Возлюби вампира своего - Ирина Смирнова

Когда щенок самолично притащил мне пойманного крупного зайца, я с трудом удержалась, чтобы не обозвать его тварью. Нет, понятно, что эти ушастые пушистики только с виду беззащитные и слабые, а на самом деле они одной задней лапой могут вспороть тебе живот, а уж двумя одновременно вообще разорвать все до позвоночника. И заботливые волки, решив, что мой птенец совершенно убогий, взяли и сломали зайцу его убийственное оружие.

— Еще бы шею свернули, монстры! — рассерженно рявкнула я на мальчишку.

— А надо было? — уточнил он, глядя на меня преданно-наивным взглядом. — Мне казалось, что вы хищники, а не падальщики.

— Проваливай. — Я помотала головой, дунула на упавшую на лоб прядь волос, взяла несчастного зайца за уши, поглядела ему в глаза, отключая все чувства, чтобы ему было не больно и не страшно. А потом понесла бедолажку к подозрительно затихарившемуся подопытному.

Мысленно я уговаривала себя не разрывать артерию самой, чтобы потом выдавить всю заячью кровь прямо в рот птенцу. Но, едва увидев пригорюнившийся тестовый образец, зарычала от раздражения, когтем разорвала зайцу вену на шее, так что кровь хлынула на пол, и швырнула несчастное животное сидящему у кровати парню.

Еще не хватало, чтобы бедное создание мучилось, ожидая, пока этот страдалец соберется с духом, чтобы впиться клыками в добычу. И так уже один лохматый балбес поглумился. Садист... Тварь!.. Как так можно со зверушкой?!

Едва птенец почуял запах крови, у него сработали инстинкты, так что тельце он выпил с наслаждением и досуха. Значит, есть надежда со временем перейти с зайчатины на человечину. Может быть, в следующий раз просто взять это недоразумение с собой на охоту? Или сразу упокоить, чтобы не мучился и меня своим грустным видом не злил?

Из комнаты я вылетела еще быстрее, чем в нее вошла. Интересно, бывают такие случаи, когда создатель испытывает к своему птенцу лишь отвращение? Мне даже нарекать его новым именем не хотелось. Но оставлять то, что было в прошлой, человеческой жизни, считалось очень плохой приметой. Его использовали иногда как запасное, второе, и то старались слегка переделать, чтобы ничто не напоминало о временах, когда ты был мотыльком-однодневкой, слабым, беззащитным и доступным всем болезням.

Новое имя давал создатель, родитель. Меня он назвал Фиолой. Просто изначально, сразу после обращения, мои глаза были фиолетовыми. Это потом в них добавилось чуть больше красного и они стали сиреневыми. У Клауса и Августы глаза были зеленовато-красными и, наверное, со временем стали бы шоколадными. Было бы очень красиво, потому что чаще всего у вампиров глаза любых оттенков от насыщенно-винного до темнопурпурного. Иногда встречаются бордовые или просто коричневые. А вот сиреневые — редкость. Наверное, раньше, до обращения, они у меня были голубыми. как у щенка.

А птенца так и тянуло назвать Дориш, Гусам или Хасрат. Или всем сразу. Скорбнопечальная тоска. Ладно, пусть будет Дориш. Скорбь. Главное — не забыть ему об этом сообщить.

Довольная собой, я отправилась спать, но где-то на половине пути в коридоре меня поджидал волчонок.

Как все прошло?

Встав так, чтобы перегородить мне путь, мальчишка соорудил на лице независимобезразличную мину, вот только спрятать за этой маской виноватый взгляд у него не получилось. Хотя он честно попытался.

— Овцы сыты, зайцы сдохли, волки пока еще целы, — переиначила я резко всплывшую в памяти поговорку. Я вообще кладезь таких пословиц благодаря одному из собратьев, деревенскому пареньку, которого создатель обратил за пару месяцев до меня. Он знал тьму-тьмущую присказок, на все случаи жизни.

— Ты это... тупая шутка с зайцем вышла. Извини, — промямлил щенок, глядя при этом куда угодно, но не на меня.

— Правильно, лучше я о тебе как о лохматом балбесе буду думать, — буркнула я, отодвигая мальчишку плечом, чтобы пройти дальше. — Больше так не делай. Иначе превратишься в такую же тварь, как я.

Он догнал меня уже у самой двери в мою комнату, развернул и долго пристально смотрел мне в глаза, как будто хотел что-то в них разглядеть. Смешной. В глазах вампиров можно увидеть только свою смерть, сладкую и тягучую, как кровь. Но, похоже, что-то интересное щенок все же умудрился обнаружить, потому что перестал сжимать мои плечи, вздохнул тяжко, ссутулился и побрел прочь. Я лишь удивленно проводила его взглядом, а потом отправилась спать. Сутки сегодня были очень насыщенными, и я планировала проспать следующие, чтобы восстановиться.

Подсознательно я ожидала, что меня все-таки разбудят, но я действительно с наслаждением проспала оставшуюся часть ночи, весь день и проснулась ближе к утру. Вылезла из теплой кровати, умылась из кувшина над стоящим в углу тазом и только потом выглянула во двор. Во дворе было привычно пусто, хотя проблески порядка начали проявляться и там.

Спустившись, я сразу разглядела затаившегося в кустах якобы охранника. Тот, кто охранял в прошлый раз, был менее заметный. Этот только факелами не размахивал, чтобы его было легче увидеть.