Восемь секунд удачи - Артем Каменистый

– Давай ближе к делу: зачем пришел? Решил сам меня продать, чтобы ни с кем не делиться?

– Ты о том типе, который хочет выкупить тушку какого-то новичка, по описанию охрененно похожего на тебя? Зря ты такое обо мне подумал, я ведь пиво пью, а не людьми торгую.

– Тогда зачем влез? Что тебе от меня надо?

– Мне? Мне от тебя ничего не надо. Пока что, не надо. Я так... просто мимо проходил, шум услыхал, дай, думаю, помогу новичку, пока его злые дяди не обидели. Не веришь, что ли? А все так и было. И за доброго человека меня не держи, я ведь всегда себе на уме. Ты не забыл, что Системе нравится, когда новичкам помогают? Вот то-то. И учти, что я и дальше мимо тебя ходить буду, иногда, так что, прекращай уже теребить пистолет. Не поможет он тебе, да и смысл? Я тебе не враг.

– Мимо ходить? Зачем я тебе?

– Сейчас незачем. Сейчас ты мелкий, да и непонятный. Мутный какой-то, никак тебя прощупать не могу. Но в тебе, Читер, есть потенциал. Определенно, есть. Ты хоть понял, что тут, вообще, было? По глазам вижу, что понимание неполное. Вон, посмотри на Мафу. Ты, когда на спину прилег, на прицеле у него был, а он ведь стрелять не стал. Он сразу усек, что осколки мелкие далеко не достают и не захотел стоять к тебе ближе всех, когда шарахнет. Метнулся назад, да только не повезло ему, ох как не повезло, такое только в кино увидеть можно. Грязно здесь, фрукты разные, вон, во всей улице раскиданы, и никто не убирает. Наступил Мафа даже не на шкурку от банана и даже не на банан. Он на целую связку бананов на всей скорости наступил. Поскользнулся и грохнулся, да так неудачно, что затылком об асфальт приложился. Смотрим дальше. Вон Фанат валяется. Фанат у нас стрелок известный и быстрый. Не захотел тебе, придурку, сразу руки калечить, оставил это дело не потом. Ему, главное, гранату от тебя убрать, чтобы не искать тебя потом по другим кластерам, вот и стрельнул в нее. Но, ты удивишься, Фанату тоже не повезло. Промахнулся самую малость, пуля мимо прошла. Видишь забор? Он деревянный, на деревянных столбах. Но один столб – исключение, он не из дерева. Кусок швеллера стального вкопали – надежная штука. И ты представь себе, пуля не в доски ударила, и не в столб деревянный, она на всем заборе выбрала единственную стальную деталь, срикошетила от нее и полетела точно назад. И прикинь, на этот раз, наконец, попала в гранату, да так удачно, что ту откинуло, и упала она уже за Мафой. Дикий, Фанат и Глок помчались в разные стороны, но, ты прикинь, тут им, конкретно не повезло, причем, всем одновременно. У такой гранаты есть два положения запала. В первом, она взрывается через четыре с половиной секунды, так что, даже с половиной этого времени можно успеть прилично умчаться, если скорость и реакция прокачаны. Но прокачка ребятам не помогла, потому что пуля что-то там накуролесила в запале, и он сработал сразу, как только граната асфальта коснулась. Как тебе этот набор совпадений? Нормально?

– Бывает и не такое... – сказал Читер, не зная, что еще можно ответить.

– Бывает, согласен, но странно все это. Люди падают на бананах, пули летят мимо, гранаты отскакивают туда, куда надо и взрываются тогда, когда надо. Говоря надо, я имею ввиду, что это тебе надо. И да, есть еще один момент. Он важный. В тебя, везунчик ты наш, ни один шарик не попал. А знаешь, почему? Да потому что Мафа был настолько любезен, что положил свою тушку между тобой и гранатой. Взгляни на его спину, пока он не рассыпался на пыль. Видишь? Там места живого нет. Расхерачило парня конкретно, будто в него неделю из дробовика палили. А ведь, все это добро летело в твою сторону. Вот уж свезло, так свезло. Да, Читер?

– И что? Ты везучих никогда не видел? – пробурчал тот, поднимаясь.

– Я всяких видел. Я даже таких видел, что к ночи лучше не вспоминать... да и днем нежелательно. Но то, что я видел сейчас, это никакая не удача. Это, Читер, сама Система кидалась тут гнилыми бананами, ботовскими гранатами, рикошетившими пулями и даже Мафой. Тебе, счастливчику, даже ухо не оторвало, а только поцарапало. Ты, Читер и правда какой-то читер. И очень даже может быть, ты именно тот человек, который мне нужен. Я говорю не о твоих фокусах, я о тебе, как о человеке. Человек, Читер, это, здесь, самое главное. После пива, конечно.

– Что-то я тебя, вообще, не понимаю. Похоже, пива ты сегодня уже перебрал.

– Да ну что ты, у меня день трезвости, даже пятнадцать банок не успел раздавить. Тяжеловато было за тобой присматривать и заодно, этим неудачникам на глаза не попадаться, так что, на любимое занятие времени не оставалось. Тебе, кстати, пора отсюда сваливать. У Глока умение есть, он им на время мертвяков от нужного места отваживает, да только время это быстро выходит, а мы здесь сильно нашумели. Ты сам все понимаешь, не первый день живешь.

Читер, кивнув, подхватил рюкзак, взвалил на плечо, а Март добавил:

– Но, пока не ушел, скажи, каково это?

– В каком смысле?

– Ты же только что десятый уровень апнул. А десятый, это десятый. Получается, новым человеком стал, с повышенным интеллектом, с новым умом и новыми жизненными желаниями. У тебя теперь все новое. Чем дальше заняться планируешь?

– На восток пойду.

– Да? А почему не на запад?

– Потому что Няша на востоке.

Голос Марта изменился, в нем проявились интонации психиатра, разговаривающего с самым запущенным пациентом:

– Братишка, да ты что, до сих пор не выкинул из головы эту курицу?

– Я, кажется, уже просил тебя не высказываться о ней такими словами.

– Читер, да ты оглянись, баб вокруг полно. Ты ведь везунчик, а бабам везунчики нравятся. Один не останешься, выбирай, на любой вкус, забудь уже об этой подруге, она слишком далеко и она просто одна из баб. Ни одна баба столько не стоит.

Подхватив лук, Читер, не оглядываясь, пошел назад, к котловану, за которым зеленела лесополоса. Там начинается знакомая тропа, по ней можно быстро и незаметно убраться подальше от города, пока зараженные не набежали.

Март, уставившись ему вслед, негромко, но так, чтобы тот услышал, произнес:

– Похоже, ты и правда тот, кого я искал.

– И кого же ты искал? – поинтересовался Читер, не оборачиваясь.

– Придурка, которому можно доверять. Кажется, я его нашел.