Сэндмен Слим - Ричард Кадри

Аллегра стоит у двери, освещенная светом из окна. Она выглядит не намного старше, чем был я, когда меня унесло в «Страну Оз». Возможно, ей уже можно употреблять спиртное. А может, и нет. Косметики не много. Вокруг глаз чернота. Блеск на губах. Она худая, с темноватой кожей цвета кофе с молоком. Будь голова бритой, ее можно было бы принять за младшую сестру Фокси Браун^[23]. Пальто и юбка явно из секонд-хенда, но ботинки выглядят дорого. В целом – девочка из художественного училища, которая точно знает, чего хочет.

Я снимаю цепочку, закрывающую вход на лестницу, и выхожу в зал.

– Доброе утро. А вы, должно быть, Аллегра?

Она вскидывает голову и смотрит на меня:

– Кто вы такой? Где мистер Касабян?

– Касабяну пришлось покинуть город. Какие-то семейные проблемы. Я его старый друг и присмотрю за этим местом в его отсутствие.

Наверное, не стоило этого говорить. Аллегра начинает злиться. Она пытается скрыть свои чувства за маской удивления, но получается плохо.

– Неужели? – переспрашивает она. – Вы раньше управляли видеомагазином?

– Нет.

– А вообще – работали в торговле?

Я подхожу и, облокотившись о стойку, украдкой осматриваю пол на наличие крови. Всего лишь несколько капель. Как правило, я не истекаю кровью слишком долго. Похоже, одежда «Брэда Питта» впитала большую часть того, что из меня вытекло.

– Позвольте объясниться. Когда я сказал, что присмотрю за этим местом, я не имел в виду, что собираюсь им управлять. Большую часть времени я буду или отсутствовать, или работать наверху.

– Ясно… – отвечает она еще холоднее, чем прежде.

Она прекрасно знает, чем занимался Касабян, и ни в коем случае этого не одобряет. Девушка из Лос-Анджелеса, обладающая совестью. Они встречаются так же редко, как единороги.

– Ни во что не вмешиваться – любимый стиль управления мистера Касабяна. Вы отлично его замените.

Ее сердце бьется чаще, зрачки расширяются. Какого черта я все это замечаю?

Она хмурится, смотрит вниз, затем на меня:

– Только не говорите ему об этом.

– Ваших секретов я не выдам никому.

Ее дыхание замедляется. Она успокаивается, но не намного.

– Могу я задать вопрос?

– Конечно.

– Что, черт возьми, случилось с вашей одеждой?

– Ах да… Пережил небольшую аварию, когда приехал в город, – отвечаю я, застенчиво улыбаясь.

Моя улыбка очень нравилась девушкам, когда я был молод и не так непригляден. Общаясь с милой человеческой девушкой, с которой я, возможно, стал бы флиртовать в прошлой жизни, я на секунду забыл о том, что больше не молод и не красив.

Осознав это, я стараюсь придать лицу более – как я надеюсь – нейтральное выражение.

– Возможно, придется прикупить что-нибудь новое. Как считаете?

– Не утруждайтесь. Я слышала, палёное нынче в моде.

Она скрещивает руки на груди и смотрит на меня с вызовом.

– Я Старк.

– Старк. Всего одно имя? Как у Мадонны?

– Или у Шер…

– Ну, хорошо, мистер Старк.

– Старк. Не надо «мистера». Просто Старк.

– Ну, хорошо, «Просто Старк». Раз такое дело, я увольняюсь. Я могла бы управлять этим магазином даже во сне, но мистер Касабян, очевидно, не вполне мне доверяет, раз прислал присматривать какого-то, простите, бандита. Нет уж, бл…ь, спасибо!

– Меньше всего мне хочется присматривать за тобой. По правде говоря, мне просто негде остановиться, и Касабян разрешил ночевать на втором этаже. «Присматривать» я буду чисто формально. Насколько я понимаю, главной остаешься ты. Управляй магазином, как хочешь.

– Вы по-прежнему похожи на человека, которого мне, наверно, знать не следует.

– Как скажешь.

Я делаю шаг к ней, ожидая, что она отшатнется. Но она стоит как вкопанная. Нервная, но храбрая. Она мне уже нравится.

– Слушай, бандиту было бы наплевать на всех, кроме себя. А я… обычно забочусь о своих друзьях.

В голове моей вспыхивает лицо Элис, безжалостно напоминая, насколько пустым могут быть такие обещания. Благие намерения как десять центов – не стоят ни черта в этом гребаном мире. Я толкаю Элис обратно во тьму.

– Останься, и я гарантирую – ты будешь работать в самом безопасном видеомагазине Лос-Андже́леса.

– Ну, ничего себе! Теперь мне действительно стало страшно.

– К тому же, сколько бы ни платил тебе Касабян, я дам прибавку в пятьдесят процентов.

В этот раз мне удается ее заинтересовать.

– Вы это правда можете?

– Здесь нет никого, кто бы мне запретил. Полагаю, пока я здесь вместо босса, я могу платить своим людям столько, сколько захочу.

– А когда вернется мистер Касабян?

– Понятия не имею. Сама понимаешь, семейные проблемы – штука непредсказуемая. Наверняка займут какое-то время.

Она кивает, смотрит вниз, затем на меня:

– Ладно, я останусь. Пока.

Аллилуйя!

– Спасибо, Аллегра.

– Не за что, «Просто Старк».

Я ЖДУ ЦЕЛЫЙ час на втором этаже, пока магазин наполнится покупателями, зашедшими в обеденный перерыв. Я решаю проверить, как там Касабян, только когда внизу становится достаточно шумно, – чтобы подстраховаться на тот случай, если ему снова захочется покричать.

Он все на той же полке, где я его оставил. Но, увидев меня, кричать он не стал. Только застонал:

– Ради всего святого, всади мне пулю в голову или переключи этот чертов канал!

На экране идет дневное ток-шоу. Стареющий ведущий в костюме и крашеная блондинка беседуют то о какой-то актрисе, о которой я никогда не слышал, то о лапшерезке, способной изменить жизнь каждому.

– Пожалуйста, выключи эту херню!

– Ну не знаю, по-моему, лапшерезка действительно офигенная.

– Иди на х…й!

– У тебя есть машина?

Он смотрит в телевизор, игнорируя мой вопрос. Я протягиваю руку и выключаю звук.

– Ключи в правом кармане, – говорит он.

Я переворачиваю его коматозное тело набок, чтобы дотянуться до кармана. Вот они!

– Что за машина?

– Верни мне тело.

– Где Мейсон?

– Не знаю.

– Я тебе не верю.

– Уж поверь: если бы я знал, как отправить тебя к Мейсону, то сделал бы это не задумываясь. Я бы с удовольствием глянул, как он отрывает тебе яйца.