Мы просто дружим - Анастасия Градцева

И надо же было Женьке взять и сбежать. Потому что с этого момента – Саня отвечал! – именно с этого момента все пошло по пизде.

Стоило увидеть злые Женькины глаза и услышать, как дрожит ее голос, когда она посылает его обратно к этой бабе, как пазл сложился. Рыжая красотка подруга ревновала его. И еще как! До искр из глаз!

Но ведь если ревновала, значит… Значит, все же относилась к нему, не как к брату? Не как к другу? Это было открытием. Открытием года, можно сказать. Да что уж там, открытием десятилетия!

Сане всегда казалось, что Женьке он как мужик тупо неинтересен. Как человек, как личность – да. Тут у них была полная и приятная взаимность. А вот какого-то иного интереса Саня никогда не замечал. Думал, что, может, не в ее вкусе – фиг знает. Во всяком случае встречалась Женька с теми, кто был явно другого типажа: светлокожими и русоволосыми. А не со смуглыми, похожими на цыган – как сам Саня.

И тут такой сюрприз! Практически признание в том, что он Женьке нравится. И легло это все на подготовленную почву: на давнюю, тщательно запрятанную симпатию, на слишком тесный контакт за последние дни, на чертов хрипло-сексуальный голос, от которого бы и у мёртвого встало. Вишенкой же на этом торте была ночевка в одной кровати. Легли-то они под разными одеялами, но когда уснули, их как-то притянуло друг к другу. Женькино горячее ладное тело так прижималось к Сане, что ему всю ночь снилась чистая порнуха. Утром даже в глаза было неловко смотреть.

Так вот, было чистым самоубийством кидать на все эти дрожжи, плюсом к которым шли банальный недотрах и убойные коктейли от бармена Джека, Женькину незамутненную ревность, потому что рвануло знатно. Так, что Саню снесло с катушек. Моментально и качественно.

Женьку было вкусно целовать. Она была свежей, сладкой, словно экзотический плод, и так льнула к его рукам, точно ей там было самое место. И стояло на нее у Сани так, что от живота можно было только домкратом отогнуть, наверное.

Женька, Женька, Женька…

И трахал он ее, как давно никого не трахал: не лениво и пресыщенно, а остро, ярко, до цветных пятен перед глазами.

Хорошо было. Охуенно было.

Еще лучше было бы продолжить этот сексуальный марафон, но тут у Сани, слава богу, включилась наконец верхняя голова. Которая моментально назвала его озабоченным дебилом, трахнувшим свою лучшую подругу.

Женька не заслуживала такого блядуна, как он. Ну не мог он долго с одной девушкой, не мог он в отношения – ему это было нафиг не надо.

И поэтому Саня был максимально убедителен, когда с утра объяснял Жене, что их вчерашний секс ничего не значит.

Потому что баб для траха – миллион. А подруга, которая с тобой на одной волне, которая знает тебя, с которой можно поговорить обо всем на свете – одна. И потерять ее было бы самой большой ошибкой в жизни.

Так что как бы ни было офигенно трахаться с Женькой, повторять это Саня был не намерен.

Что не мешало ему злиться и мучиться от неудовлетворенного желания.

– Мы успеем в Цюрих, – вдруг сказала Женя, которая, вопреки его словам, все же остановилась на обочине. – Здесь ехать всего полтора часа.

У Сани в груди полыхнуло огнем. Она специально его выбешивает?

– Да, – процедил он. – Но нам нужно посмотреть город, а потом из Цюриха еще добраться до места, где мы ночуем. У нас нет времени на фоточки.

– И когда ты успел стать таким нудным? – зло осведомилась Женя.

– А когда ты успела стать такой безалаберной? – парировал Саня. – Я вот понятия не имею, что нас сегодня ждет за ночевка. Пока ни одно место тебе не удалось выбрать нормально. То, блядь, толпа людей вместе с нами, то замок какой-то с привидениями, то гестапо, где не вздохнуть, не пернуть…

Женька вспыхнула и тяжело, некрасиво покраснела.

– Считаешь, так легко найти в европейских столицах что-то хорошее и недорогое?

– Считаю, надо было искать лучше. Или обратиться ко мне за помощью. Но ты же так не можешь, ты же всегда все сама! Тебе западло признавать, что ты не справилась.

– Знаешь что? Иди. Нахер, – отчеканила Женя и, хлопнув дверью, выскочила из машины.

Саня долбанул кулаком по спинке кресла и выругался.

Да что ж такое!

Где его любимый козырь – его легкость и доброжелательность, когда они так нужны?Успокоиться, ему надо срочно успокоиться.

Но почему ж, сука, нифига не получается?!