Тайны рыболовной дипломатии - Вячеслав Зиланов

В этом участке рыбопромысловый флот СССР вылавливает около 150 тыс. т рыбы, в том числе: минтая – 100, сельди – 20–30, трески – 5, палтуса – 4–5 и камбалы – 3 тыс. т.

Учитывая вышеизложенное, советская сторона ожидает, что американской стороной при выделении общей квоты вылова рыбы для советских рыболовных судов будет учитываться объем вылова, теряемый нашими судами в этом районе».

Таким образом, советское политическое руководство в 1977 году по совершенно неясным причинам, не вступив в переговоры, начало отдавать США морские акватории в Беринговом море, где традиционно вел промысел наш дальневосточный рыболовный флот.

Возникает вопрос: что побудило опытное советское руководство и дипломатическое ведомство того времени (напомню, это было время Брежнева – Косыгина – Громыко) пойти на столь явно проигрышный для Советского Союза вариант, по крайней мере, в Беринговом море? И были ли альтернативы?

Касаясь первого вопроса, можно с большей долей вероятности предположить, что такое решение было принято руководством страны для того, чтобы закрепить морскую границу полярных владений в Чукотском море и в Северном Ледовитом океане. Считалось, что последнее окажется дополнительным аргументом при аналогичных переговорах с Норвегией по делимитации в Баренцевом море и западном секторе Северного Ледовитого океана, которые ведутся уже не одно десятилетие. Сейчас, по прошествии еще одного десятилетия, можно сказать, что этот шаг не оправдался, так как канва советско-, а затем российско-норвежских переговоров идет по особому руслу с учетом того исторического багажа, который имеется в отношениях между странами.

Что же касается альтернативных вариантов советско-американских предложений по делимитации, то они, естественно, были. Один из них – разграничение по срединной линии. Эта норма вытекает из международного права и часто применяется на практике в подобных случаях. Если же говорить о защите наших экономических интересов, особенно рыболовных, то правильнее было бы предложить США другой вариант, а именно: сохранить в Чукотском море и в восточном секторе Северного Ледовитого океана так называемую линию Конвенции 1867 года, тем более что она была установлена в точных координатах самой Конвенцией 1867 года.

Что же касается Берингова моря, то здесь следовало бы пойти на договоренности по установлению срединной линии для разграничения 200-мильных зон. Именно такую позицию и занимали в то время рыбаки-дальневосточники и руководство бывшего Минрыбхоза СССР. Как участник переговорного процесса с американцами в первой его половине замечу: такую линию мы и вели, пытаясь склонить к этому делу и американцев.

Однако впоследствии, под давлением специалистов-международников МИД СССР и требований партийной и государственной дисциплины, за основу были приняты американские предложения о разграничении, и рыбакам не оставалось другого выхода, кроме как попытаться все же отстаивать свои экономические интересы в условиях этого невыгодного для страны политического шага.

Начало уступок

Таким образом, не сев даже за стол переговоров, руководители нашего государства передали американцам в 1977 году важный для отечественного рыболовства район, но была заявлена все же компенсация в объеме 150 тыс. т рыбы ежегодно. Вплоть до 1981 года США выделяли нашим рыбакам квоту на вылов рыбы в своей зоне в Беринговом море, что воспринималось нашей дипломатией и рыболовным ведомством как компенсация за потери переданной им акватории. В последующем выделение квот прекратилось при введении США санкций в отношении СССР, связанных с Афганистаном. Кроме того, в ходе переговоров выяснилось, что при определении линии разграничения у сторон различное представление о ее прохождении. Советская сторона считала, что она должна проходить по локсодромии, а американская сторона – по ортодромии. В результате разного подхода создался спорный участок площадью около 15 тыс. кв. миль, который являлся с рыболовной точки зрения важным именно для нашего рыболовства. Американские рыбаки здесь не вели промысел.

По настоянию Минрыбхоза СССР с американцами вновь была достигнута устная, так называемая «джентльменская договоренность» на совместное осуществление в этих районах рыболовных операций, что устраивало наших дальневосточных рыбаков. Эта договоренность была достигнута в ходе неоднократных переговоров между мною как представителем рыболовного ведомства и главой американской делегации, послом Джоном Негропонте, а также с заместителем заместителя госсекретаря, послом Эдом Вулфом. Такая договоренность действовала без всяких осложнений почти четыре года и вполне устраивала обе стороны.

Однако и эта договоренность с 1 июня 1990 года была нарушена ввиду неожиданного подписания и немедленного временного введения в действие Соглашения 1990 года. Оно стало результатом договоренностей Шеварднадзе – Бейкера в июне 1990 года во время визита Горбачева в Вашингтон.

Более того, по окончательному тексту самого Соглашения 1990 года США уступался еще один участок – уже нашей 200-мильной зоны. В результате этого экономическая зона США оказалась в отдельных местах этого участка на 50 миль выше лимита, установленного международным правом. Наша же зона в этом районе была соответственно сокращена. Опять в потере остались дальневосточные рыбаки. Некоторые советские дипломаты, участвовавшие тогда в переговорах по этим вопросам, утверждают, что мы получили за это соответствующие компенсации в других районах, в том числе и в Чукотском море.

Возможно, что по дипломатическим канонам это и так, но в тех районах рыбы нет. К тому же в Чукотском море нам отдали то, что по Конвенции 1867 года нам и так принадлежало.

По Соглашению 1990 года американская сторона получила также значительные преимущества по площадям континентального шельфа в открытой анклавной центральной части Берингова моря, находящейся за пределами 200-мильных зон России и США. Ее участок составляет здесь более 46 тыс. кв. км, а участок, отошедший к России, – всего около 5 тыс. кв. км. Дипломаты вновь говорят, что это глубоководная часть, здесь маловероятны какие-либо ресурсы и т. д. Если это так, тем более следовало бы разделить этот район по справедливости: 50 на 50 для России и США. Видимо, все же здесь есть прицел на будущее.

Напомню, и Аляску в свое время считали «холодильником со льдом». Сейчас же суммой в 7,2 млн. долл. оценивается суточный улов только одних лососевых в прибрежных реках Аляски. Так что и по континентальному шельфу в открытой части Берингова моря положение России не выглядит равноценным и справедливым по отношению к соответствующим участкам, отошедшим к США. В самом тексте Соглашения многое неясно, включая и такое понятие, как морские пространства. Что это такое? Нет такого понятия в международном праве. Конвенция ООН по морскому праву 1982 года (ратифицирована парламентом России) устанавливает только такие понятия, как внутренние воды, территориальное море, исключительные экономические зоны и континентальный шельф. Нет в Конвенции никаких морских пространств.

Обращает на себя внимание также и то, что само название Соглашения 1990 года на русском и английском языках имеет весьма и весьма существенное различие. Они не аутентичны.