Научить любить тёмного. Ветер перемен в академии Морте - Диана Хант

Я отдавала. Вполне.

Некромантка-змея – леди. Дочь графа. Её ближайшая подруга Ритва – дочь вдовствующей виконтессы, Вильда родилась в семье барона. И, как доверительно поведала мне Иикки, своей непредвиденной помолвкой с новоявленным герцогом я спутала местным леди все планы.

По логике, после смены наследника и возвращения Дара Фьордов, должна была состояться специальная церемония, отбор по-простому, где каждая из незамужних аристократок могла попытать счастья – не она ли та самая избранная-призванная Фьордами?

Но не успело кольцо отыскаться… То есть для всех нашлось оно уже на моём пальце. Противиться воле Фьордов высокопоставленные семьи конечно же не могли, вот только, понятно, симпатии ко мне в их глазах не прибавилось.

Раньше нейтири меня демонстративно не замечали, несмотря даже на Ломтика, теперь же… Теперь же заметили. Особенно после вчерашней новости о Принятии избранной Фьордами. Так что сегодняшний разговор – лишь начало. Что ж. Чего-то такого я, в принципе, ожидала и была готова.

Демонстративно побарабанив пальцами по столу, я в свою очередь поинтересовалась у Марджут:

– Ещё как отдаю. А ты?

Девушку перекосило от столь явной и наглой с моей стороны демонстрации кольца.

– Безродная воровка! – вырвалось у неё. – Как ты умудрилась заполучить кольцо Фьордов?!

Я тем временем поднялась и укладывала тетради и ручки в сумку. Во-первых, неловко сидеть во время подобного разговора, проще говоря, «наезда», поневоле всё внутри сжимается, во-вторых же банально неприятно продолжать беседу, когда собеседник переходит уже на отрытые оскорбления.

Эх, чувствую это только цветочки…

– Предлагаю тебе пофантазировать на эту тему. – Усмехнулась я Марджут и, не сдержавшись, подмигнула некромантке.

Как-никак не первый месяц в Морте. Кое-что полезное у тёмных вполне себе почерпнула. Как то выдержка, самообладание и неизменный покерфейс в любой ситуации. И чувство юмора, которое, впрочем, не всегда мне на руку. Вот как сейчас, например.

– Ах ты, дрянь безродная! – возмутилась королева Морте. – Да как ты смеешь?!

Зелёные глаза Марджут налились пурпуром.

Если начистоту, удара я ждала. Тут к оракулу не ходи, понятно, рано или поздно некромантка атаковала бы магией…

Вот только я ни в жизнь не предположила бы, что атакует она не меня.

А Ломтика.

Её питон просто рванулся зелёной молнией вперёд и вверх – и в следующий миг уже оплёл дракончика кольцами. Малыш, не ожидавший подобного свинства со стороны другого соула, возмущённо запищал.

У меня же словно почву из-под ног выбили.

В буквальном смысле.

Вместе с дыханием и способностью внятно соображать.

Я рухнула на пол, как подкошенная, не вполне понимая, что только что произошло.

Цокая каблучками, приблизилась Марджут, посмотрела на меня свысока.

До меня же с большим скрипом доходило, что некромантка напала на Ломтика.

Соулы в этом мире – священны.

В Морте же никто не смеет даже коснуться чужого соула – под угрозой отчисления.

Видимо, довела я Марджут, пронеслось в голове. А может, план был такой… меня из себя вывести. Был, да не сработал…

Впрочем, долго размышлять мне не пришлось.

Рядом с Марджут возникли Ритва с Вильдой.

– А теперь ты нам всё расскажешь, в подробностях, как умудрилась заполучить кольцо Фьордов, светоша. – Процедила Марджут. – По-хорошему расскажешь.

– И молчать будешь о нашей доверительной беседе, так ведь? – процедила Ритва. – Иначе дракону твоему не поздоровится.

Я только и могла, что хватать ртом воздух. Будто сквозь толщу воды доносились возмущённые вопли Ломтика. Дракоша опомнился от первоначального испуга и теперь оглушительно вопил. Только вот, боюсь, ушлые аристократки догадались воспользоваться поглощающими звуки чарами.

– Ну?! – наступала на меня Марджут. – Говори!

– Или хуже будет!

Легко сказать – говори. Когда у тебя сердце не рвётся, когда не выкручивает тебя со всех сторон одновременно. Вынужденный паралич Ломтика сказывался на мне не самым удивительным образом. Не знаю, как, но всё же сумела выдавить из себя.

– Скажу…

Давление тут же уменьшилось, несильно, но этого было достаточно, чтобы остаток фразы я смогла произнести, не запинаясь.

– Скажу, что, если сейчас же отпустишь Ломтика, об этом не узнают в академии…

Горло тут же сжало упругим невидимым кольцом и я закашлялась.

– Щедрое обещание. – Издевательски ухмыльнулась Марджут. – И даже Петтери не нажалуешься?

– С вами, пятки Хюндлы, я… сама… разберусь...

Марджут рассмеялась, две другие языками зацокали, мол, мы-то тут причём.

– И что ты нам сделаешь, светоша?

– Ты ведь даже Петтери не нужна. – Многозначительное переглядывание. – Ты для него – лишь доступ к Хаосу…

– А для Морте ценна только драконом своим…

Драконом…

Мой маленький дракон бессильно бился в кольцах взрослого питона. Соул Марджут пережал ему горло. Должно быть, опасался пламени. Какое там пламя… Одно дело дышать огнём в праХраме, в усиленном магией пространстве и совсем другое – когда тебя банально душат… Да и малыш он пока ещё… Два с половиной месяца – не возраст вовсе для дракона.

– Что ты нам сделаешь, светоша?

– Дайте только встать. – Прошипела я зло.

– И что будет?

– Уви…дите...

– А что, это даже забавно. – Фыркнула Вильда и две другие некромантки закивали.

Марджут сделала знак питону и тот ослабил давление на шейку моего ледяного крохи. Я часто задышала, чувствуя, как меня переполняет злость. ЗЛОСТЬ.

Подымаясь на подкашивающихся ногах, сообразила...

Злость, что я испытывала – не моя.

То есть… не вполне моя.

Эта злость не только бурлила и переполняла изнутри, но и окружала меня со всех сторон, обволакивала коконом, и нет, в отличие от питона Марджут, дышать ничуть не мешала.

– Хаар-рр! – внезапно вырвалось у меня непонятное. – Хаар Ши!

Некромантки переглянулись. Занервничали, задёргались.

– Хаа-ар Шии-и! – повторила непонятное, настраиваясь на странный, неведомый доселе поток. Я ощущала его как свет… Но был этот свет каким-то холодным. Резким. Прицельно-жгучим…

– ЯлОхиКаарме Хаар Шиии!!! – в моём голосе откуда-то появился рокот и завывания.

Взревел, резко отброшенный к стенке питон. Шарахнулись назад и другие соулы – летучая радужная рыбка Ритвы и синий ёжик Вильды.