Чужой отчим - Марианна Кисс

Ещё нужно будет позвонить маме. Вот она обрадуется. Только не рассказывать ей при каких обстоятельствах мы познакомились. А когда узнает, я уже буду замужем…

Долго стояла под душем, наслаждалась струями воды. В общаге я забыла, что такое душ. И страшно завидовала Янке. В её квартире шикарная ванная с душевой кабиной с прозрачными стёклами.

А здесь, в квартире, где живём мы с моим Захаром, теперь всё для меня. Шикарная кровать, душевая кабинка, ванная. Пусть и поменьше чем у Янки, но это же съёмная квартира. Захар обязательно позаботится о том, чтобы мы жили хорошо.

Сегодня мне совсем не тошнило.

Вернулось хорошее настроение. Пропали куда-то плохие мысли. Всё хорошо. Лучше быть не может. Он мой я его, мы поженимся. Класс.

Нужно подумать, что приготовить на обед. Вдруг Захар захочет приехать, а у меня и обед готов.

Походила по квартире, побродила, выпила кофе. Впервые за долгое время я чувствовала себя свободной от всего. От обязанностей, от учёбы, от людей с которыми раньше общалась, а теперь порвала одним только лёгким движением. Я свободна от этого всего. И я люблю. Что может быть важнее.

В шелковой пижаме, майке и шортиках, я бродила из угла в угол, заглядывала в окна. Постояла в кухне, посидела. Пошла в комнату, чтобы снова свалиться на кровать, но решила завернуть в прихожую, глянуть на себя в зеркало.

Щелкнул выключатель. Я стояла напортив огромного, во всю стену зеркала и рассматривала себя. Красивая. Захар не просто так выбрал меня. Жгучие тёмные волосы, глаза, даже без туши чёрные ресницы. Чувственные губы. Моё лицо всегда будет красивым, я знаю. Даже если буду беременной, немного поправлюсь. Я подняла майку, глянула на живот, выпятила его и улыбнулась.

Может быть рановато, я не планировала беременеть, но пусть будет так.

Долго крутилась у зеркала. Смотрела на себя, представляла беременной. Надувала щёки, чтобы понять, как буду выглядеть если поправлюсь. Подняла майку, разглядывала грудь, пыталась представить, какой она станет, когда буду кормить грудью.

С этими мыслями снова щелкнула выключателем, прихожая погрузилась во мрак. Я пошла в комнату встала у края кровати, повела взглядом по стенам, а потом вскинула руки, охнула, и упала на кровать. Засмеялась от удовольствия.

Прижалась к подушкам, вдохнула аромат постели, там ещё угадывался запах Захара. Я прижала к носу край одеяла и улыбнулась.

Даже не знаю, что буду делать, если всё это вдруг куда-то исчезнет.

Да куда оно исчезнет?

Хлопнула дверь, я открыла глаза.

Кажется, я опять заснула, но за окном еще день.

Что-то рано он вернулся, глянула на часы – час дня.

Ох ты, а я ещё ничего не приготовила. Тогда нужно сделать вид, будто только проснулась. Я потянулась, и в этот момент Захар вошел в комнату.

Осмотрел меня быстрым взглядом. Кажется, настроение у него не очень.

Ну и что, я же беременна, пусть возиться со мной, а не я с его настроением.

– Ты уже вернулся? А я только проснулась, представляешь? – я улыбнулась.

Он промолчал. Вышел в кухню, загремела посуда.

Что он там делает?

Я привставала, прислушалась.

– Захар! Ты на обед? Тогда лучше заказать! Я ничего не приготовила, извини.

Он снова показался в проёме, в руке стакан воды. Захар остановился у входа и выпил, сосредоточенно глядя на меня.

– Проблемы на работе? – сочувственно я вытянула губы, показывая как мне жаль, – Иди сюда.

Я легла так, чтобы намекнуть ему, я готова к его объятьям и мне совсем не плохо.

– Ты с ним трахалась? – неожиданно и с дрожью в голосе сказал он.

– Что? – я привстала на локте, может не расслышала, и он сказал что-то другое.

– Как он тебя трахал? Где, прямо там, в общаге? – тон его испугал, а слова тем более.

– Что ты говоришь?

– Ты глухая? – он поставил стакан на стол.

Подошел к кровати и теперь возвышался надо мной. Я повернулась, хотела перекатиться на другую сторону кровати и встать, но Захар быстрым движением, схватил меня за ногу, резко, с силой потащил на себя.

– Расскажи мне, как вы трахались. Какой он любовник, лучше меня? Это от него ты беременна?

– Отпусти, – я пыталась брыкнуть, но он схватил вторую ногу, подтянул, и теперь я лежала перед ним с расставленными ногами.

Но самое плохое во всей этой ситуации было то, что он говорил. А его страшный, взгляд, от которого, я невольно задрожала, предавая свой страх.

– Как он имел тебя? Вот так, на койке или в туалете, этой грёбаной общаги? А может вы валялись на сраном матрасе в подвале и он трахал тебя. Да? Отвечай.

Он дернул шелковые шорты и они с треском порвались. Потом нагнулся надо мной и двумя руками схватился за майку, она разорвалась ещё быстрее.

– Что ты делаешь, я не хочу! – кричала я.

Он хрипло выкрикивал все эти фразы. Я поняла, он узнал о том, что Никита меня трахнул.

– Не хочешь, чтобы я тебя трогал? А ему давать хотела? Я понял, почему он всё время вьётся вокруг тебя. Решили поиметь с меня бабки? Отвечай сука! Это ты придумала или он?

Он схватился за разорванную майку и притянул меня к себе.

– Нет! – кричала я, – Это не правда!

– А что, правда? Что? Ты трахалась, с ним, трахалась? – он тряс меня с такой силой, что у меня начала болеть голова.

– Я не помню! – я почти плакала.

– Что? Как не помнишь? – он остановился и смотрел на меня, как на полную дуру.

– Не помню, я пьяная была, – сказала я, глядя ему в глаза и схватившись за его руку.

Он отбросил меня как тряпку. Я закрыла лицо руками. Боже, боже!

– Ты была пьяная, а он тебя трахнул? – спросил он так, будто я валялась где-то, а меня трахал кто захочет.

– Да, – проскулила я, размазывая слёзы. – Я не хотела, сопротивлялась, но не получилось.

– Когда это было? – он снова схватил меня и приподнял над кроватью, так что потравная майка сдавила шею, – когда – это – было?

– На вечеринке, на праздник.

Он смотрел на меня, словно на больную, или сумасшедшую. Казалось вот ещё немного, и он плюнет мне в лицо, или ударит.

Но он только вздохнул и с силой отбросил меня на кровать. Я сжалась, закрыла лицо руками, боялась пошевелиться.

А потом услышала, как хлопнула входная дверь…

Он ушел.

Я полежала ещё немного, подождала, может одумается и вернётся.

Да нет. Возможно ли так быстро одуматься? Нет, скорее всего, нет.