Научные сказки периодической таблицы. Занимательная история химических элементов от мышьяка до цинка - Хью Олдерси-Уильямс

Внешний облик здания не менее удивителен. Здание напоминает зубчатую тильду с отвесными стенами, со всех сторон заключенными в футляр цинкового параллелограмма. Узкие окна по диагонали прорезывают фасад, сталкиваясь друг с другом под самыми невероятными и абсолютно случайными углами, подчас создавая нечто, напоминающее разломанную звезду Давида или зигзагообразную тропу поисков и потерь.

Либескинд поясняет, что он выбрал цинк в качестве отклика на традицию, созданную Шинкелем, и как попытку создания некой гармоничной структуры с расположенным рядом Берлинским музеем, на окнах которого цинковые рамы. Однако существует и более глубокая символика этого металла, которая делает его выбор в данном случае особенно удачным. Как мне стало известно, в символике сновидений цинк ассоциируется с переездами. Значит, выбор цинка вполне оправдан для создания постройки, призванной запечатлеть вклад в немецкую культуру эмигрантов, которым вновь пришлось эмигрировать. Названная символика, вероятно, объясняется довольно поздним появлением цинка в истории химии, так что он не смог приобрести себе партнера в алхимическом танце, в котором металлы получали себе партнеров из планет солнечной системы. Медь, железо, олово и свинец – каждый из металлов связан с определенной планетой (в разных алхимических традициях с разными). Но цинк остался в одиночестве. Кроме того, цинк, как считается, символизирует движение к цели, что вполне подходит зданию, которое, по словам Либескинда, «всегда находится на грани становления».

Еще более очевидна связь цинка с церемониями защиты от распада и похорон. Когда Уильяма Дидса, журналиста, послужившего прототипом для главного героя романа Ивлина Во «Сенсация», послали освещать события войны в Абиссинии, все свои пожитки он положил в ящик из древесины кедра, обшитый цинком, чтобы отпугнуть муравьев. Цинк часто используют для обшивки гробов в качестве относительно дешевой и надежной альтернативы свинцу. Один из моих консультантов при написании этой книги, Андреа Селла, сохранил очень яркие воспоминания детства в Италии о подготовке к похоронам, которая сопровождалась звуком паяльной лампы, использовавшейся для запаивания цинка на гробе перед закрытием крышки. Немецкий художник Йозеф Бойс в ряде своих работ использовал цинковые ящики для хранения жира. Хотя наибольшего внимания критики удостоился именно жир, наряду с войлоком признаваемый наиболее значимым для Бойса материалом, цинк для него тоже очень важен, так как выбран прежде всего потому, что символизирует противоположности: яд и целительный бальзам, а также замок, который со временем неизбежно разрушается. В данном контексте здание, построенное Либескиндом, превращается в огромный саркофаг, метафорическую гробницу тел шести миллионов евреев, уничтоженных в годы Холокоста, а также и в средство сохранения памяти о них.

Цинк также используется для гигиенической транспортировки мертвых тел через государственные границы. Металл создает как бы двойной барьер. С одной стороны, он предотвращает проникновение загрязнителей, которые могли бы ускорить разложение тела, а с другой стороны, он способствует защите окружающей среды от загрязнения трупным веществом. В стихотворении Бертольта Брехта «Погребение подстрекателя в цинковом гробу» говорится об этом непроницаемом слое, который хранит зловещую тайну. Это стихотворение вместе с другим произведением Брехта «Борцам в концентрационных лагерях» было положено на музыку учеником Шёнберга Гансом Эйслером в его грандиозной «Немецкой симфонии». Эта симфония должна была исполняться на музыкальном фестивале в рамках Парижской всемирной выставки 1937 г., но нацисты своим давлением вынудили организаторов фестиваля предложить автору, чтобы вокальные партии заменили на вставки для саксофона и, таким образом, слова Брехта были выброшены. Эйслер, естественно, отказался вносить какие-либо изменения, и на фестивале было исполнено более раннее его произведение. «Немецкая симфония» впервые прозвучала лишь в 1959 г. Стихотворение Брехта начинается словами: