Таинственные маги рынка. Лучшие трейдеры, о которые вы никогда не слышали - Джек Д. Швагер

В тот день я пришел домой, рассказал об этом брату и спросил: «Слушай, а можно ли как-то заработать на этом деньги?» Он сказал: «Да, мы можем продать Snapple, купив опцион-пут». Он сказал мне, что до заработка на Snapple останется неделя, и объяснил, как работают опционы-пут. Я дал ему $300. Он купил мне опционы-пут по компании Snapple, а неделю спустя компания Snapple объявила, что они накапливают запасы в канале, чего я тогда не понимал. Но мое понимание того, что я видел в 7-Eleven, было правильным, и я утроил свои деньги на этой сделке. Для меня эта сделка была магической, и с этого момента я заинтересовался.

– Сколько вам было лет?

– Около 14.

– Поняли ли вы объяснение вашего брата, что такое опцион-пут?

– О да, я все понял. В то время я не осознавал, насколько мощной была методология, которую я открыл. Я не понимал, что метод, каким я пришел к пониманию торговли на Snapple, в конечном итоге будет методологией, которую я буду применять в своей инвестиционной карьере. Однако эта методология появилась только много лет спустя.

С моей последующей торговлей в старшей школе и в колледже у меня ничего не получилось. Я был в ужасе. Я переходил от одной методологии к другой, как только прочитывал новую книгу. Например, одна из книг, которую я прочитал, – не помню ее названия – была о братьях Хант, загнавших в угол серебряный рынок. На какое-то время я стал одержим товарами. В нескольких милях от моего дома был магазин, где можно было купить серебро. Я пошел туда и купил серебряный слиток весом 100 унций. Каждый день я брал газету и чертил график цен на серебро. Мне потребовалось около пяти месяцев, чтобы понять, что у меня не получится зарабатывать деньги на товарах [он громко смеется].

– Были ли какие-то книги о рынках, которые положительно повлияли на вашу торговлю?

– За эти годы я прочитал много рыночных книг, но только одна оказала на меня значительное влияние: «Переиграть Уолл-стрит» Питера Линча.

– На самом деле ваша торговля со Snapple могла бы стать примером для темы этой книги.

– Да, могла бы. Эта книга заинтересовала меня и сильно повлияла на мои размышления о том, как можно инвестировать с успехом. Это вселило в меня уверенность, что моя сделка по Snapple была не просто удачей. Если бы не чтение книги Линча, я бы подумал: «Невозможно победить самые умные умы Уолл-стрит, просто прогуливаясь по магазину». Меня не интересовали технические инвестиции. Меня не интересовали фундаментальные инвестиции. Хотя фундаментальный анализ имел для меня смысл, я не проникся им, считая его скучным. Было много умных людей, занимавшихся фундаментальным анализом, и я знал, что никогда не захочу тратить кучу времени, чтобы быть лучше их всех.

– Как бы вы резюмировали главный урок, извлеченный из книги Линча?

– Для меня центральной была концепция поиска инвестиций в повседневную жизнь.

– Когда вы открыли свой счет?

– Когда я учился в колледже, я открыл счет на Fidelity. Однажды в нашем колледже появился терминал Bloomberg, и никто не знал, как им пользоваться. Я прочитал инструкцию и научился пользоваться этим терминалом. В колледже я много торговал на опционах, потому что у меня не было особых денег, и я полагал, что единственный способ получить реальную отдачу от моих ограниченных ресурсов – это торговать на опционах. Почти каждый раз я торговал «вне денег» и с высоким риском. Я стремился к большой 20-кратной прибыли, но терял деньги практически в каждой сделке.

– Откуда вы взяли стартовый капитал для торговли?

– У меня по-прежнему был бизнес по чистке автомобилей, которым я занимался по выходным, и я зарабатывал на этом немалые деньги. Я также получил в Fidelity постоянную должность трейдера паевых инвестиционных фондов, что оказалось куда менее увлекательным, чем звучало. Моя работа заключалась в том, чтобы отвечать на телефонные звонки и предоставлять клиентам котировки взаимных ПИФов.

– У вас была работа на полную ставку плюс вы оказывали услуги по чистке автомобилей! Когда же вы находили время на учебу?

– Я обнаружил, что чем больше я занят, тем лучше справляюсь со всем. Меня по-прежнему не интересовал колледж – я просто сделал то, что мне нужно было сделать, чтобы попасть в него. Я регулярно пропускал занятия и ходил в подвал, где торговал с помощью таксофона с тональным набором. Я должен был набирать код опциона в тональном режиме, а затем компьютерная программа считывала символ введенного опциона. Это был очень медленный процесс. Иногда мне требовалось от 15 до 20 минут, чтобы совершить одну сделку.

– Я думал, вы работали на Fidelity полный рабочий день. Как же вы могли размещать эти ордера?

– Я работал на Fidelity после завершения рыночного времени.

– Насколько большим был ваш торговый счет?

– Он был очень маленьким, потому что я продолжал терять деньги почти в каждой сделке [смеется].

– Были ли у вас прибыльные сделки?

– Да, были, но я их не помню. Все, что я помню, – это то, что я терял каждый вложенный доллар.

– Итак, вы зарабатывали деньги на работе, а потом теряли их в инвестировании.

– Я терял все, что инвестировал.

– Как ни парадоксально, ваша первая сделка прошла исключительно хорошо, а затем вы постоянно теряли.

– Моя первая сделка меня зацепила, а потом я потратил годы, теряя деньги различными способами. Я понял, что с помощью известных техник у меня не будет хорошего метода для торговли. В какой-то момент я потерял интерес к инвестированию.

– Я не удивлен, учитывая результаты. Но очевидно, что в какой-то момент к вам вернулся интерес к рынкам. Когда вы вернулись в трейдинг и почему?

– Прошло довольно много времени – возможно, лет 20, – прежде чем я снова начал торговать. В то время я работал в фирме, занимающейся рыночными исследованиями, и дела шли хорошо, но мои финансовые потребности были более высокими, чем доходы. Вот я и вернулся к трейдингу. В то время у меня не было много денег: думаю, я начал торговать, имея на счете примерно $80 000.

– Учитывая, насколько неудачными были ваши предыдущие попытки, что опять заставило вас подумать, что вы сможете заработать?

– Я знал, что здесь есть возможность, но я еще не понял ее. Не знаю, что заставило меня вернуться к моей первоначальной методологии. Вероятно, это было на подсознательном уровне. Кроме того, меня подстегнуло и то, что я занимался рыночными исследованиями. Я руководил отделом опросов в компании, проводящей крупнейшие опросы в мире. [Компания занималась рыночными исследованиями, выполняя опросы и выбирая для обсуждений большое количество участвующих респондентов, соответствовавших целевой аудитории, необходимой для проведения исследования.]

Я имел возможность наблюдать за огромным количеством исследований. Я понял, что рыночные исследования не так точны, как хотелось бы. Люди далеко не всегда делают то, что предполагают. Например, когда появился iPhone, вы задавали людям вопрос: «Купили бы вы телефон без клавиатуры?» А люди говорили: «Нет, я бы никогда не купил такой телефон». Я видел огромное несоответствие между тем, что люди говорят, и тем, что они делают, и полностью потерял веру в рыночные исследования как отрасль. К тому же это было очень медленно.