История величайшего изобретения. Как начинался язык - Дэниел Эверетт

Рис. 26. Расширенное двойное членение — составление предложения.

Знание грамматики, необходимое каждому говорящему, — это просто знание инструкций по соединению слов в предложения. Простая грамматика для этого условного языка может быть такой: выбери один парадигматический заполнитель и помести в соответствующий синтагматический слот.

Пользуясь набором символов, которые нужно располагать в определенном порядке, первые люди могли перейти к практическому использованию «слотов» и «заполнителей» — не такой уж это большой когнитивный прыжок. Это основы любой грамматики.

Все это впервые описал лингвист Чарльз Хоккет в 1960 г.^[137] Он и назвал сочетание бессмысленных элементов для формирования имеющих значение элементов «двойным членением». Когда у людей есть символы в сочетании с двойным членением, двойное членение расширяется и получает парадигматическую и синтагматическую организацию, как показано на приведенной выше схеме. При этом мы вплотную подходим к человеческому языку. Необходимо еще два компонента: жесты и интонация. Вместе они дают полноценный язык — символы плюс жесты и интонация. Однако здесь основной упор приходится на двойное членение. Когда люди организовывают символы, они естественным образом начинают разбивать их на более мелкие единицы. Таким образом, например, слово «cat» — это символ, организованный горизонтально или синтагматически, как слог — «c-a-t». Но также очевидно, что слово «cat» одновременно организовано вертикально. То есть человек может заменить «с» на «p» в слове «cat» и получить слово «pat». Или можно заменить «t» на «d» и получить «cad»^[138]. Другими словами, у «cat» три слота, c-a-t, и заполнители для каждого слота — это английские речевые звуки.

Следовательно, слог сам по себе уже является важным элементом развития двойного членения. На распределение фонем, облегчающее их восприятие, влияет набор естественных ограничений. У этого набора ограничений есть другие функции, но для наших целей важнее всего то, что он является опорой восприятия, основанной на сопоставлении возможностей ушного и речевого аппарата, которое выработалось в ходе эволюции человека. Нам необязательно воспринимать его как заранее заданную психическую категорию. Если очень сильно упростить понятие слога, то можно сказать, что он связан с организацией звуков речи в определенном порядке. В большинстве случаев предпочтительный порядок таков: слева направо звуки выстраиваются от менее громкого к самому громкому и опять к тихому. Таким образом, звуки в каждом слоге легче всего услышать. Это еще один вариант сцепления звуков и слов, которое помогает нашему мозгу отслеживать, что происходит в языке. Это свойство называется сонорностью. Если упростить, то чем громче звук, тем выше его сонорность. Согласные менее сонорны, чем гласные. А среди согласных некоторые менее сонорны, чем другие (хотя к нашей теме это напрямую не относится)^[139]. Таким образом, слоги — это компоненты речи, в которых отдельные слоты создают эффект крещендо-декрещендо, где ядро (центральная часть) является самым сонорным элементом (обычно это гласный), а периферия — менее сонорным. Это видно на примере слога bad. Для английского это приемлемый слог, потому что b и d менее сонорные, чем а, и находятся на периферии слога, тогда как а — наиболее сонорный элемент — стоит в нуклеарной, или центральной позиции. А вот слог bda для английского не подойдет, потому что после не слишком сонорного звука — b — идет еще один не слишком сонорный звук — d, то есть повышения сонорности не происходит. Из-за этого его сложно расслышать, сложно различить b и d, когда они расположены вместе на периферии слога.