Месть очкарика - Ева Мелоди

— Хорошо, как скажешь. Больше никакого секса. То есть… ты права, я вчера сорвался. Заревновал… Дурак, одним словом. Разве у меня есть право ревновать, ты ведь не моя. И никогда не была моей. Только за деньги… Я больше не подойду к тебе, Рита. Разве что сделаю снова финансовое предложение.

Мои щеки краснеют. Ян нашел чем ответить, ударил по самому больному.

— Раз мы расставили свои приоритеты, могу я предложить тебе завтрак? — спрашивает Морозов. — А потом поедем обратно. Агата ждет тебя.

И как мне реагировать? Ясное дело — надо категорически отказаться. Рано или поздно кто-нибудь просветит Агату насчет меня. И она наверняка меня возненавидит. Зачем зарабатывать еще один шрам на сердце?

Но я не нахожу в себе сил для нового противостояния. Сижу на постели, прижимая к себе одеяло, шарю глазами по комнате в поисках одежды, и тут вижу разорванное платье… Ян смотрит туда же.

— Извини за платье.

— Оно принадлежало твоей сестре…

— Тогда я рад, что порвал его. Не хочу видеть сестру в подобном.

Еще одна шпилька, намек на мою продажность. Закусываю губу.

— Я сейчас принесу тебе что-нибудь.

Интересно, как сядут на мне вещи Морозова. Он в три раза крупнее… Но Ян возвращается, держа в руках женский спортивный костюм, серого цвета, по бокам — сиреневые полоски.

— Чье это? — вопрос слетает с губ прежде чем успеваю подумать.

— Тебе есть разница? Все лучше, чем разорванное платье.

Костюм слегка велик мне. Он совершенно новый, даже этикетка есть. И все равно мне неприятно до тошноты. Ясно ведь что это вещь любовницы Морозова. Чувствую себя гадко.

— Я не знаю как это носить с туфлями на шпильках, — морщусь.

Ян ничего не отвечает, выходит из комнаты. И снова возвращается, держа в руках несколько коробок с обувью.

— Размеры тут разные. Думаю, один тебе точно подойдет.

— Ты что, скупил все размеры для любовницы? — не удерживаюсь от вопроса, открывая коробки — во всех одинаковая модель, серо-голубые легкие кеды.

— Было дело, она попросила, а я забыл ее размер, — ухмыляется Морозов, а я в этот момент хочу расцарапать ему лицо.

* * *

Внизу красиво сервирован большой стол, на нем куча всего — яичница, тосты, свежие овощи, несколько сортов ветчины, апельсиновый сок…

— Ого, красота. Ты сам постарался? — спрашиваю как можно беспечнее, сажусь за стол.

Ян в ответ лишь пожимает плечами. В полной тишине принимаемся за пищу, каждый погружен в собственные мысли. Больше не чувствую сил к борьбе, снова хочется отдаться течению, куда выплыву… так тому и быть. Бороться слишком сложно, ведь сражаясь против Яна мне приходится сопротивляться самой себе…

Наверное, после завтрака мне нужно было сопротивляться и не ехать обратно в дом его родителей. Но у меня не осталось сил. Я не железная, а каждая грубость или равнодушная фраза колола сердце… Хотелось просто закрыть глаза и плыть по течению. Чтобы делал со мной все что пожелает, вопреки тому, что недавно высказала Морозову, мне нравилось быть с ним. И меня это до чертиков пугало. С каждым днем я привязывалась все сильнее…

Кажется, он принял очень серьезно мои слова о том, что больше никакого секса. Пока завтракали, одевались, — я заметила, что Ян избегает смотреть на меня. Не хочет больше испытывать влечение?

Я должна радоваться. И мне действительно стало немного спокойнее. И в то же время стало грустно.

После завтрака начинаю собирать грязную посуду, Ян молча уходит. Появляется, когда домываю последнюю тарелку.

— Готова?

В кожаной куртке и потертых джинсах, высокий и смуглый, Морозов выглядит настолько неотразимо, что у меня пересыхает в горле. Сила, мужественность, спокойная уверенность в себе, а также едва заметный налет боли пережитого прошлого… все это делает его просто невероятным, неотразимым. Или только для меня? Потому что лучше других знаю, что пережил? Прошел через жестокость и насилие, боль и отчаяние, которые наложили на него явственный отпечаток, отличающий от других. Неудивительно, что остальные мужчины меркнут в сравнении с ним.

С каждой секундой я все явственнее понимаю, что пропадаю, влюбляюсь так сильно и глубоко, что надежда выкинуть его из сердца тает… Я привыкала к нему, привязалась. Мне нравится быть с ним, разговаривать, даже спорить. Не говоря уже о сексе, который сводит с ума, пугая до чертиков силой ощущений, накала.

Больше всего на свете мне хочется узнать, каково это, засыпать и просыпаться в объятиях его горячих рук. Заниматься любовью все время, когда захочется, не стесняясь.

Без каких-либо границ.

Эти мечты — настоящая пытка.

— Расслабься, ты опять зажалась, — произносит Ян, глядя на меня. — Пошли, ты готова?

Не готова… Не могу и в то же время зависима. Меня раздирают на части эти противоречия. Мне нечего противопоставить Яну. И нечего предложить.

В то время как он — дает мне все. Защиту, кров… и удовольствие, которое обжигает не только тело, но и душу.

— Ты ведешь себя, словно пережила изнасилование, — резко произносит Морозов. — Я же сказал, что больше не коснусь тебя. Что еще надо?

— Ничего, — нервно сглатываю, мотая головой. Он понял все по-своему. Совершенно неправильно… Но, наверное, это к лучшему.

Залезаю на заднее сидение, подальше от него… Но так мы постоянно встречаемся взглядами в зеркале заднего вида. Тоже пытка. Не знаю почему нас на роду написано мучить друг друга.

* * *

Возле ворот особняка стоит красный Феррари. Почему-то в голову снова приходят мысли про Лану. Никак не могу перестать думать о злосчастном СМС. Все время жду ее появления… Но на деле все оказывается куда хуже. В холле целая компания. Вижу Агату, тетю Катю и своего психолога, а также двух незнакомых мне женщин. Одна — брюнетка с короткой стрижкой, высокая, в белом элегантном костюме. Вторая — блондинка, в обтягивающих красных кожаных штанах и струящейся белой блузке. Все о чем-то возбужденно переговариваются и как по команде поворачивают к нам головы, когда подходим ближе.

— Наконец-то! — восклицает брюнетка и направляется к Морозову. — Сам просил меня приехать, я все дела бросила, примчалась, тебя нет. Что за игры, Ян? Что за шутки? И я не понимаю почему ты с девушкой… Кто это? Представишь нас?

— Оль, ты прости что так вышло, — начинает оправдываться Морозов и я понимаю, что это его сестра. — Я действительно очень просил, ты мне нужна… Но давай не при всех. Пойдем в кабинет?

Вот значит, как выглядит старшая сестра Яна, о которой я так много слышала. Мы разглядываем друг дружку с интересом. Он пристального оценивающего взгляда Ольги у меня по спине бегут мурашки. Хочется сделать шаг назад и спрятаться за широкую спину Морозова. Но я усилием воли остаюсь на месте.