Космические бароны - Кристиан Дэвенпорт

NASA изучило оба предложения, рассмотрело все «за» и «против». У Маска уже сложились с агентством продолжительные отношения. NASA вложило в него миллиарды. Даже президент Обама дал компании свое благословение, пусть и неявным образом, посетив несколькими годами раньше площадку № 40. А Blue Origin еще не построила ракету, которую можно было бы запускать с 39A. Заяц ускакал далеко-далеко вперед в этом забеге. Медленное и упорное движение черепахи могло однажды позволить ей догнать его. Но пока она слишком отставала, и речь еще не шла о близком соперничестве. Маск выиграл без всякого труда, добавив исторический стартовый комплекс к длинному списку своих триумфов, куда теперь входила и победа над Безосом в их первом очном столкновении по серьезному вопросу.

На том дело и кончилось бы, но Безос не хотел сдаваться. Blue Origin попыталась оспорить разрешение и подала официальный протест, настаивая на необъективности критериев, использованных NASA при принятии решения. Компания заявила, что стартовый комплекс 39A должен стать «коммерческим космопортом», доступным сразу нескольким компаниям.

Чтобы усилить свою позицию, Blue Origin заручилась поддержкой фирмы United Launch Alliance, совместного предприятия Lockheed Martin и Boeing, она была главным соперником Маска и с удовольствием вступила в драку за дело, которое, как она прекрасно понимала, не может не настроить Маска против нее.

«Альянс» прыгнул с головой в очень милое и удобное партнерство с Blue. В браке по расчету сошлись опытный подрядчик с большой историей и инновации стартапа, не говоря уже о поддержке одного из самых богатых людей в мире. В заявлении для газеты SpaceNews «Альянс» обещал «и дальше делиться техническим опытом в области стартовой инфраструктуры с Blue Origin». Это, в свою очередь, означало, что у 39A может появиться несколько пользователей.

Эта компания заручилась помощью дружественных ей сенаторов, которые в письме администратору NASA Болдену заявили, что «запрет использования данного стартового комплекса для всех компаний, кроме одной, с неизбежностью поставит ее в монопольное положение, будет подавлять конкуренцию в космических запусках и приведет к росту цен»^[259].

Для Маска юридический протест выглядел как проявление зависти в отношении стартового комплекса. «Это раздражало, – говорил он позднее. – Они подали протест по 39A, хотя еще не запустили на орбиту даже зубочистки… Было абсурдно требовать, чтобы 39A досталась Безосу».

Сам протест, лоббирование в Вашингтоне и внезапный закулисный союз между «Альянсом» и Blue привели в ярость Маска, которого к тому же все больше беспокоили попытки Blue Origin перекупить его выдающихся сотрудников. Эшли Вэнс в своей книге, посвященной биографии Маска, рассказывал, что в SpaceX даже сделали фильтр для электронной почты, отыскивающий адресованные конкуренту письма.

Спор о площадке 39A не был первым столкновением двух компаний. В 2008 году SpaceX подала в суд на Мэттью Лемана, одного из уволившихся сотрудников, утверждая, будто тот нарушил условия контракта, а именно предоставил Blue Origin информацию, способствующую «попытке нанять многих сотрудников SpaceX со специфическими и детальными знаниями о проектных работах SpaceX и о большом объеме конфиденциальной информации, связанной с этими проектными работами». В иске далее говорилось, что Blue Origin «использовала крайние меры, желая убедить тщательно подобранных сотрудников оставить свои места в SpaceX и перейти в Blue Origin».

Иск был в итоге отклонен, но напряжение осталось, и теперь спор за 39A привел к новой вспышке. В сентябре Маск выстрелил в сторону SpaceNews письмом, в котором разделал под орех своего новоявленного соперника и высмеял протест как «глупую попытку блокирования, смысл коей всем совершенно ясен». Конечно, Blue Origin существует уже десять лет, писал он, но за это время «не преуспела даже в создании надежного суборбитального корабля» ^[260].

«Следовательно, маловероятно, что они будут иметь успех в создании орбитального аппарата, соответствующего обязательным стандартам NASA в течение следующих пяти лет, на которые заключен договор аренды комплекса, – писал он. – Я не могу быть вполне уверен, имеет ли эта акция в своей основе преступное намерение, но в отношении мотивов ULA у меня таких сомнений нет»^[261].

В текст была вплетена насмешка, очень важная для Маска, хотя большинство читателей ее могло и не заметить. Он указывал снова и снова: ракета New Shepard компании Blue делалась как суборбитальная и потому не имела мощности, сравнимой с построенными им носителями. Последние могли достигать орбитальной скорости, то есть скорости, достаточной для преодоления оков притяжения Земли, и остаться на орбите. В отличие от них, New Shepard могла лишь подняться и затем опуститься, словно подброшенный в воздух мяч.

«Здесь нет предмета для спора, – продолжал Маск, – зато есть простой способ установить правду: надо просто признать, Blue блефует. Если каким-то чудесным образом они в течение пяти следующих лет выйдут с кораблем, который соответствует требованиям NASA к пилотируемой технике и способен стыковаться к МКС, для чего, собственно, и предназначена площадка 39A, мы с радостью учтем их потребности. Но если честно, я думаю, что больше шансов обнаружить единорогов, танцующих в газоотводе».

Единороги в газоотводном лотке. Хотел он этого или нет, но подобное заявление звучало призывом к сплочению собственной команды, любующейся смелостью своего шефа. Однако была у ситуации и ироническая сторона: Маск относился к Blue точно так же, как десятилетием раньше к нему относились Boeing и Lockheed, когда ему приходилось заявлять протест за протестом, пытаясь проникнуть на рынок. Старые подрядчики высмеивали SpaceX, они говорили, что та «кусает их за ноги» и не является серьезным соперником, ведь не имеет проверенной в деле ракеты. Blue могла бы ответить на шпильки Маска, объявив о собственной разработке орбитальной ракеты, того самого «Очень большого брата», и о создании новых источников тяги – построенных своими силами двигателях. Однако она не клюнула на приманку. В ответ на наезды Маск получил все то же маниакальное дисциплинированное молчание.

Безос придерживался своего же совета, прописанного в письме об основании компании Blue десятилетием раньше: «Будь черепахой, а не зайцем».

Победоносная SpaceX немедленно начала работу над обновлением 39A. Космический центр имени Кеннеди оставался для космоса тем же, чем Белый дом для политики. Однако теперь одна из его жемчужин была украшена корпоративным знаком – огромным логотипом SpaceX на боковой поверхности огромного складского здания. Компания еще не достигла Марса, но сумела водрузить свой флаг на одном из самых священных мест Космического побережья Флориды.