В плену его желаний - Екатерина Аверина

Максим вышел из комнаты, а мне почему-то вновь захотелось плакать. Слезы противным комом подступили к самому горлу. Да что же это такое? Он же вернется сейчас и все будет хорошо. Чего реветь?

Ругая себя, подошла к комоду и коснулась ручки одного из ящиков. Внутри все замерло от какого-то детского предвкушения. Когда я была маленькой, с таким же чувством ждала Новогодних подарков от мамы. Да уж… Девочка выросла, игрушки стали другими. Дернула за блестящую ручку и ящичек легко открылся, а там… Мое сердце подпрыгнуло куда-то очень высоко, когда я увидела «сокровища» своего «дракона». Сколько же еще всего мне предстоит испытать? Покрутив в руках какую-то странную железяку, тут же положила обратно. Не хочу представлять, куда ее будут мне засовывать. Бр-р-р…

Мой мужчина четко дал понять, чего хочет сегодня, и мне лучше подчиниться. Связываться со злым и уставшим Максом и оказаться снова пристегнутой к стене, мне совершенно не хочется. При воспоминании о том, какую боль он может причинять, снова захотелось плакать.

— Я сама приняла это решение, — шепчу под нос. — Я решила его принять. Я не буду его менять, люблю ведь.

Мои пальцы наткнулись на спиралевидный фаллоимитатор. Тонкий, длинный и похожий… Вдруг стало смешно. Потому что он напомнил мне новогоднюю сосульку с маминой елки. Я точно ненормальная!

Покрутила в руке интересный атрибут сексуальных игр и нашла кнопочку. Любопытные пальцы нажали на нее, и игрушка завибрировала. Глядя на нее, сложилось впечатление, что она крутится. Так вот для чего нужны спиральки! Сделав, уверена, неправильный вывод, решила остановиться именно на ней. И только собралась лечь в постель и начать выполнять приказ своего мужчины, как от двери раздалось:

— Интересный выбор.

Вздрогнув, оглянулась и увидела, как совершенно голый Макс стоит в дверях. С его волос на лицо, широкую грудь, скатываясь по тугим мышцам, стекает вода. Он смотрит на меня голодным взглядом, член готов получать и доставлять удовольствие.

— Это я слишком быстро помылся или ты слишком долго выбирала себе игрушку на вечер?

Широкими шагами сократил расстояние между нами и обхватил меня за талию. Одежда моментально намокла.

— Я что тебе сказал делать?

— Прости, просто там столько всего, — шепчу ему и тянусь к губам, но он не дает себя целовать, убирая голову в сторону. — Макс, ну пожалуйста… Хочешь, я сейчас?..

— Не хочу! — в его голосе снова тонны льда и странная игрушка перекочевала в большую мужскую ладонь. — Иди в постель, — опустила взгляд и легла, глядя, как он достал полотенце и с каким-то остервенением стал вытираться.

— Я все испортила, да? — не выдержав молчания, задала вопрос.

Вместо ответа получила новый приказ.

— Повернись и встань на четвереньки.

— З-зачем?

Смотрит, не мигая, и я подчиняюсь. Подложив пару подушек под грудь, устроилась перед ним во всей красе. Почему-то сейчас совершенно некомфортно вот так стоять. Повернула голову в бок и увидела, что он достал из тумбочки смазку и презервативы. Зажмурила глаза, понимая, что сейчас будет, но оказалось, что я ошиблась. Правда не во всем. В предназначении игрушки, точно!

— Лежи смирно.

Кивком подтверждаю, что услышала, и прохладная смазка касается моей попки. Рефлекторно сжимаю мышцы и отстраняюсь, за что тут же получаю болезненный удар по мягкому месту.

— Я стараюсь, — снова дебильные слезы накатывают волной.

Со мной точно что-то не так. Нужно к врачу сходить, что ли, или… Я вдруг замерла, практически не ощущая его пальцев у себя внутри. Макс растягивает меня для себя, а меня вдруг накрыло. Стала вспоминать свой менструальный календарь и с облегчением выдохнула. Несколько дней задержки еще ни о чем не говорят, в прошлом месяце у меня были месячные, а значит я точно не беременна.

Только расслабилась, как вместо живых теплых пальцев, к которым уже успела немного привыкнуть моя попка, в нее стало проталкиваться вибрирующее нечто. Глаза стали расширяться от понимания, что именно проникает прямо туда. Вспомнив, как выглядит эта игрушка, стало откровенно страшно, и я даже попыталась подняться, но Максим грубо вернул меня на место, прорычав:

— Лежи спокойно. Ты сама его выбрала.

Хотела сказать, что не знала для чего эта штука, но подумала, что слушать он меня все равно не будет. Нужно расслабиться максимально, как только могу. Стала глубже дышать, как учил мой мужчина. Вдох-выдох, вдох-выдох.

— Моя умница, — слышу похвалу и улыбаюсь.

Вдох-выдох. Игрушка во мне. Вибрация достигает всей крайне чувствительных точек. Макс поглаживает мои ягодицы ладонью и….

— Мама… — вскрикиваю от ощущения, которое я не смогу передать словами.

Он прокрутил игрушку внутри меня, заставляя задохнуться от очень яркого ощущения. Я вцепилась обеими руками в подушку, а он тихо смеется.

— Мамы тут нет, детка. Не будем ее шокировать.

И он снова это сделал! Снова провернул спиралевидный имитатор внутри меня, вызывая громкий пошлый стон.

— Моя, — хрипит мужчина и вторгается в мое влагалище, заполняя меня собой.

Новая волна удовольствия проходит по всему телу.

Уже через пять минут его размеренных неторопливых толчков и того, что он вытворяет с моей попкой, стали дрожать ноги. А этот невыносимый мужчина только вошел во вкус. Он наращивает темп, сильнее толкаясь бедрами. Макс вытаскивает эту странную игрушку почти до конца и вводит ее, обратно прокручивая в движении. Я кричу, не в силах сдерживаться. Думала, что уже испытала максимум ощущений в постели с этим засранцем, но он продолжает меня удивлять. Я даже не подозревала, что мое тело способно испытывать нечто подобное.

Мой новый крик, его хриплый стон.

— Ты первая, — шепчет он и входит так глубоко, кажется, доставая до самой матки…

Такой чувствительной, что от одного единственного удара я содрогаюсь в оргазме, вцепившись зубами в подушку, чтобы больше не кричать. Мне так стыдно, но так хорошо. — Впустишь? — слышу где-то на грани рассудка.

Во мне дрожит каждая мышца, я, ничего не соображая, киваю и чувствую, как игрушка покидает мое тело и ее место занимает бархатная головка, затем весь член погружается в растянутую, расслабленную попку. Макс шумно выдыхает и трахает меня резкими размашистыми движениями. Голова кружится, я держусь руками за кровать, за подушку, за простыни. В глазах темнеет, но я прогибаю спину, отдаваясь ему целиком, позволяя проникнуть еще глубже. Довольный стон стал ответом на мои действия, и мой мужчина, пульсируя, излился мне на спину выскользнув в последний момент.