Прогрессор каменного века. Книга 3. Академия демиургов - Александр Абердин

Девять больших самолётов-амфибий со всем необходимым оборудованием уже находились на подлёте. Он приказал им приводниться в Полкском проливе и ждать его дальнейших приказов, а сам, долетев до озера, стал быстро снижаться. Ракаша, смекнувшая, что ей лучше не выпендриваться и согнала к озеру всю свою банду. Митяй завис в трёх километрах от берега на высоте в километр, чтобы аннам была хорошо видна сверкающая на солнце птица. Как только в толпе черномазых людоедов кто-то начинал возмущаться, с ним тотчас случались неприятности в виде корчей и жуткого, просто реактивной силы, поноса. Таким образом ему в считанные минуты удалось заставить всех аннов относиться к происходящему с полной серьёзностью. Ну, а когда они затихли, то прямо под сверкающей птицей на поверхности озера появилось большое белое пятно и в их сторону устремилась белая, ледяная, быстро покрывающаяся инеем полоса, которая остановилась метрах в десяти от берега. От неё сразу же повеяло лютым холодом и анны попятились назад, но последовал резкий окрик довольной Ракаши, ещё бы, огребла в союзники великого небесного духа, и все замерли. Митяй со снижением полетел к берегу и позади вертолёта снова загрохотали ослепительно яркие шары взрывов. Это многие анны уже видели и потому в ужасе пали на колени. Все, кроме ликующей Ракаши. Она сдвинулась с места и отступила назад только тогда, когда вертолёт подлетел к самому берегу и, развернувшись боком, опустился на землю.

Митяй поднялся из пилотского кресла и вышел в грузовой отсек. Перед финалом он переоделся в белоснежный кожаный наряд и в таком виде, с белой шляпой на голове, открыл широкий люк и предстал перед Ракашей, уже успевшей отмыть от дерьма своё широченное гузно. Пинком ноги вышвырнув свёрток из леопардовой кожи, тот развернулся и ведьма увидела голову Куалата, Митяй, работая силовыми полями, выхватил у кого-то из рук копьё, воткнул его древком в землю и в следующее мгновение на него насадилась голова военного вождя аннов. Он спустился на берег и вслед за этим из грузового отсека вылетел здоровенный, отполированный до зеркального блеска, бронзовый котёл, накрытый тяжелой крышкой. Крышка отлетела в сторону и из громкоговорителя вертолёта до аннов донеслись такие слова:

— Ракаша, пусть твои охотники выпьют сладкой крови моих золотых великанов и тогда они станут такими же сильными и могучими, но сначала все они должны перейти на эту сторону.

Чтобы не путаться, Митяй построил всех людоедов слева от котла высотой в два метра и шириной в три, возвёл вокруг него помост из четырёх широких лавок метровой высоты и повесил на край две дюжины половников, на литр каждый. Котёл был доверху наполнен весёленьким ликёрчиком из малинового сиропа, пищевого красителя тёмно-красного цвета, спирта и опия. В общем-то даже литровой дозы этого пойла, крепостью в сорок пять градусов, вполне хватило бы для того, чтобы человеку сначала сделалось минут на пятнадцать весело, а затем у него начался мощнейший приход и он отключился суток на двое, а то и все трое, но его было заготовлено с запасом. Только так Митяй и мог вырубить всю эту банду. Ракаша подошла первой и с самодовольным видом вылакала целых два половника бесива, отчего настроение у неё сразу же сделалось игривым, но ведьма лишь перелетела по воздуху метров на тридцать и плавно приземлилась на затоптанную траву, где сразу же решила устроить стриптиз. К ней моментально присоединилось ёщё два десятка аннов и пьянка на берегу озера стала быстро набирать обороты. Большинство аннов стремилось, как и Ракаша, выхлестать два половника и Митяй этому никак не препятствовал. В котле ведь находилось почти семь кубов пойла. Через полчаса вся банда упилась в лоскуты, но ноги у них начали отказывать уже минут через десять, а ещё через час все людоеды до единого храпели, пьяные в дым и обдобленные опийной настойкой. Что им мерещилось, Митяй мог увидеть, но его это совершенно не интересовало.

На озеро один за другим опускались шестимоторные самолёты-амфибии, похожие на «Бе-200», высотой в двенадцать с половиной метров и длиной в пятьдесят два, подплывали к пологому берегу и выезжали на него из воды. Это были транспортные машины, наспех превращённые в летающие автозаки. Как Митяю не хотелось спалить всю эту сволоту к чёртовой матери, он решил не делать этого. С борта трёх самолётов сошло на берег почти пять сотен человек и была спущена техника, в основном автожиры. Это был первый отряд спасателей, половине которого предстояло собрать всех людей, отвести подальше и постараться их хоть как-то успокоить, хотя это и представлялось делом почти неразрешимым. С такими зверствами Митяй в каменном веке ещё не встречался. Ну, а второй половине спасателей предстояла куда более скорбная миссия — собрать все костные останки убитых и съеденных людей, чтобы захоронить их в братской могиле. Сам же он вместе с отрядом карателей принялся тотчас загружать упившихся в дымину людоедов в самолёты, раскладывать их по нарам и привязывать к ним. В полёт каратели брали с собой также то пойло, которое отключило их, чтобы догружать тех, кто начнёт шевелиться раньше времени. Полёт предстоял долгий и потому Митяй громкими криками подгонял всех, призывая поторопиться, чтобы потом не нарваться на неприятности.

Через три с половиной часа все девять самолётов взлетели в воздух и полетели курсом на остров Святой Елены. Этот остров был на все сто процентов необитаемым и от него до ближайшего, такого же необитаемого клочка суши было две тысячи четыреста километров. На борт самолётов был так же погружен весь скарб аннов, наверное вместе с хабаром веддов, все шкуры, а также всё то их оружие, которое удалось найти. Вес был велик, но самолёты всё же летели быстро, хотя и не так высоко, как они летали обычно. Единственное, о чём пожалел Митяй, так это о том, что у него не было с собой пары тонн мышьяка, чтобы перетравить всю эту нелюдь на острове Святой Елены точно так же, как англичане однажды отравили там другого людоеда из его прошлого, с погоняловом Наполеон. Через четырнадцать часов полёта все самолёты долетели до острова и приводнились в заливе Дип Вейли, в который впадала река с таким же английским названием и выбрались на берег. Ещё во время погрузки ведлы провели полную стерилизацию всех мужчин и женщин, так что детей у них не могло появиться ни при каких обстоятельствах, а нескольким ведьмам, недавно залетевшим, сделали аборты. Никто из аннов так и не проснулся за время полёта. Их всех выгрузили из самолётов, залечили раны, травмы и ожоги самым невезучим, вышвырнули весь их хабар и, оставив на острове посреди Атлантического океана, к которому Митяй надолго велел всем забыть дорогу, карательная экспедиция улетела.

Митяй не стал щадить чувства своих друзей и рассказал им о том, кто такие анны и чем они промышляли. Это привело их всех в шоковое состояние. От берегов острова Святой Елены они сразу же направились на юг Индии и приводнились недалеко от того места, где находилось большое стойбище аннов. Митяю предстояло теперь решить судьбу остальных членов этого племени и он даже не удивился, когда увидел, что те в отсутствие своих сородичей-людоедов бродят по берегу реки Вайпай с острогами и занимаются рыбной ловлей. Однако, с севера к ним уже приближалась беда — синдары, прознавшие о том, что банда людоедов ушла по перешейку на южный остров и решившие на всякий случай перебить всех оставшихся аннов. Митяй решил вмешаться и эвакуировать их всех, стариков, так и не научившихся убивать, женщин, также не способных на хладнокровное убийство, и детей, ещё не ставших убийцами, в Африку, чтобы рассеять всё племя по континенту и тем самым прекратить его существование в таком виде. Зато все они будут жить, как отдельно взятые индивидуумы, но довольно долго за ними будут очень внимательно наблюдать. Телепатов среди них не было ни одного и это успокаивало Митяя. По крайне мере хоть с этой стороны жителям Африки в ближайшее время не грозили никакие неприятности. Когда он собрал всех аннов вместе и довёл до их сведения, как они с ними поступят, те вздохнули с облегчением, поскольку прекрасно понимали, что их всех ждёт неминуемая гибель. Ну, а ведам теперь придётся как-то пережить своё горе. Увы, Митяй не мог помочь им больше ничем, кроме как ввести в новую жизнь.