Избранная Луной - Лана Ежова

Когда мужчина начал карабкаться на дерево, с ужасом поняла: это не Ким! Густота веток и позиция, в которой я застыла, не позволяли видеть, кто лезет, но это точно был не повар… Он бы не нарушил свой собственный запрет.

Мамочки… Если неизвестный продолжит подъем, то упрется мне прямо в… ой!

Попыталась крикнуть — и чуть не захлебнулась соком. Рот забили ягоды, которые я не могла быстро прожевать. А когда поняла, кто взбирается на дерево, черешни застряли в горле. Я наконец учуяла запах — так пахнет буран, внезапно налетевший на город, — морозной свежестью и снегом.

Полный рот ягод, которые, нервничая, не могу проглотить, и хозяин дома вот-вот упрется затылком мне в зад — вот это засада!..

— Миамина?! — воскликнул Вольский и остановился.

Интересно, как он понял, что это я, если снизу видно только мою… мой поперечный шпагат, слегка прикрытый ночной рубашкой?

Что-то промычав, сообразила выплюнуть ягоды.

— Да, это я…

— Что вы здесь делаете?

— А вы? — нахально поинтересовалась в свою очередь.

У него позиция для наблюдений удобнее, но наглость — не просто второе счастье. Наглость — порой лучшее средство спасения, когда попадаешь в нестандартную ситуацию.

— Я первый спросил! — возмутился Вольский.

— А я — девушка! Девушкам нужно уступать. Спускайтесь! Я из-за вас не могу слезть.

Под подолом моей рубашки раздался глухой смешок:

— Не хотите признаваться? Ладно, я подожду, пока вы созреете для разговора, тем более что никуда не спешу, да и вид на за… кхм, на сад прекрасен.

Насмешка вперемешку с легкой игривостью. Мне почудилось или он и вправду пытается флиртовать? Ситуация взбесила бы любого, не только оборотня. И я, чудом не треснув Вольского ногой по голове, поменяла позу, а затем и вовсе стала спускаться, кипя возмущением.

— У вас ведерко?.. — Я утратила запал, как сдувшийся шарик — воздух, когда увидела знакомую посудину в его руке. — Вы пришли нарвать черешни для Даши?

Наши лица почти на одном уровне — и в кои-то веки я слегка выше него. А главное, настолько близко, что можно поцеловать кривовато усмехающиеся губы. Близко до неприличия! Смутившись, я немного отклонилась назад.

— Да, для Даши. Вы тоже?

Ветка подо мной громко треснула. Я рухнула вниз — и зависла в воздухе!

Вольский успел схватить за рубашку, но удержал меня не он. Его магия.

— Осторожней! Не дергайтесь, сейчас поставлю вас на землю.

Бесконечные секунды — и он выполнил обещание. Сам спустился обыкновенно, разве что быстро, как белка.

— Спасибо, господин Вольский.

— Александр, — поправил он.

— Спасибо, Александр.

Мы едва не соприкасались носами. Маг фактически вторгся в мою зону комфорта.

— Не за что. Впредь не реагируйте на подобные просьбы Дарьи. Это несложно, главное, твердо сказать «нет» — и она отстанет.

— Вы тоже сказали твердое «нет»? — поддразнила я его, указав на ведерко с одинокой ягодкой.

Глаза Вольского вспыхнули колдовским огнем — серебристо-синим, и тотчас погасли.

— Я отец, — просто ответил он и пошел в сторону дома.

Обиделся?! Почему? Что я такого сказала?..

— Миамина? — Вольский обернулся. — Вам лучше пойти со мной — у Кима хороший слух, а падали вы громко. Если что, прикрою от гнева повара.

И он подмигнул.

Нет, не обиделся, раз шутит. Я поспешила за ним.

Дашку, отправившую за черешней отца и новую няню, мы отыскали в детской. Она спала, подсунув под голову кулачок. Ямочка на левой щеке выдавала, что девочка уснула, довольно улыбаясь.

Я находилась далеко от стула, стоящего у детской кровати, и потому протянула Вольскому ведерко с черешней — ему удобней поставить:

— Пусть будет у нее, раз уж заказывала.

Мужские пальцы на какой-то миг коснулись моей руки, обжигая. Я резко дернулась назад:

— Ладно, я спать!

И фактически сбежала в свою комнату. Там первым делом кинулась к сумке с мамиными снадобьями.

Недолго я продержалась без волчьего тоника! Это ужасно — моя волчица решила пошалить! Если вспомнить, что оборотни без пары довольно-таки любвеобильны, то сложно мне придется. Поэтому глоточек на ночь и один-два утром не помешают.

Очень надеюсь, что Вольский не заметил мою неадекватную реакцию на случайное прикосновение.

Через несколько часов поняла, что зря я выпила волчьего тоника всего глоток, — надо было чашку, тогда бы точно не стояла посреди леса. Голая и дезориентированная.

Где я?.. В какой стороне дом Вольского?

Повертевшись вокруг своей оси, опустилась на землю. Села голым задом, и сосновые иголки больно впились в кожу. Ничего, потерплю — заслужила.

Черешня, колдун, внезапно вспыхнувшая к нему чувственная тяга даром не прошли для волчицы. Она взбудоражилась и решила скинуть напряжение в облике зверя. Бегать и выискивать добычу желтоглазая любила.

До ближайших охотничьих угодий какой-либо стаи далеко. И я смело отправилась на прогулку.

Да только просчиталась — внутренний зверь быстро отобрал контроль, оттесняя в тень человека. Я бежала словно во сне, понимая, что углубляюсь в лес, чувствуя в полной мере окружающую действительность, но не в силах остановиться и повернуть назад.

И добегалась.

Я не только не знаю, где нахожусь, я не представляю, в какую сторону бежать! Позор. Ну какой из меня оборотень? Где хотя бы север?..

Я бы еще долго себя жалела, если бы не хруст ветки. Далекий, но я его услышала. Приближался слонопотам, то есть человек, ведь только двуногие идут громко, даже когда в их интересах не нарушать тишину.

Обнаженная девушка в ночном лесу и неизвестный. Кому должно быть страшно? Конечно же неизвестному, если девушка злая и вдобавок оборотень!

Скользнув за толстый ствол сосны, затаилась. Ожидала увидеть кого угодно, но… запах морозной свежести выдал идущего до того, как он вынырнул из-за молодых елочек.

— Миамина, где вы? Я знаю, что где-то рядом.

Вольский в лунном свете казался нереальным видением. Отливающие серебром волосы, хищно очерченные черты лица. В белой рубашке и светлых брюках он выглядел неуместно посреди темного леса. Как приманка для тех, кто рыщет во мраке.

И я не сдержала порыв пошалить. Тенью скользнула ему за спину.

— Здесь я, — выдохнула ему в шею, приподнявшись на цыпочки.

— Я бы на вашем месте так не делал, — спокойно произнес маг и обернулся.

На его ладони светился багровый шар с заключенной внутри молнией. «Око Перуна»! Убивает или тяжко калечит даже оборотня. Но не энергетически затратное заклинание поразило, а то, как быстро маг создал его и как легко удерживал. Проклятчик, да еще побывавший на грани выгорания? Не смешите меня! Вольский кто угодно, но только не слабый маг!