Страж Вьюги и я - Лана Ежова

– Зато ты взбодрилась и перестала нести чушь о Φросте, – возразила подруга ехидно.

– Не знала, что тебе нравятся неотесанные, грубые боевики. – Меня задело, как она обозвала мое мнение о маге.

– Неотесанные? Судишь, не пообщавшись с ним нормально и пяти минут? Да ты гордячка, Иза! – возмутилась Хельга.

Чтобы не сказать ещё что-нибудь лишнее, я принялась есть горные ягоды.

Сладкие, сочные и ароматные, они ускоряли наполнение резерва, но хранились до обидного недолго. А те, что вырастали в теплицах, хоть и не теряли чудесных свойств, но почему-то были кислыми до ужаса. Не устаю удивляться особенности ки, она действительно уникальна, дар богов людям.

Хельга смерила меня понимающим взглядом и вынесла вердикт:

– Бесишься, потому что тебе Фрост понравился. – Она подмигнула. – И я понимаю, и одобряю твой выбор. Фрост – хороший образчик истинного защитника, матерый волчара. Будь мое сердце свободным, я бы к нему присмотрелась сама.

Я успела съесть достаточно ки, чтобы подобреть, и заявление подруги уже не возмущало. Хочется ей меня поддевать, ладно, потерплю – это же Хельга, ей иногда можно.

– Думай, что хочешь, – разрешила я.

Вдобавок, если начну возражать, оправдываться, подруга поверит в свою же выдумку.

Когда резерв полон, а ки ешь много, она пьянит, как игристое вино. Но при этом утром не будет похмелья и прочих последствий. Ну, разве что сразу нападает внезапная болтливость и безудержная любознательность, перед которыми пасует стыдливость.

Сегодня они вредны, как никогда раньше…

– Хельга! – не вытерпела я.

– А? – Оторвалась подруга от полезного десерта.

– Он же бородатый!

Она думала о чем-то своем и не поняла вопрос:

– Кто?

– Φрост. Там же щетина, как половина фаланги моего мизинца. – Я помахала перед носом подруги рукой с тремя кольцами-накопителями и обратила внимание, что кожа слегка обветрилась.

Шмырев мороз… Пока жила в столице, я успела забыть, сколько крема для рук уходит зимой. Надо заглянуть к зельевару, обновить запасы.

– И что?

Удивление Хельги выглядело неподдельным. Неужели только меня волнуют подобные моменты?

Я засмущалась и, уткнувшись взглядом в темно-оранжевые ягоды, спросила тихо, почти шепотом:

– Целоваться-то как?

Вовремя я подняла голову – уголки бледных губ дрогнули, словно хозяйка трактира хотела рассмеяться и с трудом сдержалась.

– Думаю, не хуже, чем с гладко выбритым мужчиной. Ты же не с бородой будешь целоваться, правильно?

– Я вообще с бородатым целоваться не буду.

Хельга вскинула тонкие брови.

– Тогда почему спрашиваешь, Иза?

Когда переполняет магия, тело легкое, настроение легкомысленное, а голова пустая… и глупая-глупая. А язык – предатель! – болтает без устали.

– Занятно просто. Слышала, что мужчина, который не бреется, не уважает свою любимую.

– Не уважает тот, который бреется плохо и оставляет у девушки раздражение на подбородке.

Раньше, когда Хельга напоминала о давнем случае, я смущалась, теперь же рассердилась. Не на нее, на Йохана, который украл у меня первый поцелуй, оставив вместо приятных воспоминаний заметные царапинки на лице.

Он поцеловал, поздравляя с удачно завершенным первым курсом и объявляя, что отныне мы пара. Сейчас и не скажу, чего было больше: восторга, что парень, который давно нравился, стал моим женихом, или разочарования, что поцелуй оказался не волшебным, а колючим.

К счастью, его последствия, то есть красные пятна на подбородке, вмиг убрал крем, который посоветовала Хельга. На тот момент я и не подозревала, что вскоре случится несчастье, и она окажется единственной, кто поддержит и постепенно станет близкой подругой. Та самая соседка, которая смотрела на моего отца больным взглядом и на которую я недобро косилась, опасаясь, что она попытается разрушить семейное счастье моих родителей, стала моей главной опорой.

Я сдавала летнюю сессию второго курса, когда отец, опытный маг-землевик, исчез.

Ушел в горы в одиночку выискивать новые месторождения драгоценных камней – и пропал. Когда не вернулся через неделю, мама забеспокоилась. Поиск длился недолго – через пару дней группа следопытов наткнулась на последнюю стоянку неподалеку от входа в гиблое место. Следов борьбы не обнаружили, отец просто исчез, а значит, по мнению большинства, поддался наваждению и сгинул.

Если бы со мной связались, лорд Йохенссельский, невероятный человек и ректор моего университета, не отказал бы в помощи, дал бы лучшего мага-искателя. И я бы нашла папу по горячим следам. Я чувствовала, что он жив. Сейчас же, спустя почти четыре года, надежда едва тлела в душе.

Наверное, до конца я не сумела простить маму, ждущую окончания сессии, чтобы сообщить мне дурные новости. Как и то, что она сразу поверила в смерть мужа, а горе быстро помог забыть Ханс Марон. Они даже положенный год траура с трудом выдержали – Адамина, здоровенькая и крепенькая, появилась на свет через восемь месяцев после свадьбы. Всем же знакомым мама рассказывала, что ее младшая дочь родилась недоношенной и слабой. Богине откровенная ложь не понравилась, и Адамина вскоре действительно начала болеть. Целитель заявил, что климат ей не подходит, и мама с отчимом затеяли переезд.

Радует, что мне хватило денег, заработанных за год практики, чтобы выкупить мамину часть дома, и он теперь полностью мой, и родовому гнезду Эйков ничто не угрожает.

– Чего притихла? – Нарушила молчание подруга.

– А ты?

– А я вспоминала поцелуи с бородатыми.

Хельга наверняка поддразнивала – с момента появления в нашем городе, она смотрела только на моего отца и, не будучи женой, хранила ему верность и после его загадочного исчезновения.

– И? Не томи! – Я решила поддаться на провокацию и посмотреть, что из этого выйдет.

Кто знает, может, и целовалась она с бородатыми? В старой жизни, до Вьюги?

– Все зависит от степени мягкости бороды. – Хельга напустила на себя вид умудренной жизнью женщины, хотя была старше лишь на четырнадцать лет. – У одного она, как мех, у другого напоминает одежную щетку.

Я кивнула. А что, похоже на правду. Косы у девушек ведь тоже разные бывают: у одной – шелк, у другой – пакля.

– Поверила? – Хельга довольно рассмеялась. – Прости, не удержалась. Я не помню, Иза. Да и смысл целоваться с мужчиной, если ты в этот момент думаешь, какая у него борода на ощупь?

И то верно… Глупости лезут в голову. Мы ещё похихикали, поговорили о последних новостях Вьюги и доели ки.

– Спасибо за шикарное угощение, Хельга. Пойду я, поздно уже.