Девочка Дьявола - Анна Хрустальная

***

— Рей, ты с нами? — мой не самый любимый кузен Билл нарисовался рядом с моим столиком вместе с парочкой таких же подвыпивших, как и он дружков-обалдуев, когда я меньше всего ждал его появления. До этого он бесцельно шатался по заднему двору нашего имения. Вернее даже, буквально бродил среди расставленных почти по всему периметру садового патио круглых столиков, то и дело совершая набеги к установленной неподалёку барной стойке и совершенно не интересуясь происходящим на возведенной сцене немаленькой деревянной беседки рядом с пирсом. А иногда просто куда-то то и дело исчезал, возможно, исследуя местные окрестности или же возвращаясь зачем-то в дом.

Только в этот раз его остекленевший взгляд неотрывно смотрел как раз на временную беседку, пока он удерживался в вальяжной позе хозяина положения, опираясь о моё плечо левой рукой, а пальцами правой вцепившись в хрустальный бокал с недопитым коньяком. Не представляю даже каким по счёту.

— С вами? Ты о чём? — я и раньше не горел большим желанием пересекаться с ним где-либо в пределах всего Юкайи, а уж сейчас в Стаффордхолле и подавно. Поэтому и поморщился, стараясь не смотреть в его поплывшую нетрезвую физиономию и, в особенности, не желая узнавать, что же сейчас творилось в его и до этого не всегда здоровой голове.

— Спустить пар и разрядиться во-он в ту шикарную дырку. Мы тут поспорили, девственница она или уже нет. Поэтому надо срочно проверить.

— Что, бл@дь? Ты совсем еб@улся? — не представляю, как я не сорвался в тот момент в крик, хотя и был на грани.

Билл и без того не отличался высокими моральными принципами, как и благородными взглядами на жизнь, но после выпивки его в этом плане заносило просто нереально. А когда я проследил за его пьяным взглядом и указательным пальцем, тыкающим в сторону беседки, я и без дополнительного уточнения понял, о ком именно он тогда говорил.

Сказать, что я был единственный, кто заметил среди приглашённых на праздник бывших королев школьных балов и мисс Юкайа самую выделявшуюся среди других красавиц шикарную блондинку, было бы не совсем честно. Уильям приметил её практически одновременно вместе со мной и ещё до того, как принялся беспрестанно прикладываться к выпивке. А теперь, похоже, уже основательно подготовился к воплощению в жизнь возникшего в его «гениальной» голове едва ли гениального плана.

— Да не гони, Стаффорд! Тебе ведь тоже перепадёт. Но, если ты такой брезгливый, можешь сгонять за резинками в дом. Мы подождём…

— Это я гоню? Это ты какого хера собираешься тут устроить? В доме моей, бл@дь, семьи, под боком у херовой кучи гостей? Может ты уже поделился своими планами с моим отцом, и он дал тебе на это своё отеческое благословение, как хозяин и дома, и вечеринки?

Кажется, мои слова таки возымели должное воздействие над упитым сознанием Карлайла. Он интуитивно потянулся взглядом к одному из соседних столиков, за которым как раз сидели мои родители с местным мэром и прилетевшим по личному приглашению Стаффорда старшего на праздник со своей супругой губернатором штата.

— Мать твою, Рей! Что за дурная привычка ломать нам планы и кайф?

— Это у тебя что за больная мания превращать всё, к чему ты прикасаешься, в очередную долбанную проблему? Мы сейчас не в универе, Билл. Можешь хотя бы пару месяцев воздержаться от своих студенческих зае@онов? Если тебе так зудит и неймётся, пойди трахни одну из горничных в доме, кого ты уже успел здесь за последнее время облюбовать.

— Нет, Рей. Это у тебя явные проблемы. Либо ты с нами, либо…

— Либо я пойду и всё расскажу отцу. И посмотрим, как он на всё это отреагирует.

Откровенно говоря, я реально его не понимал. Все его заскоки и выходки. Билл не был внешне ни уродцем, ни физически дефективным, даже наоборот — видный, кареглазый шатен-красавец, с прекрасной спортивной фигурой и ростом чуть выше шести футов. Ни в школе, ни в универе он никогда не испытывал дефицита внимания со стороны слабого пола. К тому же, он, как и я, уже тоже был почти помолвлен и мог подцепить любую, заинтересовавшую его юбку, если та была с первого взгляда не прочь с ним познакомиться поближе.

Откуда у него эта вечная одержимость искать себе проблемы на пятые точки и выбирать себе в жертвы самых неподступных? — этого я едва ли когда-нибудь пойму.

— Ты действительно это сделаешь? Заложишь нас своему отцу? Из-за какой-то сомнительной целки?

— Чтобы избежать возможного грядущего скандала? Дай подумать. Да, чёрт возьми! Пойди, освежись и прочисти себе мозги, если не хочешь вляпаться в реальное дерьмо. Я не шучу, Билл…

— Я всё понял. Ты просто сам положил на неё глаз, да? И не хочешь теперь ни с кем делиться, пока не попробуешь её первым.

— Ты конченный долбоёб, Карлайл! И я говорю тебе вполне серьёзно. Протрезвей!

У меня уже начали сдавать нервы только от того факта, что я был вынужден терпеть этого отморозка в столь близком от себя положении. Поэтому я и не выдержал, скинув раздражённо его руку со своего плеча и резко поднявшись со стула, тем самым демонстрируя, что разговор окончен, и я собираюсь уйти отсюда. Из-за него!

— Я тебя предупредил. Попробуешь выкинуть очередную из своих ублюдских выходок, я тебя защищать не стану. Даже не надейся. И, уж тем более, в этом доме.

— Да ладно тебе, Стаффорд! И пошутить уже нельзя?

— От твоих шуточек отдаёт отвратным душком, Карлайл. Впрочем, как и от тебя самого.

— Ой, как прищимило! Хотя, я тебя уже давно раскусил. Нравится чувствовать себя героем и пай-мальчиком, да, Рей? Особенно под бдительным взором своего недремлющего папеньки. Только ты не учёл одной немаловажной детали, приятель. Все хорошие девочки предпочитают плохих мальчиков. Это уже давным-давно всем известный факт. Так что… Не хочешь по плохому, по хорошему она быстрее раздвинет передо мной ноги, чем перед тобой. Хочешь поспорим?

— Я, кажется, тебе уже сказал. Протрезвей, Уильям!

Я его уже почти не слушал и не собирался вообще ни о чём с ним спорить. Просто направился в сторону барной стойки, испытывая неслабое желание чем-то вытравить из себя этот дрянной привкус, осевший на моих рецепторах после общения с Карлайлом. И даже ни разу не обернулся, пока маневрировал между столиками и обдумывал собственный план дальнейших действий. Может на время сходить в дом и действительно освежиться самому и хоть немного остыть? А то я уже малость запарился сидеть неподвижным студнем на одном месте и не сводить глаз со сцены «театральной» беседки. Хотя там ничего интересного не происходило. Кроме одного.

Кроме присутствия на данной сцене в лице одной из помощниц ведущего благотворительного аукциона и мини-концерта той самой блондинки, из-за которой я и сцепился с Биллом несколькими минутами ранее. И из-за которой я, по сути, и просидел почти два часа на этом идиотском представлении. Вернее, из-за тех почти редких моментов, когда ей выпадала очередь носить между столиками местных меценатов и ценителей декоративного «искусства» дурацкие лоты самых дурацких в моей жизни благотворительных торгов. Я даже не смотрел на то, что именно находилось в её руках, как и не намеревался ничего здесь покупать. Просто делал вид, что сижу здесь из-за просьбы отца, изображая по словам Билла того самого пай-мальчика, который блюдёт семейные традиции и выполняет все родительские наставления. А на деле…