Я сломаю твою жизнь - Лана Пиратова

Пытаюсь освободить руки, но Тимур лишь сильнее сжимает их.

Со злости я стискиваю зубы и не даю Тимуру просунуть язык, хотя он усиленно толкается им в меня.

Тогда он рычит. Перехватывает мои руки одной рукой, а пальцем второй пытается разжать мои зубы. Я не даюсь. Тимур закрывает мне нос и я вынужденно открываю рот.

Он тут же просовывает мне в рот два пальца.

– Какой горячий сладкий ротик, – довольно усмехается, толкая пальцы взад-вперед.

Его лицо становится серьезным, он жадно наблюдает как снуют его пальцы у меня во рту. Я слышу его частое и громкое дыхание.

– Сука, – рычит он. – Если бы не болела…

Быстро вынимает пальцы и накрывает мой рот своими губами. И сразу же его язык проникает в меня. Глубоко и жестко. Он такой горячий и такой твердый, что я почти сразу же сдаюсь его натиску.

Теперь он толкается в меня своим языком. Его движения такие наглые, что я чувствую, что краснею.

Потом его губы скользят ниже. Они уже на моей шее.

– Вот так я буду тебя трахать, Лика. Когда выздоровеешь, – хрипит он, обжигая кожу своим дыханием. – Жестко буду иметь. Так, как я хочу. И сколько хочу. И ты пошлешь этого гондона нахер. Потому что я не собираюсь делить тебя с ним. Ни с кем!

– Что ты говоришь, Тимур, – жалобно шепчу я, чувствуя свою слабость перед его словами и движениями. – Я не могу. Аркадий…

Тимур вдруг резко отрывается от меня, поднимается и внимательно смотрит.

– Он трахает другую, – заявляет без улыбки и ухмылки. – Ты не нужна ему. У него другая телка есть.

– Прекрати! – возмущаюсь я. – Как это низко! Клеветать на человека. Противно.

Тимур отпускает мои руки и встает. Возвышается надо мной.

Взгляд сам упирается во внушительный бугор в штанах. И Тимур замечает это.

– Показать? – кладет руки на ремень.

Я отворачиваюсь.

– Не бойся. Не буду, – проводит рукой по моим волосам, чуть сжимает их. – Потому что, если достану, то точно трахну. Но у тебя еще будет возможность рассмотреть его.

Усмехается.

– Так вот, – говорит уже серьезно. – Спроси у Аркашки про Элю.

Удивленно смотрю на него.

– Да, про Элю. Думаю, ему есть, что рассказать тебе.

Поправляет ремень и берет с тумбочки рецепт от врача. Читает.

– Так, я в аптеку сейчас. Дай ключ, чтобы тебе не вставать.

Я хмурюсь.

– Да, не собираюсь я вас обворовывать, – смеется Тимур. – Врач тебе постельный режим прописал. Зачем вставать лишний раз? Я схожу в аптеку и принесу все. Давай.

– Там, в коридоре. В шкафчике, – нерешительно говорю я.

Я все еще сомневаюсь, что поступаю правильно, но Тимур звучит так убедительно.

Он проводит рукой мне по щеке, большим пальцем скользит по губам.

– Опять я со стояком от тебя ухожу, – чуть улыбается. – Правильная женщина такого не допустила бы.

– Так найди себе правильную, – вырывается у меня.

– Уже нашел, – берет меня за подбородок. – Осталось раскрыть эту правильность, Лика. Тебе понравится.

Чуть сжимает сильнее и отпускает. Уходит.

Слышу из коридора, как он достает ключи, потом звук закрывающейся двери.

Меня клонит в сон. Но я стойко дожидаюсь возвращения Тимура. Почему-то мне не хочется оставаться с ним спящей.

Тимур приносит лекарства. Потом уходит на кухню и появляется с чашкой. Помогает мне присесть, удерживая рукой, и заставляет выпить таблетки.

После этого укладывает, укрывает одеялом. Наклоняется и целует. В лоб.

Это выглядит так забавно.

– Я завтра зайду, – говорит, выпрямляясь и глядя на часы. – И чтобы лежала. И из дома никуда.

Такой строгий папочка. Я улыбаюсь.

– С Аркашкой сам поговорю, – все портит он в конце.

– Тимур, – пытаюсь приподняться, но его рука тяжело ложится мне на плечо.

– Все, – говорит коротко и уходит.

Ну вот, что с ним делать? Упрямый.

Но почему-то его поведение вызывает у меня улыбку. Закрываю глаза и, наконец, засыпаю.