Хозяин её жизни - Софи Росс

— Только не съешь все ведерко, малыш. Оставь хоть немного взрослым, — я улыбаюсь и переворачиваю очередной румяный блинчик.

Три месяца назад Лиса смотрела на нас с Дамиром волком, когда мы с ним съехались — точнее он просто как-то приехал ко мне в квартиру и сам начал собирать чемодан под мой вопросительный взгляд — а теперь вот девочка с визгами бежит к моему мужчине на руки, когда он возвращается с работы, и тепло относится ко мне.

А всего лишь стоило окружить малышку заботой и любовью. И не сдаваться, когда первое время она все воспринимала в штыки.

— Доброе утро, маленькая, — Дамир подкрадывается ко мне со спины, кладет ладони на мою талию и мягко целует в шею, пока я лью тесто мимо сковородки, потому что из-за предательских мурашек никак не выходит сосредоточиться.

— Доброе утро. А мы хотели тебя завтраком в постель порадовать, — поворачиваюсь к нему лицом и шепчу в губы, мгновенно обнимая Дамира за шею.

Я балансирую на носочках, пока он смотрит мне в глаза, и чувствую, как его рука медленно сползает на ягодицу.

Очень сложно не наброситься на него прямо на кухне. Меня останавливает только заинтересованный взгляд Лисы, которая даже от мороженого отвлеклась. Она вообще любит вот так замирать и разглядывать нас с миром, когда он обнимает меня — кажется, ей не очень по вкусу, когда мы заняты только друг другом.

— Вообще-то, малышка, это моя обязанность — носить тебе кофе в постель, — он быстро прижимается губами к моим и нарочно сжимает пальцы на бедре, раздразнивая меня сильнее.

А я почти готова взвыть, потому что дурацкие гормоны превратили меня в бомбу замедленного действия. Кажется, вечером, когда Лиса заснет, я наброшусь на Дамира и грязно надругаюсь над его телом.

Это нормально, что мне хочется облизывать и кусать моего мужчину?

— Один раз можно и поменяться местами, — говорю и улыбаюсь в ответ, когда Дамир крадет блинчик с тарелки, и в два укуса от него не остается и крошки.

— Может, останемся дома? После такого завтрака я не в состоянии буду сесть за руль из-за раздавшегося живота, — Дамир нагло ворует у Лисы ложку с мороженым, она возмущенно тянется за ней, а я не могу сдержать смех, когда все ведерко в итоге достается Грому.

А вот нечего было клювами щелкать.

— Значит, поведу я, — за это время я успела сдать на права собственными усилиями. — Тася не простит, если мы все-таки не приедем. Она там с ума сходит в четырех стенах которые выходные, потому что у нас вечно все срывается. Душа молодой мамочки требует праздника.

— Пожалуй, с блинами стоит притормозить. Женщина за рулем…

Дамир усмехается, когда я стреляю в него воинственным взглядом и угрожаю грязной деревянной лопаточкой.

На самом деле он не против, что я вожу новенькую красную красавицу, которую он вручил мне после получения прав, но вот за руль своего четырехколесного монстра предпочитает меня не пускать.

До Артура с Тасей мы доезжаем практически без пробок.

Девушка чуть не сбивает меня с ног, обнимает до хруста моих бедных ребер и от души чмокает в щеку, растрепав волосы рядом притаившейся Лисе, которая фырчит в ответ на такое бесцеремонной покушение и с важным видом поправляет свою прическу.

— Люди! Живые! Наконец-то!

Тася после родов практически пришла в форму, у нее исчезли очаровательные «беременные» щечки — на их место пришли острые скулы, которым я в тайне завидую.

Сама я вернула свои прежние килограммы обратно, а в последний месяц набрала еще парочку сверху, потому что меня ужасно тянет на мучное. За завтраком, обедом и ужином. Еще и ночью могу пойти охотиться на печенье и свежий подогретый хлеб.

Я ужасно хочу посмотреть на близнецов, но они только недавно уснули, поэтому все время до вечера мне остается только представлять маленьких карапузов в смешных одинаковых пинетках. Тася вообще любит выбирать им необычные вещи.

Когда малыши просыпаются, их счастливая, но утомившаяся мамочка уже мирно посапывает на диване с крохой под боком.

Артур уносит одного карапуза в ванную, а мы с Дамиром остаемся в роли нянек для второго крикливого комочка.

— Он такой маленький, — Мир осторожно укачивает его, придерживая бутылочку с детской смесью.

— Это он еще подрос немного. Наш через примерно семь с половиной месяцев будет еще меньше.

— Маленькая?..

Я задерживаю дыхание, смотрю на Дамира с самой широкой улыбкой на губах и киваю заведенным болванчиком в ответ на его вопросительный взгляд.

И пусть только кто-то попробует поспорить с тем, что Дамир сейчас не самый счастливый человек во всей вселенной.

Конец