Месть очкарика - Ева Мелоди

— Значит, ты такой смелый, да?

— А ты — нет, раз целую толпу сюда пригнал. Что, в одиночку за женой не удается уследить?

— Ты, тварь, еще и подъ*бывать меня будешь? Сдохнешь вместе с ней! Хотя нет, сначала ты, а она пусть посмотрит, я еще поиграю с Марго, мне это нравится. Даже больше чем секс.

— Не сомневаюсь.

— Антон! — выкрикиваю не в силах молчать. — Я… прошу прощения за свой поступок. Это… я не знаю, что на меня нашло. Помутнение. Я готова любое наказание понести, только давай уедем, умоляю! Оставь его! Не трогай! Он из очень влиятельной семьи и я не хочу, чтобы у тебя были проблемы… любимый.

Любимый. Антон обожает это слово, очень часто требовал, чтобы я называла его так. И сейчас замирает, поворачивается ко мне, вглядывается в мое лицо, цепко, внимательно. А я и сама понять не могу откуда силы на эту тираду взялись. Откуда это безумное желание защитить Морозова…

— Богатый значит? Ну тогда все ясно… Ты же обожаешь богатых мальчиков, да, Марго? Нам, впрочем, твоя подружка так и объяснила… Хотя я толком ее не понял, испугалась она очень, лепетала как ненормальная…

— Марина! О Боже, и она пострадала из-за меня. Во рту пересыхает от ужаса, при мысли сколько еще людей должны пострадать из-за меня.

— Пошел нахер отсюда, последний шанс даю, мажорик. Раз супруга желает быть со мной и любит, я, возможно, прощу ее. Но если не уберешься…

Антон поворачивается спиной к Яну, делает несколько быстрых шагов ко мне, хватает за волосы и тащит к машине. Закусываю губу чтобы не вскрикнуть от боли, на глаза наворачиваются слезы. И слышу шум потасовки… Ян все-таки влез в драку. Начинаю вырываться, боль ужасная, наверное, лишусь половины волос, но сейчас мне наплевать на все. Впиваюсь ногтями в руку Антона, что держит мои волосы, пытаюсь лягнуть его ногой, изворачиваюсь. И понимаю, что вырвалась. Антон, не обращая внимания на меня, разворачивается и бросается к дерущимся. Но я буквально напрыгиваю на него, хватаю сзади. У меня нет надежды, что мы с Яном сможем справиться со всеми. Но сейчас мне уже все равно, как бешеная кошка я готова драться до смерти, пока хватит сил. Хотя их почти нет, не знаю, как мне удается дернуть Антона назад, он спотыкается и падает, громко матерясь. Вскакивает на ноги и с силой бьет меня по лицу, так что перед глазами все взрывается и меня накрывает темнота…

Не знаю сколько времени я находилась без сознания. Попыталась приоткрыть глаза, свет хлестнул по глазам, как плеть. Сжимаюсь в комок и закрываю лицо руками. Все тело болит, как одна сплошная рана, и оглушающий страх, что сейчас увижу над собой лицо Антона и кошмар продолжится. Снова зажмуриваюсь, но когда чувствую, как сильные руки подхватывают меня и несут куда-то, каким-то образом понимаю сразу — это не мой муж. Это Ян…

Я снова подвергла его опасности, но как он очутился здесь? Следил за мной? И куда он несет меня?

Глаза открыть нет сил, меня душит стыд. Он видел то, во что превратила меня жизнь. Мужа-садиста, обожающего унижать меня. Мне стыдно и за ночь, за то, что как последняя проститутка отдавалась ему, содрогаясь от наслаждения. Понимаю, что сейчас последует много вопросов. Морозов не отпустит меня просто так, раз рисковал, заступаясь за меня…

— Может быть, лучше в больницу? — раздается незнакомый мужской голос.

— Чуть позже, — отвечает Ян. — Жди в машине. Я ненадолго.

Хлопает дверь, и я понимаю, что мы в подъезде. Начинаю вырываться из мужских объятий и задыхаюсь от боли в правом запястье, едва снова не теряя сознание.

— Отпусти! — кричу.

— Я лишь хочу проверить, все ли в порядке с твоей подругой, — спокойно отвечает Ян. — Или тебе это не интересно? — но он отпускает меня. Ставит на ноги. И я тут же отскакиваю от него, словно именно он причина моих несчастий и причинил мне боль. Это несправедливо, знаю. Но мне невыносимы его прикосновения. Они дарят то, что не могу себе позволить. Надежду…

Но Ян абсолютно прав, сейчас не время думать о себе. Кто знает, что они сделали с Мариной, вдруг ей нужна медицинская помощь! Господи, я надеюсь они не причинили ей вреда, ведь ни за что себе этого не прощу!

Стараюсь идти вверх по лестнице как можно быстрее, не обращая внимания на боль. Вот и третий этаж, дверь в квартиру приоткрыта и у меня все сжимается внутри от страха. Неужели Антон посмел тронуть не только меня?

Влетаю в квартиру, и сразу вижу подругу. Она сидит на полу в гостиной, прижимая ко лбу полотенце.

— Марина! — почти кричу. — Что они сделали с тобой? Как ты?

Подруга издает стон:

— Ох, жива, кажется. Только голова болит. Прости… я все рассказала… мне пришлось, они угрожали мне.

— Ничего! Главное, что ты в порядке. Тебе надо в больницу!

— Нет… всего лишь по башке треснули… переживу.

— Что они хотели? — вмешивается в разговор Ян.

— Ритку искали, — кривится подруга. — Я сначала отмазывалась как могла… Но они давили и давили, проследили ее путь сюда, все о ней знали… Прости, дорогая… мне пришлось все им рассказать. Они так напугали меня, думала точно убьют! И про нашу договоренность, что ты с клиентом… — осекается и бросает смущенный взгляд на Морозова. — Черт, и деньги… Прости Ритуль, я так виновата… Сняла сумму… твою… Они отыскали и себе забрали. Все забрали, сволочи! Даже ноутбук, а там информация… — почему-то на этой фразе Марина осекается и испуганно смотрит на Яна.

— Плевать! — восклицаю. — Главное, что ты жива!

— Но тебе нужны эти деньги…

— Обойдусь… — густо краснею, потому что чувствую пристальный взгляд Морозова. Внутренне съеживаюсь, от страха что он сейчас скажет что-нибудь гадкое, вроде: ничего, она еще может отработать. Когда соглашалась на все это — наверное вообще ничего не соображала. А сейчас стыд буквально сжигает меня изнутри. Сутенерша, клиент и проститутка. В одной комнате, отбившись от другой банды, решаем насущные вопросы. Как моя жизнь могла скатиться так низко?

— Значит, они отобрали деньги? — задумчиво уточняет Ян.

— Мне плевать! — буквально выкрикиваю и в этот момент впервые встречаюсь с ним взглядами. На его щеке ссадина — видимо от потасовки. В глазах — спокойствие, внимание и сосредоточенность. Он явно настроен разобраться до конца. — Я даже не знаю, сколько ты заплатил, — вырывается у меня.

Жалкое оправдание. Я — проститутка, оставшаяся ни с чем по итогу. Ночью я не чувствовала себя ею. Но сейчас, при свете дня меня нагнали все мои демоны. И жрут с потрохами.

— Мне пора! — говорю самую большую глупость. Потому что идти совершенно некуда, разве что на маяк… Но я бегу к двери, словно за ней — мое спасение.

— Стой, Рита, ты куда? — восклицает Марина, она бежит за мной и когда я уже почти на пороге, хватает меня за руку.

Запястье обжигает страшная боль, все темнеет перед глазами, и я проваливаюсь в темноту.