неизвестности.