Бесчувственный… Книга 2 - Екатерина Юдина

— Подойди.

— Мои родители. Пусть их отпустят, — повторила, делая несколько глубоких вдохов. Сразу пожалела об этом, ведь голова и так кружилась из-за запаха Райта. Сейчас он был куда сильнее и казался намного жестче, чем тот, который был у Матса в прошлом. Теперь это был запах мужчины и он не просто подавлял. Он кружил голову и заставлял ощутить себя слабой и беззащитной перед этим зверем. Чудовищем, у которого начался гон.

На негнущихся ногах я подошла к кровати и села на нее. А все потому, что мне было тяжело стоять — тело горело, словно кожи касались языки пламени и все ныло, словно меня лихорадило.

— Давай договоримся, — насколько же тяжело мне дались эти слова. — Отпусти моих родителей и сестру. Пообещай, что с ними все будет хорошо и ты их не тронешь. После этого я буду готова к сотрудничеству.

Райт выдохнул дым и посмотрел мне в глаза, а я от этого невольно сжалась.

— Говори.

Проклятье. Если бы это было просто сделать, а так, получалось, что я каждое слово буквально вырезала из себя. Причем, делала это очень тупым ножом.

— Если ты пообещаешь, что с моими родными все будет хорошо, я пообещаю, что больше не буду сбегать. Мы сможем все обсудить и, надеюсь, что договоримся.

— Ты понимаешь, чего я хочу?

— Убить меня?

— Думаешь, что еще была бы жива?

— Когда дело касается тебя, я вообще много чего думаю и, поверь, никаких хороших мыслей у меня нет. Я предпочла бы убежать как можно дальше, чтобы больше никогда тебя не видеть, но ты, животное, можешь тронуть тех, кто мне дорог. Только по этой причине я предлагаю договориться.

— Чего я хочу от тебя?

— Я не знаю.

— Что ты можешь мне дать?

— Перемирие, договоренность, поиск возможных выходов из наших конфликтов.

— Секс.

— Нет, — мгновенно сорвалось с моих губ и я сразу сжалась. — Только не секс. Возможно… Возможно, я до сих пор жива только потому, что нужна тебе, как самка для гона. Истинность связывает нас физическими потребностями, которые мы, черт возьми, можем удовлетворить только друг с другом. Но я уверена, что есть способы не прибегать к близости. Я готова пить любые таблетки, даже если они будут очень вредными для организма, но только не спать с тобой.

— Подойди.

«Нет» — чуть не сорвалось с моих губ, но я стиснула зубы и немного ближе придвинулась к Райту. При этом, осталась сидеть на кровати и схватила плюшевого зайца, которого мне подарил Девид. Обняла его, хотя, предпочла бы вовсе спрятаться за этой игрушкой.

— Вот, я села ближе. Нормально? Совсем близко я подходить не хочу. И так сойдет. Мы же просто разговариваем.

— Ты не изменилась.

— И что? У тебя с этим проблемы? Теперь еще больше хочешь от меня избавиться?

— Нет. Еще больше хочу тебя взять.

Несколько долгих секунд я сидела с широко раскрытыми глазами и с затаившимся от непонимания дыханием.

— Черт возьми, объясни. У тебя какие-то садистские наклонности? — сказать, что я боялась Матса, значит, ничего не сказать. Но все равно не могла сдержать этих слов, хоть и чувствовала, что сейчас могла разозлить зверя, которому противостоять не могла. — В прошлом, помниться, ты меня ненавидел. С чего такие слова? Или я для тебя, как игрушка? Поиграл тогда и хочешь поиграть сейчас?

Райт сделал еще одну затяжку и поднялся с кресла. Напряжение и сталь, которыми были пропитаны его тело, я ощущала даже на расстоянии и они по мне били. Так, что я задрожала и еле сдержала желание еще больше отстраниться.

— Я не трону твоих родителей. Собирайся.

— Куда собираться? Ты хочешь куда-то меня увезти? Куда? Обратно в тот дом? И что там будет? Мы так ни о чем и не поговорили. Прежде чем куда-то ехать, я хочу расчертить все границы.

— Этой ночью их расчертим.

От этих слов у меня по коже побежали мурашки. Я встала с кровати, но была в таком взвинченном состоянии, что чуть не спотыкнулась на ровном месте и не упала.

— Что это значит? Знаешь, это звучит очень зловеще. Может, не ночью, а утром будем расчерчивать? Просто, когда ты говоришь о ночи, у меня сразу возникают далеко не самые хорошие мысли. Нет, серьезно, давай не ночью, а утром. Или днем. Я согласна на вечер. Сейчас же идет речь про разговор? Да? Разговаривать лучше не ночью. Ночью лучше спать. Я вот, кстати, прямо очень сильно хочу спать. Просто взяла бы и заснула сию же секунду. Поэтому, давай отложим разговор до утра. А еще лучше, до окончания твоего гона.

— Вещи. Собирай.

— Что именно мне брать? Насколько я уезжаю? И ты так не ответил, куда именно меня отвезут. Есть ли шанс, что я вернусь?

Поток вопросов и бесконечных фраз без перестану срывались с моих губ. Я, растерянная и эмоциональная, жестикулировала руками, вплетала пальцы в волосы и на лице против воли отображала все чувства, которые бурлили в груди. Райт же молча стоял и курил. Не произнес ни слова.

Проклятье, я ощущала себя малолеткой, находящейся на грани истерики, в тот момент, как Райт являлся взрослым мужчиной, который, казалось, и бровью не поведет, даже если в этот момент весь мир обрушится и наступит апокалипсис.

В итоге, я замолчала и поплелась собирать свои вещи. Взяла рюкзак. Туда положила пару толстовок, джинсы и несколько личных вещей. Еще взяла своего плюшевого зайца. Он будет напоминать мне про Девида.

Я пошла вперед и вслед за верзилами вышла из квартиры. Райт остался там, но ненадолго. Уже вскоре он тоже спустился вниз.

— Моих родителей отпустят? Ты им ничего не сделаешь?

— Нет.

Мне нужно было больше подробностей, но я понимала, что не получу их. Поэтому села в машину и, отвернувшись к окну, посмотрела на улицу. Успокаивала себя только тем, что, если буду вести себя примерно, будет меньше шансов на то, что пострадают мои близкие.

Это единственное на что я могла рассчитывать.

И пытаться договориться с Райтом это единственное, что было в моих силах.