Тайны рыболовной дипломатии - Вячеслав Зиланов

Еще в 1998 году наш вылов в целом составлял 4,7 млн. т, в 1999 и 2000 годах он упал до 4,1–4,0 млн. т. Отечественное рыболовство приобрело характер монопромысла, то есть произошло сосредоточение его на отдельных валютоемких видах. В Баренцевом море – это треска, пикша; в Охотском и Беринговом морях – минтай, крабы, лососевые.

Целый ряд других видов (сайра, камбаловые, сельдевые, сайка, мойва и т. п.) недоиспользуются. Более того, способы лова тоже стали моно – 95 % улова берется тралами. Кошеловые неводы, орудия сетного промысла в прибрежной зоне, ярусный лов под влиянием псевдорыночных реформ заброшены.

Вот здесь-то и должна быть проявлена государственная мудрость, и прежде всего в государственном управлении рыбными ресурсами и рыболовством. Вместо этого чиновники разных федеральных служб настойчиво продавливают псевдорыночные новации, выставляя рыбные ресурсы в воде (как будто это уже товар) на аукционы.

Подобного нет ни в одной из соседних с Россией стран с современной экономикой. Нет этого ни в Норвегии (соседи в Баренцевом море, мы имеем с ней общие запасы трески и пикши), ни в США (соседи в Беринговом море, мы имеем с ними общие запасы минтая), ни в Японии (соседи в Японском море и у Курильских островов) и Китае (соседи по пограничным рекам).

В этих странах ведут научное государственное управление рыбными ресурсами, а не выставляют их на аукционы. Одновременно широко осуществляются практические работы по воспроизводству и выращиванию рыбы в морской прибрежной зоне при активном содействии государства и местных властей.

Марикультура – основа рыбного хозяйства XXI века

В современном мировом рыбном хозяйстве применяются технологии по увеличению рыбных ресурсов за счет использования достижений в биотехнике выращивания рыбы и ракообразных в морских прибрежных водах. Аквакультура и ее морская часть – марикультура – становится основой устойчивости водных ресурсов и их ритмичной поставки на мировой и внутренний рынок. Лидерами здесь являются опять-таки наши соседи. На Северо-Западе – Норвегия, на Дальнем Востоке – Китай, Япония и США.

Так, Норвегия за последнее десятилетие довела выращивание лососевых – семги и форели – в морских садках (фермерские хозяйства) до 560–580 тыс. т в год! По своей рыночной стоимости этот объем равен стоимости морских уловов Норвегии в естественных водоемах объемом в 2,0–2,5 млн. т.

Не менее впечатляющие результаты достигнуты Китаем, который за счет выращивания рыбы и других водных объектов в пресной и морской водах ежегодно получает 17–23 млн. т! Кроме того, в естественных морских водах Китай добывает еще 15–17 млн. т.

Япония уже в течение почти десятилетия устойчиво выращивает ежегодно в морских прибрежных водах 780–830 тыс. т высококачественной рыбы и ракообразных, да и добывает в морях еще 6–7 млн. т.

США ежегодно выращивают в морской и пресной воде до 400–420 тыс. т, а в морских водах вылавливают дополнительно еще 4,5 млн. т.

Все эти страны (Норвегия, Китай, Япония, США) – наши соседи и находятся почти в равных морских климатических условиях, у всех у них развитые рыночные отношения. И нет никаких аукционов. У этих стран имеется сбалансированная рыболовная политика, направленная на оптимальное использование природных ресурсов, развитие марикультуры и насыщение внутреннего рынка рыбной продукцией собственного производства.

А каковы наши успехи в аквакультуре, включая мари-культуру? В 1988–1990 годах Россия выращивала 150–254 тыс. т рыбы, в основном в пресных водах. Сейчас всего 52– 100 тыс. т, а в морских водах – немногим более 5 тыс. т. Снижение за годы реформ в два раза! Весь мир идет по пути наращивания объемов марикультуры, мы идем в обратном направлении.

Может быть, у нас нет достаточных научных наработок? Имеются, и еще какие!

Ученые и практики России разработали биотехнику выращивания не только лососевых, но и осетровых, камбалы-калкан, многих видов пресноводных рыб. А по акклиматизации и вселению новых видов, таких как королевский краб (созданы запасы в Баренцевом море), горбуша (в Белом море), кефалевые (в Азовском, Каспийском морях), мы являемся мировыми лидерами.

Так почему же у нас не идет развитие марикультуры в прибрежных регионах? Да только потому, что нет четко разработанного экономического механизма и соответствующих организационных структур по развитию этого важного (ведущего в XXI в.) направления по насыщению внутреннего рынка рыбной продукцией. Административные путы, налоговые нагромождения не дают возможности развивать это направление. Нет ясного разграничения полномочий между центром и регионами. Вот сюда бы, а не на рыбные аукционы нужно было бы направить энергию грефовских «экономчиновников», с тем чтобы создать экономические, действительно рыночные условия как для рыбных ресурсов экономзоны России, так и для ускоренного развития марикультуры в прибрежной зоне приморских регионов. Однако, видимо, делить и продавать это больше подходит для них, чем приумножать и использовать рыбные ресурсы во благо страны.

Аукционы по продаже «кота в мешке»

Организовав аукционную продажу рыбных квот в воде для граждан России, что является, как уже было отмечено, «новшеством» в мировой рыболовной практике, ведомство Грефа совершенно «забыло», что по существу продают прогноз возможного улова. А если этот прогноз не оправдается? Кто понесет ответственность?

История морского рыболовства знает сотни примеров, когда, выйдя в море, рыбаки возвращались без улова. Ошибка в прогнозе или рыба ушла в другие районы?

Словом, море есть море, а рыбалка зависит от многих природных факторов. Покупать же квоты на аукционах рыбакам предлагается как товар! А товара-то еще и нет! Ведь квота становится товаром только тогда, когда окажется на палубе корабля. Так что Греф из воды деньги решил делать. Причем покупать «кота в мешке» должны даже традиционные пользователи – коренное население, малочисленные народности, российские рыбаки. Введя аукционную продажу квот в воде, ведомство Грефа нарушило целый ряд федеральных законов и даже положения Конституции России, касающиеся прав коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока. Эти новации грефовскими «чиновниками» названы «совершенствованием государственного управления водными биологическими ресурсами». В подкрепление своей позиции они считают, что аукционы покончат с коррупцией в рыбной отрасли, увеличат поступление средств в бюджет и дадут импульс для ее развития.

Все это – словесная завеса, видимая часть «рыболовного айсберга». Скрытая же – это перераспределение финансовых потоков и передел последней государственной собственности в области морского рыболовства – сырьевых рыбных ресурсов. В целом ни много ни мало около 5 млн. т рыбы, первоначальной стоимостью около 2–2,5 млрд. долл. США. Правда, для осуществления такого промысла надо затратить не менее 1,8–2,1 млрд. долл. Так что нет никаких пиаровских 4 млрд. долл. США.

В схватке за владение и распоряжение этими ресурсами столкнулись две группировки. Первая ведома радикальными либералами, вторая – государственниками-профессионалами.