Сверхъестественное. Как актеры и фанаты помогли друг другу уничтожить внутренних монстров - Линн Зубернис

Для тех, кто не знаком с погодой в Техасе, позвольте мне рассказать вам: в Техасе ЖАРКО! Особенно летом после полудня. Фестиваль начался поздно днем, и наша очередь выхода на красную ковровую дорожку выпала на закат, который, казалось, был особенно эффектным в этот день. Когда я нервничаю, то могу вспотеть даже при снежной погоде. Поэтому можно с уверенностью сказать, что для человека, который страдает тревожностью, одет в застегнутую на все пуговицы рубашку, смотрит прямо на солнце, не появлялся на публике уже несколько недель и дает интервью на камеру, я изрядно вспотел за время своего тридцатиминутного выхода на красную дорожку. Так сильно, что мне дали футболку, чтобы я надел ее поверх своей рубашки. Да уж, весело… (Я все еще храню ту футболку и гордо ношу ее. Там написано «Я [изображение штата Техас] ТВ», так что это похоже на «Я люблю ТВ», но с моим родным штатом.)

Мероприятие прошло без сучка и задоринки. Для меня было действительно важно находиться на сцене с людьми, которые были ответственны не только за то, чтобы дать мне мою первую настоящую работу в индустрии, но и за то, чтобы пригласить и поддерживать как меня лично, так и мою карьеру. Кроме того, было очень приятно не быть в центре внимания и иметь возможность праздновать вместе с другими актерами и сценаристами на сцене. Я думаю, что предпочел бы купаться в свете чужого прожектора, чем быть в центре внимания (и не только потому, что это заставляет меня потеть!).

Символично, что это мероприятие казалось мне новым началом. Шансом начать с чистого листа. Первоначально я работал над «Девочками Гилмор», будучи семнадцатилетним ребенком из Техаса, и я понятия не имел, как заботиться о себе или дать себе то, что действительно было нужно. Но теперь же я потратил довольно много времени, работая над тем, чтобы мне было комфортно с собой, и я снова мог быть частью сериала «Девочки Гилмор», но с более подготовленным умом. Как будто мне дали шанс заново начать свою взрослую жизнь.

Еще один хороший знак.:)

После окончания фестиваля у меня оставалось еще совсем немного времени до начала съемок одиннадцатого сезона. Наш первый съемочный день должен был проходить в Ванкувере 7 июля, так что у меня был ровно месяц, чтобы отдохнуть. Как и в предыдущие недели перед фестивалем, я использовал свободное время, чтобы сосредоточиться на себе. На своей семье. На своем физическом и психическом здоровье. Я знал, что с момента начала съемок сезона у меня уже не будет столько времени, чтобы в полной мере провести интенсивную рефлексивную работу. Поэтому я был полон решимости использовать это время, чтобы вырасти как мужчина, муж и отец. Это казалось мне школьным заданием. Я отнесся к этому очень серьезно. Я знал, что мне придется действовать на опережение. Психическое здоровье и благополучие все еще очень сильно табуированы (к сожалению), поэтому люди могут смущаться или стыдиться признать, что им бы не помешала помощь, чтобы понять, почему их мозг иногда делает то или иное. Я напомнил себе, что если я хочу научиться правильно питаться, то должен проконсультироваться с диетологом; если я хочу достичь максимальной физической формы, я должен нанять личного тренера. На тот момент я хотел всестороннего развития, поэтому я общался с друзьями, семьей и профессионалами. Я читал книги и смотрел видео. Каждый божий день (без преувеличения) я делал сознательные усилия, чтобы хоть как-то укрепить свое психическое здоровье. И я очень рад, что это сделал. Я был поражен тем, как сильно мне нравился этот процесс. Я многое узнал о человеческой природе и о себе самом. Иногда это трудно – пытаться долго и пристально изучать себя. Но то, что я узнал и понял (со сторонней помощью), оказало неизмеримо положительное влияние на мою жизнь и мои отношения, включая мои отношения с самим собой.

Месяц пролетел незаметно (как всегда бывает, когда тебе хорошо!), и мне нужно было возвращаться в Ванкувер на съемки одиннадцатого сезона. Как я уже говорил ранее, мы начали снимать сезон 7 июля, во вторник, а в субботу и воскресенье должны были ехать в Сан-Диего на Комик-Кон! Помню, я подумал, как мне повезло, что у меня был месяц в Остине, чтобы провести его со своей семьей. Потому что тот график в значительной степени отражает то, на что похожи девять месяцев съемочного сезона: съемки в Ванкувере по будням и поездки на конвенции в выходные, чтобы поговорить о сериале с фанатами. Иногда (время от времени) я даже не хочу слышать слово «Сверхъестественное»!

Итак, прошло четыре съемочных дня, и я сидел в самолете, направляясь в Сан-Диего. Я прочитал свой сценарий и просмотрел расписание интервью на выходные. Я хотел убедиться, что готов ко всему, что от меня потребуется. И вот тогда меня захлестнула волна беспокойства. Мне пришло в голову, что я научился очень хорошо справляться со своими нервами и сомнениями, находясь в своем маленьком Остине, окруженный семьей и друзьями, и даже смог вернуться к работе в Ванкувере и непринужденно вести себя с коллегами, с которыми я провел так много лет, работая над «Сверхъестественным». Но сейчас все было иначе. Теперь я ехал в город, где у меня не было своей базы, где у меня не было тихого уголка, куда я мог бы забраться в случае приступа паники. Я ехал в город, который получает приток более 200 000 посетителей в неделю проведения Комик-Кона. Я направлялся туда, где на меня будут смотреть тысячи людей. Будут ли они осуждать меня? Не стали ли они думать обо мне хуже после моей не столь уж приватной борьбы? Найдутся ли среди зрителей люди, которые долго и упорно трудились, чтобы увидеть меня (и других) в Риме и Австралии, чьи деньги и время я потратил впустую? Как мне извиниться? Как я вообще мог начать извинения? Неужели мне придется просто подняться на сцену, улыбнуться и притвориться, что я не подводил тысячи поклонников? Черт, я бы тоже себя возненавидел. Что же мне делать???

Как я уже упоминал, самолет – это самое ужасное место для панической атаки.

Но я справился с этим. Я использовал некоторые из техник дыхания, которые я изучал и практиковал, и я смог прочитать несколько материалов, которые у меня имелись с собой и которые были особенными и личными для меня. Они очень помогают, когда я начинаю паниковать или чувствовать себя беспомощным. Я добрался до Сан-Диего. Субботний вечер я провел в компании друзей и коллег, с которыми еще не имел возможности повидаться лично, и постарался лечь спать в разумное время, чтобы быть в лучшей форме для мероприятия. Мой опыт участия в Комик-Коне всегда похож на ураган: интервью за круглым столом и красные дорожки, фотосессии и встречи, Nerd HQ и, конечно же, Зал Н, самый большой зал в Конференц-центре Сан-Диего.

А теперь для тех из вас, кому не посчастливилось лично побывать в зале Н, позвольте мне сказать вам, что это впечатляющее зрелище. Эта комната кажется настолько большой, что в ней спокойно может взлететь самолет, облететь ее внутри и приземлиться. Она просто огромна. И это было ужасно. Мне сказали, что зал вмещает более 6000 человек, не считая стоячих мест. И мне нетрудно было в это поверить.

Достаточно сказать, что я очень нервничал. Мои тревоги и неуверенность в себе снова начали всплывать на поверхность. Мне предстояло встретиться лицом к лицу с более чем 6000 людей, которых я подвел. И я не знал, как извиниться. Кроме того, я не хотел брать микрофон и начинать говорить о своих личных проблемах. Это была своего рода безвыигрышная ситуация.