Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья - Иман Кальби

– Карим, Вы прекрасный молодой человек, как и все дети Увейдатов, но, простите, раз уж мы заговорили начистоту, раз уж Вас, как Вы сказали, забавляет моя ситуация, то можно встречную откровенность? Я не просто боюсь и нервничаю сейчас, как Вы заметили, я просто в ужасе… Понимаете, я лечу неизвестно куда, в самолете, с почти мальчиком, и уже битый час пытаюсь получить хоть какой- то вразумительный ответ, а все, что до сих пор услышала-  это то, как я жалка и смешна и, что мой вариант спасения собственной шкуры был изначально провальным… Да, соглашусь, жалкой я и сама сейчас в собственных глазах выгляжу-  прежде всего потому, что необдуманно согласилась на встречное предложение Амаль вовлечь Вас… Моя вина, я не спросила подробностей, не обговорила все там, на земле, просто реально времени не было, но… Что прикажете мне думать сейчас? Что прикажете делать? Я в самолете, лечу в неизвестность… И речь о моей жизни…

– Что прикажете делать? –спародировал, приподняв бровь, –  Для начала, потушите шестую сигарету за последний час… В салоне уже дым коромыслом…

– Вы считали? Надо же…– нервно закинула ногу на ногу и сгруппировалась. Держать себя в руках и сохранять мнимое спокойствие было все сложнее и сложнее…

– Если хотите, считал… Вы шесть раз закурили, пятьдесят три раза поправили волосы, пятнадцать раз нервно постучали пальцами по столу…

Она смотрела теперь на него ошарашенно… Он это серьезно или шутит?

Карим поймал ее взгляд.

– Не смотрите так удивленно… Нет, я не псих, хотя кто- то бы, наверное, смог назвать меня и так… Из людей старой формации… Но таких, как я, сейчас немало… Дело в том, Юлианна. Что мой мозг работает несколько иначе, чем у большинства… Если хотите сравнения, чтобы было легче понять, то это как поставить на старт «Феррари» и грузовик… Так вот, я мыслю несколько быстрее, чем обычные люди… Это хорошо для меня… Отчасти… Так это помогает мне получать, –  посмотрел на часы на руке, –  в среднем за каждые полчаса по несколько десятков тысяч долларов. Но это и плохо, потому что большая часть вещей, которые делаете вы, обычные люди, меня раздражает… Мне непонятна…

Девушка продолжала ошарашенно на него смотреть, пытаясь вникнуть в его слова…

– Я хакер, Юлианна. Ну, не тот хакер, который сидит в засаленной комнате и не видит белого света, это тоже устаревший стереотип. Я человек, который способен так же легко писать и считывать алгоритмы, как Вы, например, читаете обыкновенное письмо… Для меня весь мир составлен из алгоритмов…

– Я, кажется, слышала, что Вы занимаетесь IT от Амаль, но… не знала, что…

– Никто особо ничего не знает, Вы, можно сказать, первая… Из близкого семейного окружения, –  усмехнулся, –  по понятным причинам, я не афиширую всей своей деятельности семье, выдаю им только то, что на самой поверхности. Так, ширма, созданная для прикрытия. Вам бы я тоже, естественно, ничего не сказал, но понимаю, что стоит хотя бы немного прояснить ситуацию, чтобы Вас успокоить… Как я уже сказал, Васель бы Вам не помог, но я могу… Я бы даже сказал, уже помогаю… И поверьте, проанализировав ситуацию, могу сказать, что мое появление в Вашей жизни – это, как бы Вы сказали, чудо… Едва ли кто- то бы смог сделать то, что сделаю я…

– И что… меня ждет? –  Она закусила губу, и это не осталось им незамеченным.

Карим встал, подошел к минибару, налил себе и ей по роксу виски, небрежно кинул по кусочку льда.

Вернулся с напитками к Юлианне, протянул бокал, внимательно посмотрев на синяк под глазом, который хоть и был тщательно замаскирован консилером, все равно проглядывал…

– Мы сотрем Ваш алгоритм, Юлианна… И напишем новый… Он Вас не сможет достать, больше никогда…–  его слова на этот раз прозвучали искренне, глубоко, как- то мужественно, по- мужски…–  Мы на пути на Кипр. Это одна из моих локаций, где работают мои люди, где люблю зависать и я, умело внушая родителям, что якобы в Великобритании, на стажировке… Но на суше, пусть и островной, какое- то время находиться будет небезопасно… Как только Макдиси обнаружит пропажу, он постарается найти Вас… Поиск по горячим следам может быть весьма эффективен, особенно, пока мы не заметем следы… Так что сразу по прибытии мы отплывем… Читали в детстве про «корабль- призрак»? Вот, это будет про нас… Придется поторчать в море, покачаться на волнах, пока история Юлианны не закончится… А потом Вы будете свободны… Во всех смыслах этого слова…

– Что… что означает, «история Юлианны закончится»? – Она спрашивала дрожащим голосом… Ловила каждое его слово, каждое движение. От всех этих деталей теперь зависела ее жизнь… И не образно, реально…

Карим осушил свой бокал залпом до дна. А Юлианна так и не притронулась к содержимому… Крепко сжимала холодный хрусталь дрожащей рукой, отчего льдинки какофонично, невпопад, то и дело постукивали по краям.

– Юлианна должна будет умереть. Да, не смотрите на меня так… Юлианна Макдиси, ушла сегодня утром из дома, и после нанесенного визита Амаль, не получив ее поддержки и помощи в желании бежать, покончила с собой…

Юлианна

Как только они приземлились в аэропорту Ларнаки, прямо к трапу за ними подъехал внедорожник. Водитель услужливо уступил место Кариму, оставшись на взлетно- посадочном поле, а тот, в свою очередь, молча махнул головой Юлианне, приглашая ее сесть на пассажирское сидение рядом.

Они ехали вдвоем. Карим явно знал дорогу, чувствовал себя расслабленно и непринужденно. Очевидно, был здесь далеко не первый раз, потому что даже не воспользовался навигатором. Юлианна впивалась глазами в пейзаж за окном… Город быстро сменился природными пейзажами, их дорога проходила вдоль моря. Все те же пальмы, все та же большая водная гладь на горизонте, но все иначе, чем в ее прошлой жизни, даже воздух другой… И речь даже не о температуре. Речь именно о самом воздухе-  он здесь более расслабленный, более мягкий и приятный… Нет этой жуткой, давящей, удушающей влажности Эмиратов, которая у нее стойко ассоциировалась с приторной роскошью и невыносимостью собственного брака… Откинулась на сидение, прислушиваясь к своим эмоциям. Пока кошки скребут внутри от неизвестности, и в то же время, волнение без отчаяния, без того тяжкого, испепеляющего чувства обреченности, какое испытывала с Макдиси рядом… На остров тихо, крадучись, опускалась ночь. Удивительно, на Кипре она ей показалась еще более черной и насыщенной, чем в Эмиратах. Юлианна вдруг подумала, что эта непроглядная вуаль темноты скрывала их двоих ото всех, и на душе стало почему- то спокойнее, хоть этот путь по широкой магистрали, освещенной линиями высоких, строгих фонарей, напоминал ей погружение в полную неизвестность, медленное падение в бездну, когда не знаешь, что тебя ждет на дне…

– Куда мы едем? – Нарушила она тишину салона автомобиля не своим, звенящим из- за непокидающего нервного озноба, голосом.

– В Айя- Напу, на Кипре я обитаю там. Но пока, убиваться вместе с пятнадцатилетками на местных дискотеках [1] не будем, не время, нам надо сразу в порт. Оттуда отплывем и позависаем некоторое время в море…– Карим отвечал так, словно говорил о самых незначительных, обыденных вещах. Словно речь шла не о попытке спрятать жену правителя Эмиратов, а о походе в магазин за продуктами.