Звёздный факультет. Бал поцелуев  - Ева Никольская

Наверное, что-то такое было в моих глазах, потому что бледная как моль девица побелела еще сильнее, а на скулах ее проступил металлический доспех. Квазара молча посторонилась, я так же молча прошла мимо. Вслед ничего не полетело — уже хорошо. До дома добралась без приключений, если не считать таковыми ворчание охранника, который терпеть не мог ночные отлучки квартирантов. Закрыла дверь, активировала зеркало, посмотрела на свое отражение… и принялась лихорадочно звонить сестре, хотя, наверное, стоило набрать папу или Ника.

Еванжелина

Когда мерцающие нити телепорта, коконом окутавшие тело, окончательно растаяли, я отчетливо услышала мерное тиканье часов и увидела, как в спальне сестры то включается, то гаснет свет. Плохо! Электронные часы работают без звука, если не настроить специальную функцию, а врубает ее Кристина, только если состояние — полный звездец. Монотонное тик-так обычно действует на нее успокаивающе.

Торопливо скинув ботинки, я на цыпочках прокралась в комнату и застыла в дверях. Крис сидела на диване, по-турецки скрестив ноги, и поглаживала, точно котенка, круглый «плавающий» ночник. Он озарял теплым светом небольшой пятачок, добавляя контраста скользящим по лицу сестры теням, а потом снова гас, скрывая ее силуэт. И хотя я видела Кристину при любом раскладе — одним из плюсов инициации псионика было хорошее ночное зрение — ситуация беспокоила.

— Крис, — позвала, окончательно осознав, что сестра меня не замечает. Погруженная в собственные мысли, она смотрела в одну точку, ни на что не реагируя. — Госпожа Ландау! — рявкнула командным тоном. Этот трюк, когда мы были маленькими, проворачивал Николас, если надо было поднять нас ни свет ни заря, что делать нам, естественно, не хотелось.

— А? — Кристина будто очнулась от транса. Моргнула пару раз, потом громко шмыгнула носом и грустно протянула: — Где же ты пропадала, Евочка, мне так много надо тебе рассказать.

М-да… дело дрянь.

Она не подпрыгнула, как обычно, сметая подушки, не издала радостный вопль и не кинулась мне на шею. Даже не обругала за долгое отсутствие! Это точно моя сестра? Ее, часом, не подменили? Крис продолжала сидеть и смотреть на меня. Счастье, что хоть ночник гладить перестала. Подойдя к ней, я опустилась рядом и обняла сестру. Она положила голову мне на плечо и снова шмыгнула носом. Не плачет, упрямая, держится… а лучше бы разревелась — глядишь, и полегчало бы!

Звонок сестры застал меня в архиве, до которого квазар проводил семнадцатую поющую, махнул на прощанье рукой и ушел, даже не поздоровавшись с координатором. Папа, как выяснилось, был уже в курсе нашей проваленной миссии — спасибо докладу Молнии, которую на самом деле звали Молли Вега. Ни о чем особо не спрашивая, он обнял меня, потрепал, как в детстве, по волосам и клятвенно пообещал навестить нас с Кристиной утром. Отец частенько торчал тут ночами, умудряясь днем еще и лекции студентам читать, а все потому, что не в пример нам он высыпался часа за три и чувствовал себя при этом бодрым и свежим.

Мы толком и поговорить-то с ним не успели, как поступил входящий вызов от Крис. Эмоциональное состояние сестры оставляло желать лучшего. Одолжив у папы рабочий «амулет», я помчалась к ней. Вот теперь мы с сестрой и сидели на большом удобном диване, освещенные плавающим вокруг ночником, и молчали. Я не торопила ее с вопросами, она не спешила делиться проблемами. Наконец-то мы снова были вместе, вдвоем… это действовало как лекарство, затягивая Душевные раны. И мои, и ее. Примерили, называется, платья! Кстати, о них…

— Слушай, а ведь твой костюм теперь подходит тебе еще больше, даже метку маскировать не надо! — полушутя-полусерьезно сказала я, пытаясь растормошить сестренку.

Узор на ее щеке сменил не только цвет, но и структуру. И, глядя на него, я прекрасно понимала причину паники Крис. Маджентовые линии теперь переплетались с темно-фиолетовыми и черными. Можно, конечно, было предположить, что инициация пока в процессе и окончательный колер еще не выявлен, однако распознать спектр ее паранормальных способностей все равно не получалось.

У псиоников встречался красный, лиловый, гелиотроповый даже… а такого многогранного рисунка я ни у кого раньше не видела. Может, зря не позвала с собой папу? Он наверняка знает, что все это значит. Но Кристина просила никому пока не говорить об инициации, я и промолчала. Ничего! Утром отец все равно явится в гости, а если что-то пойдет не так — вызову его раньше.

— У меня для тебя новость. — Уголок ее губ дернулся, наметив кривую улыбку. — На бал в моем платье пойдешь ты.

— Э?

— Платье видел Кай, — вздохнув, пожаловалась сестра.

— И что? Это же хорошо, что он знает, как тебя искать, — начала рассуждать я, помня об увлечении Кристины нашим вокалистом. — Стой! А где это он тебя в нем видел?

— Дома, — поморщилась она, теснее ко мне прижимаясь. Я машинально начала перебирать ее иссиня-черные волосы с такой же, как у меня, синей прядью. Раньше она была бесцветная, хм… — Он заходил к тебе, спрашивал какие-то ноты.

— О звезды! Совсем про них забыла.

— Я сказала, что музыка еще не дописана, так как думала, что он принял меня за тебя, — не обратив внимания на мой возглас, продолжила рассказывать Кристина. Настроение ее потихоньку улучшалось, она оживала на глазах, что несказанно радовало. — Потом мы вместе пошли в академию…

— Зачем?

— Тебя искать.

— Так, погоди. Я запуталась. Если Кай думал, что ты это я…

— Он не знал, кого именно мы ищем. Или что. Мне просто надо было попасть в академию, а у него был пропуск. Ты же не отвечала на звонки, я волновалась. — Она подняла голову и укоризненно посмотрела на меня. — Что тебя так задержало, Ев?

— Прости, так получилось.

Стало стыдно. А еще так грустно и больно, что сердце сжалось. Почему я должна держать все в секрете? Это ведь создает между нами пропасть! Ладно раньше, когда миссии не несли серьезной угрозы, я просто умалчивала о них, и все. Но сегодня меня могли убить или ранить, как Рона и Молнию. А Крис сходила бы с ума от неведения, не зная, что происходит.

Или пусть лучше так? Ведь в противном случае она каждый раз будет переживать, ожидая моего возвращения с задания. О том, что сестра проболтается, даже мысли не допускала — тайны хранить Кристина умела. И как же поступить: сказать ей или продолжать лгать и выкручиваться дальше? Я ведь подписала договор о неразглашении тайны… Тайны, которую знал теперь Джет Янг. Чем этот квазар лучше моей любимой сестренки?! От сложного выбора меня избавила сама Крис, обиженно прошипев:

— Этот гад огненный… это с-с-смазливое свиное рыло… представляеш-ш-шь, он меня поцеловал!

— Ого! — выразила свое удивление я.

— После того, как сбросил с крыши высотки!

— Чего?! — Удивление усилилось, к нему добавилось еще возмущение, что и отразилось в моем громком вопле.

— Но сначала все было круто. — Сестра мечтательно улыбнулась. Скосив на меня глаза, она хитро прищурилась и добавила: — Ты не переживай, Евуль, я ему отомстила. — О звезды! «Стихии» что, в канун бала поцелуев лишились своего фронтмена? — Завтра твой вокалист будет щеголять отменным фонарем под глазом! — похвасталась Кристина, поглаживая свои костяшки.