Лара - Бертрис Смолл

– У нее неплохие манеры, это большой плюс, – сказал Ллир господину Башкару. – Посмотрим, что она знает. Хотя я и так могу сказать, что багаж знаний невелик.

– Прошу садиться, – сказал Ларе учитель. – Не сердись на Ллира, дитя мое. Он говорит то, что думает. Он сотворен из ясеня, а они обычно очень откровенны, в отличие от дубов и кленов. Что до осины и березы, они обычно говорят шепотом.

– Дубы упрямы, а клены слишком болтливы, – добавил Ллир.

– А пальмы, как те, что в оазисе? – поинтересовалась Лара.

– Пальмы весьма ветреные создания, – уверенно сказал Ллир.

– Хватит пустых разговоров, – строго прервал их Башкар.

– У меня точно нет их в родственниках, – фыркнул Ллир и закрыл глаза.

Лара не сдержалась и захихикала.

Учитель улыбнулся.

– Теперь, дитя мое, проверим, что ты знаешь.

На протяжении всего дня он задавал ей вопросы, кивал и цокал языком. Носс принесла им еды, вскрикнув от удивления, когда Ллир потребовал сыра и эля. Из посоха вылезли резные ручки и схватили чашу, принесенную Носс. Когда на долину стала опускаться тень, учитель наконец встал.

– Нам предстоит потрудиться, дитя мое, а я еще не знаю, сколько времени нам отведено, но не пугайся, мы справимся. Я вернусь завтра утром в девятом часу, – сказал он и вышел.

– Он кажется очень добрым человеком, – заметила Носс.

– И мудрым. Ты должна сидеть рядом со мной и тоже всему учиться. Ты умеешь читать и писать?

– А зачем мне уметь читать и писать?

– Новые способности делают тебя более ценной в глазах госпожи, – назидательным тоном ответила Лара.

– Ты меня научишь?

– Да. Завтра встанем пораньше и начнем, пока не придет учитель, – обещала Лара.

Вечером пришел принц. Они поели и занялись любовью. Больше часа принц целовал и ласкал ее тело. Он втирал в кожу пахучее масло, пока все тело не стало покалывать. Затем он попросил намазать и его. Кровь закипала от каждого прикосновения к бронзовой коже принца, и Лара поняла, что ей нравятся его утонченные ласки. Их соитие было подобно буре. Она тряслась от неудержимого желания и молила принца проникнуть в нее глубже. Один поцелуй следовал за другим, и казалось, что остановиться невозможно.

– Нет, любовь моя, – сказал принц. – Ты должна научиться сдерживать голод, только тогда сможешь контролировать партнера.

– Я не хочу тебя контролировать, – воскликнула она. – Я хочу наслаждения!

Он едва слышно засмеялся и поцеловал ее в губы.

– Однажды в твоей жизни появится мужчина, которого надо будет контролировать, иначе он тебя уничтожит. Так что сейчас учись на мне и прочих любовниках, что встретятся на пути. Желание должно делать тебя сильнее, а не слабее.

– Только раз! – взмолилась Лара.

– Нет. Заставь меня желать тебя больше, чем ты желаешь меня, любовь моя. Сожми мой корень внутренними мышцами и держи до тех пор, пока сама не захочешь, чтобы излилось мое семя. Аххх! Вот так!

Лара следовала его указаниям. Лара и предположить не могла, что женщина может управлять мужчиной в таком деле. Она еще немного помучила принца, пока он не стал молить ее дать возможность излить в нее свои соки.

– Сейчас! – вскрикнула она, впиваясь ногтями в его плечо. – Сейчас, милорд! – Она обхватила его ногами и закрыла глаза, наслаждаясь получаемым и дарованным удовольствием.

– Невероятно! Ты очень талантливая ученица, Лара. – Через несколько минут принц приподнялся на локте и посмотрел ей в глаза. Он поцеловал ее и стал одеваться. – Поспи, любовь моя. Увидимся завтра.

– Подожди! А как же Мива?

– Я отправил ей послание. Нам остается только ждать, придет ли она.

– Что же будет, если она не появится, милорд Калиг? – заволновалась Лара.

– Значит, не появится, – ответил он. – Не волнуйся, ты ее увидишь. Ты же единственная ее внучка. Должно быть, твоя мать очень любила твоего отца, раз отказалась иметь еще детей.

– Почему же она не осталась жить с нами?

– Об этом лучше спросить ее, – ответил Калиг и скрылся за дверью.

Следующие несколько недель Лара не покидала замок. Она почти забыла о деревне у подножия скал. Каждый день она занималась с учителем Башкаром. Носс сидела рядом, стараясь запомнить все, что могла. Перед приходом Башкара Лара учила с Носс буквы, и наконец девушка освоила чтение. Носс оказалась весьма способной. Саму же Лару очень увлекла история Хетара.

Она узнала о существовании Высшего совета восьмерки, большую часть года собиравшегося в городе. От каждой провинции присутствовали по два делегата: от Лесной, Прибрежной, Провинции пустынь и Центроземья, частью которого считался и город. Назначался также и председатель Высшего совета. Эта миссия возлагалась на главу каждой провинции и передавалась всем по очереди через каждые три луны. Он голосовал лишь в случае равенства голосов. Высший совет управлял Хетаром, он принимал новые законы и следил за исполнением старых, а также за тем, чтобы жители Дальноземья не нарушали границы. Члены совета работали над тем, чтобы постепенно сделать их жизнь более цивилизованной. Прожив всю жизнь в городе, Лара даже не слышала о существовании совета.

– Почему? – спросила она учителя.

– Есть ли в городе и других провинциях места, где обучают людей, дитя мое? – спросил в свою очередь господин Башкар.

– Только для богатых, но не для простых людей, – признала Лара. – Все то немногое, что я знаю, рассказала мне моя бабушка.

– Нет необходимости обучать людей, если они довольны своим существованием. Дайте им крышу над головой, достаточно пищи, чтобы они не голодали, массовые зрелища и откройте смысл жизни, и нет необходимости обучать их. Так было не всегда в Хетаре.

Когда-то дети получали образование, чтобы выбрать свой путь и стать полезными обществу. Это привело к разногласиям, поскольку люди стали думать только о себе и требовать большего. Они задавали много вопросов власть имущим. И им это не понравилось. Учителя, что занимались с этими людьми, состарились, на их место пришли другие. Но они учили очень плохо, даже не рассказывали о нашей истории, великой поэзии и литературе. Математика казалась людям сложной и запутанной наукой, простой народ ее не понимал. Но их никто не учил ни математике, ни логике. Однако едой они были обеспечены, у всех были дома и возможность развлечься, и они стали использовать свои навыки лишь на то, что приносило им монеты. Образование не поощрялось, и вскоре люди забыли о нем вовсе.

– А что такое поэзия? – спросила Лара.

– История, рассказанная в рифму, – ответил учитель. – Уверен, ты слышала стихи на улицах, Лара, но вряд ли знаешь о великих сагах и песнях былых времен.

– Нет, я никогда их не слышала.