Добродетель и соблазн - Сьюзен Джонсон

Ставр вовсе не был уверен, что он сможет пошевельнуться, даже если бы захотел. Любовная эйфория прошла, все его ощущения сконцентрировались на сильнейших болях, и он изо всех сил старался не потерять сознание.

– Ну вот, хороший мальчик, – бормотала Татьяна, увидев, что он устроился на подушках. – Ты тихо лежи, а я смажу твои раны. Чувствуешь, как приятно пахнет бальзам? – Она пододвинула к нему баночку с мазью. – Твой любимый запах цветущей черешни.

Боль заметно утихла. То ли благодаря памятному аромату, то ли заботам Татьяны, или же просто из-за того, что он находился там, где ему больше всего хотелось быть, он ощутил, как расслабляется каждый мускул его тела. Бальзам действовал успокаивающе, а нежные прикосновения Татьяны и ее частые поцелуи оказались самым лучшим лекарством. Она смазала все его раны, принесла ему чистую рубашку, помогла натянуть ее через голову, а затем с гордостью спросила:

– Теперь тебе лучше, правда?

– Да, спасибо. – Он опустил глаза. – И вообще голая сиделка всегда оказывает на меня вполне предсказуемый эффект.

– Всегда? – В ее голосе зазвучал металл, когда она заметила его пробуждающуюся эрекцию.

– Позволь мне чуть изменить фразу.

– Это было бы мудро, – заметила она многозначительно.

– Именно твоя нагота всегда оказывает на меня предсказуемый эффект.

– Спасибо, конечно, но ты сейчас не в том состоянии, чтобы…

В мгновение ока он перевернулся, подхватил ее и усадил к себе на колени.

– Подумай, дорогая, если ты проделаешь все сама, Мне не придется даже шевельнуться.

Она взглянула на его восставший член.

– Это даже полезно с точки зрения медицины, я уверен.

– А если твои раны начнут кровоточить?

Он улыбнулся:

– Не начнут, я знаю.

– Как ты можешь быть так уверен?

– Если ты будешь двигаться очень осторожно, они не станут кровоточить. Тебе ведь нравится, когда я вхожу в тебя и выхожу медленно, верно ведь?

Глубоко вздохнув, она взглянула на роскошный, гордо торчащий пенис. А слово «медленно» прозвучало особенно соблазнительно.

– Сам ты не сделаешь ни единого движения, – скомандовала она.

– Слушаюсь, моя госпожа.

– Надеюсь, мне не придется раскаиваться в этом.

Он мог гарантировать, что она не пожалеет, но предпочел не озвучивать свои мысли вслух.

– Итак, только один разок сейчас, а потом ты отправишься спать.

– Да, дорогая.

Но когда его торчащий член пронзил ее, она оказалась его пленницей, его руки сомкнулись на ее талии, и после третьего оргазма с ней стало гораздо проще иметь дело. Она стала невероятно послушной.

Они занимались любовью всю ночь напролет – как ему хотелось, как нравилось ей и на их общий вкус. Это было наилучшим лекарством.

И стало чудесным началом их новой жизни вместе.