Стечение обстоятельств - Алина Аркади

Глеб

Пришлось ждать четыре месяца, чтобы организовать полноценное торжество, потому что Арина твёрдо настаивала на июне. И лишь потом, когда была назначена дата, я наконец понял ‒ она выбрала день, когда мы впервые встретились. Тот самый, когда она предстала передо мной в образе жалкого котёнка, умоляющего о помощи. Не спорил, понимая, что для неё это важно.

С трудом уступая, всё же учусь компромиссу, позволяя жене отстоять свою точку зрения. Иначе ничего не получится, иначе я её потеряю.

‒ Наконец-то всё правильно, ‒ рядом появляется отец, проследив за моим взглядом, оба любуемся Ариной.

Длинное белое платье обтягивает, словно вторая кожа, делая мелкую невероятно сексуальной и притягательной. Вот уже пару часов представляю, как стяну с неё эту тряпку, добравшись до желанного тела.

‒ Ты доволен?

‒ И я, и мама, и Строгановы. Никогда не думал, что буду так радоваться твоей женитьбе.

‒ Я тоже не думал…

Провожаю взглядом Арину: улыбается гостям, щебечет, танцует. Счастлива. Костя тянет её танцевать, прижимая к себе. Закипаю. Не люблю, когда к ней прикасаются чужие руки, будто кто-то посягает на моё, отбирает доставшееся мне счастье.

‒ Глеб, она танцует с твоим братом, ‒ цокает отец.

‒ Знаю.

‒ Тогда остынь. От одного твоего вида страшно. Гостей распугаешь.

Легко сказать, а ещё сложнее сделать. Арина вызывает такой коктейль эмоций, что иногда готов взреветь.

‒ Нас всех интересует вопрос: когда внуки?

‒ Как только, так сразу.

‒ Это не ответ.

‒ Что за срочность?

‒ У Демьяна есть только Арина, у меня ты. Костю в расчёт не берём, вряд ли его предпочтения изменятся. Внук ‒ это продолжение, гарантия, стабильность.

‒ Объявим по факту, ‒ бросаю через плечо, направляясь к Арине.

Мелкая беременна. Нашёл тест неделю назад, который запрятала в самый тёмный угол. Радовался, как ребёнок, почти пищал от нахлынувших эмоций. Ждал, когда скажет сама. Молчит, обходя эту тему стороной.

‒ Я заберу свою жену, ‒ вырываю Котёнка из объятий брата и увожу подальше от гостей, к фонтану, который ей так полюбился.

‒ Не дождался окончания танца? Нетерпеливый, ‒ звонко смеётся.

Прижимаю спиной к себе, скольжу ладонью по животу, спускаясь ниже.

‒ Здесь кто-то живёт, Котёнок? ‒ кажется, даже перестаёт дышать, смутившись. Тело вмиг становится деревянным. ‒ Почему молчишь? Давно узнала?

‒ Две недели назад. Я не знала, как сказать… точнее, как ты отреагируешь… будешь ли рад и… испугалась…

Разворачиваю лицом к себе, сталкиваясь с паникой в потемневшем взгляде.

‒ Мы об этом уже говорили.

‒ Да, четыре месяца назад, когда ты уверял, что не против. Но, возможно, в тот момент за тебя говорили эмоции после череды произошедших событий, и сейчас ты думаешь по-другому. А, может, вообще изменил решение и дети не нужны…

‒ Ты же знаешь: не повторяю дважды.

‒ Так ты рад? ‒ глазки бегают, а шальные искорки вызывают улыбку.

‒ Рад. И хотел бы порадоваться вместе с тобой, но, увы, кто-то решил скрыть от меня радостную новость.

‒ Прости, ‒ утыкается в моё плечо, крепко обнимая.

‒ В следующий раз говори сразу.

‒ В следующий? ‒ пухлые губы забавно вытягиваются в удивлении.