Профессор для Белоснежки - Сандра Бушар

— О том, что хочу домой, — прошептала, а на глаза навернулись слезы. Ведь при всем желании я не знала, где он теперь.

Алан тяжело вздохнул, смерив меня долгим мучительным взглядом. Затем посмотрел куда-то в сторону, пробормотав:

— Идем.

— Куда?

— Подвезу тебя.

Он не дал мне возможности возразить, взял за руку и потащил в сторону машины. Теперь вместо авто с водителем на парковке стоял уже знакомый БТР, только чистый, сияющий до блеска. Глядя на него, я чувствовала свою вину, поэтому не стала возражать, села внутрь, пристегнулась и отвернулась к окну.

— Ты понравился Лии, — подметила я, прикрывая глаза. Внутренняя усталость разлилась по телу с двойной силой, когда в нос ударил приятный хвойный аромат, а теплое сидение согрело тело.

— Ты тоже, — спокойно протянул мужчина, и я чувствовала, что он улыбается в этот момент. — Она мне так сказала.

Улыбнувшись и вспомнив малышку, я зачем-то вслух сказала:

— Удивительно, каким сильным человеком нужно быть, чтобы воспитать ребенка. Это так сложно…

— Из тебя вышла бы отличная мама, — внезапно протянул профессор. От удивления я распахнула глаза и уставилась на него насторожено, сложно ждала еще какого-то подвоха. — Воспринимай это как данность, а не вызов, сладенькая.

У меня не было сил на словесную битву с Аланом Бергом, и уж тем более мне не хотелось размышлять, о чем он думал, когда говорил подобное. Сбросив балетки, я поджала под себя ноги и провалилась в пустоту. Мне ничего не снилось, я ничего не чувствовала. И если раньше подобное виделось мне как спасение, сейчас я тонула в безразличии. Оно засасывало меня, как болото. Ничего хорошего и уж тем более приятного.

— Сладенькая, — из сна меня выдернул низкий шепот. Голос был так близко, что без труда удалось ощутить дыхание у себя на губах. Медленно открыв глаза, я увидела Берга. Он склонился ко мне так сильно, что буквально нависал сверху, и одному богу известно, как давно он в таком положении. — Просыпайся, приехали.

С трудом отведя взгляд от бездонных черных глубин ректора, я напоролась на реку и Живописный мост. Мы стояли в небольшом отведенном для рабочих отсеке, где, кроме машины Берга, не было ни одной.

— Но… — вырвалось, но я тут же проглотила язык, когда услышала, как Алан судорожно втянул воздух, стоило мне облизнуть пересохшие губы влажным языком.

Мужчина смотрел на меня так жадно, что начало сосать под ложечкой. Я вжалась в кресло, но не делала никаких попыток сбежать.

— Скоро сама все увидишь, — гортанно прорычал он, не в силах изменить голос. Протянув руку, Берг запустил ее мне в волосы и накрутил на свой палец прядь, затем внезапно потянул на себя, заставив слегка пододвинуться к нему. — Это сюрприз, который чертовски мне не нравится.

— Тогда… зачем? — мысли в голове путались, дыхание стало сбивчивым, а сердце безумно стучало в груди. Я ощущала запах его кожи: духи, смешанные с природным ароматом. Это сводило с ума. Хотелось схватить его за шею и притянуть к себе. Запустить когти в шевелюру и натянуть.

— Потому что это нужно тебе, — неожиданно произнес он. — Знаешь, Лия еще совсем маленькая, но сказала мне одну умную вещь, — с моих губ слетел слабый хрип, когда ладонь мужчины внезапно упала мне на грудь и сжала ее, когда сам Алан пробормотал: — Чтобы попасть человеку в сердце, нужно засунуть свое куда подальше. И потом тут… — он так чертовски медленно скользнул пальцами к животу, что меня бросило в жар. Пробравшись сквозь блузу, Берг очертил круг в районе пупка и, качнувшись вперед, ударился лбом о мой лоб: — Потом тут должны появиться бабочки.

— Сомневаюсь, что трехлетний ребенок мог сказать это, — съязвила я, стараясь привести себя в норму. Ничего не вышло. Он был так близко, и больше ничего не было нужно…

— Я немного переиначил, знаешь ли, — хмыкнул он, в одно мгновение накрыв мои губы своими. Это был дикий поцелуй, голодный. Сладкий до головокружения и дикий до боли. Я так сильно запустила свои ногти в кожу Алана, что вконец потеряла контроль.

И когда мои пальцы судорожно потянулись к его черной рубашке, он вдруг отстранился.

— Нет, — ошарашил меня он. — Нам нужно спешить. Иначе сюрприза не будет.

В последний раз осмотрев меня с ног до головы, Берг быстро выскочил из автомобиля, оставив меня одну с жаром внутри. Прошло около двух минут, когда снова удалось сфокусировать внимание на происходящем и задаться вопросом: что мы делаем на Живописном мосту?

— Куда мы идем? — настороженно протянула я, оглядываясь по сторонам. Берг взял меня за руку и сломя голову несся по боковой части моста, наверняка предназначенной для рабочих. Река была спокойной, на магистрали шумели машины, а прохладный ветерок щекотал тело.

— Вперед, — снова не дал никакого вразумительного ответа мужчина, бросив лишь загадочный взгляд.

Плюнув на попытки узнать хоть что-то, я просто расслабилась. Ровно до того момента, как увидела двух незнакомых мне мужчин с кучей непонятного снаряжения: веревки, крепления, карабины…

— Добрый день! — весело поздоровался первый парень. — Погода отличная для роупджампинга! Ну что, приступим?

Сложив руки на груди, я растерянно глянула на Алана, сильнее сжав его запястье.

— Роуп… что? О чем это они, а? — посмотрев на профессора, я впервые увидела в глубинах его глаз что-то, похожее на ребячество. Он казался спокойным, расслабленным и таким доступным. Впервые, казалось, возможно дотянуться до него, лишь протянув руку. Не было извечной маски показательного спокойствия. Я засмотрелась, забыв о вопросе.

— Ты словно комок нервов, Рита. Тебе нужно отпустить себя, переустановить все внутри, а поможет в этом лишь прыжок в бездну, — повернувшись ко мне, Алан взял мое лицо в руки и, не стесняясь зрителей, чмокнул в нос. — Я уже делал это с этими парнями. Мне не нравится, что прыгать придется тебе, как я уже говорил, но… Это нужно тебе.

— Твой подарок — это «прыгни с моста, Рита», да? — в истерике прохрипела я, растерянно глянув вниз. До уровня реки было достаточно далеко. Даже от мысли, что придется прыгнуть вниз, кровь закипала в венах. — Не смешно. Сразу бы подарил мне ванну с аллигаторами!

— С тобой ничего не случится. Если ты не хочешь, я не могу тебя заставить, — никак не отреагировав на мой юмор, Берг отвел взгляд в сторону, задумавшись о чем-то своем, прежде чем с его губ слетело: — Я знаю, что такое хранить все в себе. Каждый день комок внутри становится все больше, больше, больше… Спортзал не поможет, секс тоже, и простые мелочи не отвлекут. Нужно что-то резонансное. Нечто, что заставит тебя переоценить ценности и взглянуть на происходящее по-новому.

— Неужели ты и вправду делал это? — тяжело дыша, я старалась не смотреть вниз. От слов Алана становилась плохо, ведь я знала, что он прав. К боли невозможно привыкнуть, каким бы сильным ты ни был. Она, как яд, делает твою жизнь похожей на муку. Что, если он прав — и такой «простой» способ поможет обнулиться?