Оскал Нейлы - Кейт Ринка

Выйдя на берег, Лия решила это проверить, возвращаясь к тому месту, где последний раз видела волка, чтобы поймать его след и запах. Оказалось, этот след вел к озеру, петляя между деревьями. Хитрый ликан решил поменять их роли, и Лия слишком поздно это поняла — она услышала за спиной хруст веток за секунду до того, как крепкие руки дернули ее за руку, толкая лицом в дерево. И горячее тело Эрика прижалось к ее спине, вдавливая в ягодицы свой самый жаждущий ее орган.

— Вижу, тебе уже значительно лучше, — жарко прошептал Эрик ей в щеку, в которую уткнулся носом.

— Мне уже давно стало значительно лучше. Но, кажется, ты так увлекся заботой о моем здоровье, что совсем этого не заметил.

— Возможно, — усмехнулся Эрик, сжав рукой ее ягодицы и скользнув пальцами во влажные складочки. — А ты что, соскучилась?

Лия пропустила вдох.

— А ты нет?

— Я скучаю даже тогда, когда ты рядом, — хриплым бархатом прошелестел его голос, пока пальцы исследовали ее жар, бесстыдно забираясь внутрь. — Мне тебя всегда мало.

Пальцы Лии сжались на коре дерева, не имея другой опоры.

— Даже не знаю, почему позволяю делать со мной все, что тебе вздумается, — с коварной улыбкой произнесла она.

— Может… потому, что тебе это нравится? — спросил Эрик, касаясь губами ее плеча.

— Нет, не думаю, что в этом все дело, — ответила Лия, замечая, как замер Эрик.

— А в чем же? — напряженно спросил он.

— Наверное, это оттого, что я… люблю тебя, — закончила Лия, ощущая досаду, что не видит сейчас его глаз.

Эрик молчал, продолжая стоять все так же неподвижно. Потом он усмехнулся и потерся носом об ее затылок. Его ладонь накрыла руку Лии, которая держалась за дерево, переплетая пальцы и сжимаясь вместе с ее.

— Скажи это еще раз, — попросил он.

— Только лицом к лицу.

Сделав шаг назад, Эрик развернул ее, впечатывая теперь спиной в это же самое дерево. И его губы, нависая над ее ртом, снова тихо попросили:

— Скажи…

Но Лия только успела открыть рот, в который тут же скользнул проворный язык Эрика, когда он обхватил ее губами. Он целовал так яростно, будто хотел проглотить целиком, начав со рта, вдавливая затылок в свою руку, которой зарылся в ее волосах. И Лия отвечала с не меньшей страстью, позабыв о том, как же нужно дышать. Ей и не нужен был воздух, им был для нее Эрик. Он стал всем самым необходимым, самым желанным. И этот желанный мужчина оторвался от ее губ, чтобы прошептать важные для нее слова:

— Лия… ты даже не представляешь, что значит для меня это слышать. Слышать от той, в которой нуждаюсь больше всего на этом поганом свете. Черт… — Эрик снова усмехнулся, упираясь лбом в ее висок, — никогда бы не подумал, что между мной и женщиной может быть что-то важнее секса.

Лия повернула голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

— И что же это? — спросила она, обнимая Эрика за шею и поглаживая пальцами его скулу. — Любовь?

Растянув губы в улыбке, он провел пальцами по ее щеке, заглядывая в глаза.

— Вряд ли это слово способно вместить все, что я чувствую.

— Так сильно? — лукаво спросила Лия.

— Безумно, — подтвердил Эрик.

Крепче обхватив Эрика за шею, Лия оплела ножками его торс и прошептала ему в губы:

— Хочу доказательств.

Сжав руками ее ягодицы, Эрик без труда протиснулся внутрь влажного жара, снова сбивая дыхание, вышибая из нее одним мощным толчком все мысли и ощущение реальности, заполняя безграничным чувством счастья и потребности в одном единственном мужчине, который на короткий миг поймал губами ее стон и хрипло ответил:

— Тогда держись крепко, девочка моя, и ничего не пропусти, потому что я собираюсь доказывать свои чувства всеми возможными способами, и, пожалуй, начну с самого любимого.

Лия успела увидеть на его губах хитрую улыбку, прежде чем эти губы обхватили ее рот в очередном головокружительном поцелуе, слизывая с нее каждое слово «люблю»…

И Лия верила, верила каждому движению тела любимого, каждому его слову, которое Эрик ей шептал, вселяя веру и в то, что теперь все будет иначе. Теперь она не одна, в своей боли и удовольствии, в своих желаниях, и просто… во всем!

А где-то в глубине леса завыл волк, чей вой подхватили и остальные, протяжно вторя друг другу…

The end