Тихоня для хулигана - Саманта Аллен

— Который час?

Вскидываюсь всем телом, понимая, что уснула довольно крепко. Чёрт… Сколько же прошло времени? В комнате уже начинает светать. Целая ночь пролетела, оказывается.

— Ты обещал меня разбудить!

Александр медленно открывает заспанные глаза, протирая их кулаками.

— Я уснул сам. Блядь… Тебе пора домой!

Подскочив на месте, я несусь в ванную, приводя себя в порядок, насколько это возможно.

— Отвезёшь меня?

— Да. Дай мне пару минут на утренние процедуры, — хмыкает парень, закрывая дверь крошечной ванной...

…Через несколько минут мы выбираемся из квартиры, передвигаемся, как тени, в сторону парковки. Прежде чем протянуть шлем, парень предлагает:

— Хочу показать тебе одно место. Тут недалеко. Минут пять…

Александр впервые не напирает силой, а предлагает. Я очень боюсь того, что дома меня ждёт взбучка от брата, но всё-таки соглашаюсь на предложение Акулы...

…Он оказывается прав. До этого места правда недалеко. Акула помогает забраться мне по лестнице на крышу пустующего здания.

— Отсюда всё смотрится иначе.

Парень садится в нескольких футах от края. Я осторожно присаживаюсь рядом, смотря, как медленно выползает из-за горизонта солнце. Между мной и парнем что-то изменилось окончательно. Он не набрасывается на меня жадно, а я не желаю его убить за это. Прогресс…

Внезапно Акула толкает меня плечом, прижавшись, но так и остаётся сидеть рядом.

Я зябко веду плечами. Хулиган замечает этот жест и стягивает с себя бомбер, набрасывая на мои плечи. Меня мгновенно окутывает пьянящим теплом, в которое приятно кутаться, греть пальцы и совершать безумства — вроде того, чем я занимаюсь сейчас — жадно дышу ароматом парфюма, смешанного с крепким мускусным запахом тела хулигана.

Неожиданно наступило перемирие, и оно жуть какое уютное и желанное.

Акула пытливо смотрит на меня, я оказываюсь ближе на дюйм, а потом ещё и ещё, пока между нашими лицами почти не остаётся свободного места. Только воздух дрожит от нашего жаркого дыхания, смешивающегося друг с другом.

— О чём задумалась, Тихоня?

— О том, что различий между нами не так уж и много, — смотрю на наши пальцы, почти касающиеся друг друга. — А ты?

— Я думаю о том, что хочу тебя поцеловать.

Его ладонь резко накрывает мою шею сзади. Он приближает меня к себе сильным рывком и накрывает губы в сумасшедшем, дерзком поцелуе. Меня ещё никогда не целовали с таким пылом. Я мгновенно забываю о попытках поцеловать ранее — об этих робких и неумелых столкновениях губами, о носах, трущихся друг о друга, о чужом дыхании… Сейчас происходит что-то другое — по-настоящему волшебное. Акула мгновенно захватывает власть над моими губам и раскатывает по ним языком обжигающий жар. Влажный и терпкий, который закрадывается в мой рот и сплетается с языком. Жадно. Остро. Я начинаю захлёбываться или задыхаться.

Но оторваться нет ни малейшего желания. Я хочу ещё. Сама цепляюсь за широкие плечи Акулы, бугрящиеся накачанными мышцами. Пальцы царапают их и ползут выше, зарываясь в густые жёсткие волосы. Я перебираю их пальцами, пока он вбивается языком глубже и дальше, уводя меня в состояние эйфории.

Огонь разгорается лишь жарче. Грубоватая ласка языком сменяется жалящими покусываниями. Он покусывает мои губы и зажимает кончик моего языка, ласкаясь своим нарочно медленно. Металл, продетый через его язык, приятно будоражит, а иногда задевает мои зубы, позвякивая. Бомбер слетает с моих плеч. Не успеваю его подхватить, тянусь к парню губами и всем телом. Он напирает жёстче и сильнее, поддерживает одной ладонью мою спину, но надавливает, вынуждая лечь. Устраивается сверху и снова целует. Жарко. До умопомрачения и выкрученного до пустоты дыхания. Вырываюсь из поцелуя лишь на пару секунд, чтобы глотнуть воздуха и снова погрузиться в это сладкое марево. Глаза закатываются от удовольствия. У Александра тоже дрожат ресницы.