Грязная любовь - Меган Харт

– Я за.

– Отлично. А то я умираю с голоду. – Дэн снова сжал мою руку.

И этот мужчина слизывал сбитые сливки с моих сосков. И услуги психиатра мне также были без надобности – я сама могла догадаться: в том, чтобы держаться за руки, нет ничего предосудительного или ненормального. Марси и Уэйн, к примеру, держатся за руки. Так же как и большинство остальных пар в парке.

Но они были парой – друзья, любовники. Я не могла сказать то же самое про нас с Дэном. Он стал привычкой, способом провести время. Мы не были парой. Марси и Уэйн – да. Как и проходящий мимо парень с дредами под руку с девчонкой в футболке с надписью Ramones. Нет, мы не были парой. Но тогда кем же мы приходились друг другу?

– Элли? – Лоб Дэна прорезали морщины. – Ты как?

– Прекрасно, – сказала я, хотя это было не так.

В парке было достаточно людей, чтобы я могла их сосчитать и поделить на два. Сколько пар. Один плюс одна. Совсем как в гребаном Ноевом ковчеге.

– Элли, ты какая-то бледная. Может, присядешь?

Я позволила Дэну взять на себя роль кормчего. Марси и Уэйн следовали за нами, причем Марси болтала даже больше, чем на работе, но я была благодарна ей за этот треп, поскольку он освобождал меня. И я почувствовала прилив благодарности к Дэну, когда он принес мне клубничный лимонад.

Я пила его маленькими глотками. С выражением легкой тревоги в глазах Дэн убирал пряди волос с моего лица, но ему хотя бы пришлось отпустить мою руку. Я воспользовалась этим, чтобы не дать ему коснуться меня снова, обеими руками вцепившись в принесенный мне напиток.

Я вела себя как последняя идиотка и знала это. Знала, что мое поведение неразумно, но сердце заставляет человека действовать по своим собственным законам, в которых, с точки зрения логики и разума, здравое зерно отсутствует. Примерно то же самое говорил Блез Паскаль, и пока моя жизнь только доказывала правоту его слов.

Я пригласила Дэна. Более того, я хотела быть с ним, здесь и сейчас. Держаться за руки. Может, даже почувствовать то, что чувствуют те люди, про которых можно сказать: «Они – пара». Моя тревога совершенно не имела под собой почвы, но она продолжала наполнять меня по одной простой причине – я не знала, как с ней справиться.

– Смотрите! – указала Марси. – Давайте-ка взглянем поближе на эти ветерки.[8]

Марси с Уэйном зашагали к стенду с ветерками, сделанными из домашней утвари, танцующими на бризе, дующем с реки и о чем-то переговаривающимися между собой на языке музыки. Дэн остался со мной. Он стоял близко, хотя и не касался меня, пока толпа не толкнула нас друг к другу. Он положил руку мне на локоть, чтобы помочь переступить огромный корень дерева, выступающий из травы, но затем снова ее отнял.

Марси купила себе ветерок, чем вызвала поддразнивания со стороны Уэйна. Она спросила у меня, нравится ли мне ее покупка. Мне она правда понравилась, и я так и сказала. Дэн принял сторону Уэйна, утверждавшего, что это форменное уродство. Все, кроме меня, засмеялись. Я присоединилась к ним спустя мгновение.

Мои глаза встретились с глазами Дэна. Я прочла в них вопрос. Однако сейчас было не время и не место, чтобы спрашивать о чем-либо прямо, поэтому я сделала вид, что ничего не заметила.

Мы перекусили, походили от стенда к стенду, бросали мелочь в стеклянные стаканы, чтобы выиграть какую-нибудь безделушку, приняли участие в немом аукционе.

Если я и была молчалива, то это мое обычное состояние. Благодаря трескотне Марси это было не особенно заметно. Дэн и Уэйн как будто поладили, раз завели продолжительный разговор о спорте, затрагивая и другие «мужские» темы, пока Марси тянула меня за собой, чтобы вместе взглянуть на невероятно устрашающих стеклянных клоунов.

– Вот этот похож на ребенка Бозо и Рональда Макдоналда, выросшего на свалке токсических отходов, – сказала Марси, указывая на несчастное творение за почти астрономическую сумму в двадцать семь долларов. – С ума сойти просто. И что с таким делать?

– Я бы могла купить его для матери, – сказала я.

– Она любит такие игрушки?

– Как раз наоборот. – Я улыбнулась одной из своих самых искренних улыбок. – Она, скорее всего, его возненавидит.

Марси затрясла головой.

– Значит, так, девочка моя. Напоминай мне, когда ты хочешь показать мне свою изнанку.

– Ах, Марси, разве ты еще не поняла? Я, как говорится, и зимой и летом одним цветом.

Я хотела произнести это шутливым тоном, но как раз в этот момент взглянула на Дэна, поэтому мои слова прозвучали серьезно.

Лицо Марси приобрело такой забавный вид, что мне самой захотелось засмеяться, затем она кинула взгляд в сторону мужчин и посмотрела на меня:

– Девочка, что такое?

Я качнула головой.

– Ничего.

– Он тоже ничего, – заметила она.

– Так и есть.

Она снова перевела взгляд на мужчин. Уэйн жестикулировал, но я совершенно не понимала смысла его жестов, хотя Дэн смеялся.

– Тогда… В чем дело?

– Да ни в чем, – пожала я плечами и улыбнулась.

Наверное, моя улыбка Марси в этом убедила, потому что она взяла меня под руку и хихикнула.

– Ты только взгляни на них! Честное слово – ну просто мальчишки!

Дэн снова рассмеялся и повернулся в нашу сторону. Заметив, что на них смотрят, он улыбнулся еще шире и махнул мне рукой. Я помахала ему в ответ. Он провел языком по губам, и мое сердце сразу же зачастило.

– Он тебе ведь нравится, да? – Марси привлекла мое внимание к себе. – Я же вижу.

– Да, он мне правда нравится.

Словосочетание «личное пространство» Марси было чуждо. Она обняла меня одной рукой и положила подбородок мне на плечо. Он оказался острым и сделал мне больно – я даже моргнула от неприятного ощущения.

– Тогда в чем проблема? – спросила она.

– Ни в чем.

Больше она ничего спросить не успела, заметив жест Уэйна, указывавшего ей в направлении открытой жаровни. Дэн махнул мне рукой, и мы все отправились туда. Марси болтала за всех нас, даже когда ела, поэтому я могла сосредоточиться исключительно на еде.

Я люблю мероприятия на воздухе. Люблю киоски, артистов, праздничную атмосферу, хотя и в отсутствие самого праздника. Мне даже еда нравится.

В этом году концерт играл на плавучей сцене. Мы взяли сэндвичи и напитки с собой, чтобы съесть все это на ступеньках, ведущих к реке. Репертуар оркестра был подобран как надо – старые мелодии, которые понравились большинству пришедших на фестиваль, не задевая ничьих чувств. Марси и Уэйн устроились поближе друг к другу, деля на двоих один молочный коктейль и кормя друг друга с рук картошкой фри. Мы с Дэном сидели чуть поодаль, каждый ел свою порцию.