За пределами Земли. В поисках нового дома в Солнечной системе - Чарльз Уолфорт

Но даже после обретения колонией собственной истории она надолго остается культурным детищем своей метрополии. Ее обитатели заботятся о своей культуре. Уверенность в своей локальной идентичности рождается долго, поколениями. Американское искусство и литература не вышли за пределы европейской традиции до самого конца XIX в. Стив говорит, что Сиэттл защищал свою провинциальность до 1960-х гг.

«Ждать еще долго, — сказал он. — На Аляске этого пока не произошло. И еще какое-то время точно не произойдет».

Правительства часто делают ошибки и теряют ресурсы. Люди, принимающие решения, распоряжаются чужими деньгами. Но по той же причине правительства берутся за проекты, никому более не интересные. Аляскинская железная дорога была финансовым провалом. Но она позволила победить во Второй мировой войне и породила Анкоридж. Незачем спорить о результате — все зависит от вашей точки зрения. Однако ясно то, что колонизация идет лучше, если правительство устанавливает правила и оплачивает счета.

Будущее

За годы совместной жизни на Титане первые 29 колонистов стали семьей. Они вместе пережили самоубийство своего первого командира, потерю корабля снабжения, лишения и трудности становления колонии и тяжелую работу по созданию собственной системы питания. Каждая шестерка имела собственную командную структуру, но формальная иерархия отходила на второй план с ростом уважения колонистов к особым навыкам и сильным сторонам своих коллег. Они полагались друг на друга. Всеобщее выживание зависело от команд жизнеобеспечения и питания, а также от производителей укрытий и команды технического обслуживания, робототехников, команды обслуживания 3D-принтера и механиков.

Колонисты могли производить пластмассы из материалов, повсюду окружающих их на Титане. На 3D-принтере можно было сделать оборудование для литья и прессовки пластиковых деталей любых форм и назначения. Роботы отливали из пластика жесткие фундаменты зданий. Теплый, насыщенный кислородом воздух внутри зданий придавал им плавучесть, вполне достаточную для удержания сооружения в вертикальном положении. Давление теплого воздуха внутри здания поддерживало пластиковые стены и крышу здания. Концентрические слои пластика образовывали замкнутые емкости с воздухом, изолируя тепло внутри здания от холода атмосферы Титана.

Крупные структуры возводились быстро, в них было достаточно места для любых нужд колонистов, в том числе большие личные пространства, крытый манеж для занятий атлетикой с длинной беговой дорожкой и парк с местом под траву, цветы и животных. Но они не привезли с собой ни травы, ни цветов, ни животных — это место ждало колонистов, которые прибудут на космолайнерах.

Колонисты тосковали по прикосновениям к чему-либо, кроме пластика, — дереву, камню, меху или коже. Блеск и вес пластика притупили их чувства. Они тянулись ко всему живому и необработанному, например к свежим овощам, которые выращивали гидропонным способом, дополняя ими свой синтетический рацион из водорослей и насекомых. И они тянулись друг к другу.

Даже располагая огромными пространствами, они держались вместе и проводили много времени в маленькой обшарпанной кают-компании — самой первой жилой комнате, подготовленной роботами к прибытию самых первых колонистов. Они называли ее «Первая комната». Здесь проводились многие регулярные ритуалы и музыкальные джемы. «Первая комната» была местом первой свадьбы и первого купания новорожденного.

Прибывшая позже на SFLKAM сотня колонистов идеализировала 29 основателей колонии на Титане. Предполагалось, что командир SLFKAM примет на себя управление колонией, но она поняла, что первопроходцы знают и умеют больше и их нельзя лишать права принимать решения. Например, старожилы решили задачу по улавливанию конденсата, оседающего на пластиковых куполах строений. Встречаясь с холодным пластиком, пар, выделяемый людьми, превращается в воду и лед. В общей спальне, подготовленной для сотни новых колонистов, вскоре после их прибытия начался настоящий дождь, но первые колонисты знали, как следует настроить созданную ими систему для того, чтобы улавливать и перерабатывать воду.

Система управления возникла у первых 129 колонистов, а затем была формализована по прибытии второй сотни. Первые колонисты сохранили за собой свой особый статус и принимали решения о ходе проектов подобно комиссии по районированию или совету по городскому планированию. Они решали споры о новом строительстве. Вскоре колонисты стали приходить к ним и со спорами по другим вопросам; первые колонисты стали судьями.

Официальные командиры кораблей также играли важную роль, распоряжаясь прибывшими с Земли припасами, в том числе оружием. Они управляли вооруженными силами и логистикой.

Но вопросы, касающиеся собственной жизни, каждый колонист решал сам. Группа была достаточно мала для того, чтобы проводить общие собрания, но формировались и комитеты для более эффективного принятия решений. Возник постоянный комитет, своего рода правление, и общие собрания вел его председатель.

Такая структура с тремя ветвями власти хорошо работала. Когда правление описало устройство системы для того, чтобы объяснить ее новоприбывшим, эти заметки стали основополагающим документом — своего рода Хартией вольностей Титана.

Первоначальные колонисты и пассажиры первых трех космолайнеров (по сто человек в каждом) развивали свое сообщество согласно плану. Правительственная колония выполнила свою программу и была готова принять людей с новых кораблей и частных колонистов (на кораблях с номерами с четвертого по десятый).

Колония на Титане была небольшим городком. Крупные здания общего пользования соединялись надувными пластиковыми коридорами с рядами личных домов. Роботы сновали к зонам добычи и обратно, где машины вырезали лед и всасывали углеводороды с поверхности, производя необходимые колонии тепло и кислород. Колониальное правительство обозначило некоторые площади и ресурсы общественной собственностью, в том числе основную инфраструктуру жизнеобеспечения, и разделило остальные площади на частную собственность, освоением которой отдельные лица могли заниматься сами, подав заявку. Остальной Титан был признан никому не принадлежащим и неподконтрольным — он казался бесконечно большим, и думать об этом не было нужды.

В колонии зарождалась экономика. Все работали на колонию, выполняя ту работу, которой были обучены, и получая взамен пищу, укрытие и энергию. Но в свободное время кто-то начал заниматься другой работой. Огородник сделала пристройку к дому и начала выращивать овощи на продажу. Повар каждый вечер устраивал званые ужины — поначалу для друзей, затем за пайки, а потом и за бартер.

Химик путем ферментации водорослей производил этанол, ароматизировал его разнообразными отдушками и продавал как водку, виски и вино. Эти небольшие пластиковые фляжки стали своего рода валютой благодаря их компактности, долговечности и недоступности, в противоположность большинству остальных товаров, которые в колонии можно было получить бесплатно. В новом баре и ночном клубе действовало правило «напитки приносим с собой», но чаевые музыкантам и официантам выдавались в виде все тех же фляжек.

Городок жил по большей части коммунально, свободные предприятия служили цели личного самовыражения. Но близились времена частной собственности.