Он тебя проспорил - Лана Пиратова

Появляется блеск в глазах.

— Ты мне нужна. Понимаешь? — прямо говорю я. — Ты.

— Но…

Кладу палец ей на губы.

— Ты.

Притягиваю ее голову к себе и целую. Отпускаю волосы. Подхватываю ее за талию и закидываю на плечо.

— Эй! — она легонько бьет меня по спине. — Пусти!

— Смирись уже, — отвечаю по пути в спальню.

— Поставь меня немедленно! — требует она.

И я выполняю ее просьбу, уже зайдя в нужную комнату.

— Ты обещал поговорить, — смотрит укоризненно.

— О чем еще? — руками сзади нахожу замок на юбке и тяну его вниз.

Немного тяну и юбка падает на пол.

— О нас, Арман, — она облизывает губы, пока я глажу ее упругую попку.

— Лис, — говорю уже серьезно, — ну, что еще можно говорить о нас? Есть ты. Есть я. Нам же хорошо вместе? Ты, наконец, поняла это. Я это знал давно.

Сильнее надавливаю пальцами на нежную кожу.

— Но столько всего было, Арман, — упрямо твердит она, отворачиваясь от моего поцелуя.

Сука. Почему нельзя просто трахнуться? Ей же нравится. Я знаю.

— Было, Лисенок, именно было, — целую ее в шею. — Прости. Я же говорил уже. Давай забудем.

Перевожу руки на пуговицы блузки.

— Нам же хорошо, — продолжаю уговаривать ее, предвкушая, что не выпущу ее из кровати еще очень долго. — Я так хочу тебя.

Тянусь к губам. Но она неожиданно отступает на шаг от меня.

— Забудем? — цедит, сузив глаза. — О чем забудем, Арман?

Мне не нравится ее тон. Хмурюсь, предчувствуя очередные проблемы.

— О том, что вы поставили меня на спор?! — продолжает она и я не знаю, что ответить ей. — Или что ты накачал меня, чтобы было легче получить, что хотелось? А шантаж? Тоже забыть?

— Лис, — тяну к ней руки.

— Нет, — твердо произносит она. — Я не могу забыть это. Слишком мало времени прошло. Не могу.

Обхватывает себя руками.

— А сколько тебе надо времени? — не выдерживаю я. — Сколько? Год? Два? Или десять? Сама мучаешься! Меня мучаешь! Сколько можно?

Сажусь на кровать. Обхватываю голову руками.

— Это все из-за твоего упрямства, — говорю устало. — Все могло быть иначе…

— Не могло, Арман. Все было бы так. Мы слишком разные.

Вскидываю на нее взгляд. Эти слова ранят в самое сердце. Потому что звучат они как приговор.

— Я ухожу, — говорит уверенно и возвращает на свою задницу юбку. Надевает пиджак.

Я молча наблюдаю за этим.

Она идет в коридор. И тогда я вскакиваю. Подбегаю к ней. И руками обхватываю ее.

— Нет. Не уйдешь. Лисенок. Пожалуйста. Останься со мной. Ты же сама сказала «нас». Ты и я.

Она молчит. Потом расцепляет мои руки и отводит их.

— Нет, Арман. Нет «нас». Нет. Пока нет. А, может, и не будет никогда. Слишком больно, Арман. Больно…

И она уходит. Не поворачиваясь. Не прощаясь. Просто молча уходит от меня.

И я стою и понимаю, что не хочу заставлять ее быть со мной. Не хочу применять силу. Унижать. Шантажировать.

Хочу ее. Но хочу получить ее по-другому. Чтобы она сама решила остаться.

И я думал, что уже все. Что она так и решила. А она опять ломает все. Опять поступает по-своему.

От беспомощности со всей силы ударяю кулаком в стену.

— Сука! — вырывается у меня. От боли. Но не от физической. Нет. Больно не в месте удара. Больно где-то в груди. Где раньше никогда не болело.

Это новая боль. Самая сильная боль. И самая горькая.