Как сильно ты этого хочешь? Психология превосходства разума над телом - Мэт Фицджеральд

Но и окончив университет, Бернард удивил многих, оставшись с Ли и тренируясь в весьма щадящем, по меркам ведущих бегунов, режиме. В отличие от многих сверстников он бегал только один раз в день и каждую осень устраивал себе пятинедельный отдых от тренировок. Такая сбалансированная формула обеспечила атлету рекордные достижения, в том числе 11 медалей на чемпионатах мира в период с 2001 по 2014 год и олимпийские медали в 2000 и 2004 годах. Каждый год Бернард улучшал результаты без увеличения тренировочных нагрузок, показав минимальное за свою карьеру время 12.53,60 на 5000 метров в возрасте 36 лет, а через три года став самым возрастным медалистом чемпионатов мира на средних и длинных дистанциях, выиграв серебряную медаль на дистанции 3000 метров в помещениях.

В интервью, данном в 2011 году сайту Flotrack, Бернард объяснил свое спортивное долголетие умеренностью в тренировочных нагрузках: «Мой тренер всегда повторял: “Нам не нужны бесполезные мили. Нам нужно ровно столько миль, чтобы тебе от них была польза”. И мой организм как нельзя лучше отвечал на такой подход к тренировкам. К концу каждого сезона я чувствовал: я все еще могу, я бегу, потому что не сжигал себя нагрузками».

Как же таким атлетам, как Бернард Лагат, удается избежать ловушки поиска спасения в повышенной нагрузке, тогда как другие, такие как Пола Ньюби-Фрейзер, попадают в нее? Исследования Майкла Махоуни из Калифорнийского университета и других ученых показали, что определенные личные (или адаптационные) характеристики гораздо чаще встречаются у атлетов, которые готовы позволить себя перетренировать. Одна из таких характеристик, что, наверное, неудивительно, – поведенческая персеверация^[77], другая – перфекционизм.

Психологи различают два вида перфекционизма: адекватный и неадекватный. Адекватный перфекционизм – это тот неугомонный ум, который положительно влияет на результаты. Неадекватный перфекционизм, напротив, часто заводит атлетов в ловушку саморазрушительного поведения, такого как перетренировка. Установлено, что этот вид перфекционизма – результат низкой самооценки и тревожности. Атлеты, считающие себя недостаточно эффективными, склонны к перетренировке, поскольку стремятся доказать свою ценность. Уверенные в себе атлеты в большей степени способны проводить свои тренировки на основе анализа внутренних ощущений.

И Бернард Лагат, и Пола Ньюби-Фрейзер относятся именно к такой группе атлетов. Бернард, как сказал бы любой человек, общавшийся с ним лично, буквально излучает веру в себя. Однако Пола всю свою жизнь боролась с чувством тревоги. Недостаток веры в себя подтолкнул ее к разрушительному эксперименту 1995 года, и она это знала. «Родители и школа превратили меня в ходячий архетип отличницы, – призналась она в интервью 2010 года сайту slowtwitch.com. – Я пришла из совсем иной культуры. У меня на родине, в Южной Африке, каждый провал беспощадно выставлялся на всеобщее обозрение. Ты просто обязан был соответствовать самым высоким стандартам. Моя мама была яркой личностью, и я постоянно чувствовала себя неуютно. Мне казалось, что я недостаточно хороша. Меня не покидало чувство, что я никогда не доживу до того, чтобы стать достойной моих родителей. Даже если что-то получалось хорошо, я думала: “Вряд ли я смогу сделать это снова”. Я не считала, что мои успехи [в триатлоне] случайны. Это не были единичные прорывы. И все же какой-то тихий голосок внутри повторял, что это может быть не так».

Адаптационный навык, способный спасти атлета от перетренировки, – доверие к себе. Атлет должен основывать свои решения увеличить или уменьшить нагрузку на посланиях, полученных от собственного тела, а не на том, что делают другие атлеты и не на страхе перед отдыхом. Это может оказаться нелегким делом для тех, у кого недостаточно развита такая адаптационная характеристика, как вера в себя, однако понимание психобиологической динамики перетренировки – ее истинной причины и способов преодоления – облегчает ситуацию. Если Поле Ньюби-Фрейзер суждено было уйти из большого спорта и триатлона, ей по крайней мере следовало извлечь правильный урок из самого ужасного момента в карьере и начать верить в себя.

Пола желала уйти как можно дальше от триатлона после Ironman-1995. Это означало также необходимость покинуть Сан-Диего, ее новый дом и центр вселенной триатлона. Когда-то ей довелось прожить год в Лондоне, и она с теплом вспоминала то время. Она решила вернуться, сняла квартиру и провела месяц, просто катаясь на метро, посещая театры и совершенно забросив тренировки.

Время, проведенное в одиночестве – и вне границ ее привычной рутины, – дало Поле пространство для самоанализа. Эта рефлексия многое изменила и в ее эмоциях, и в сознании. Лондон не излечил Полу от тревожности (по ее признанию, с этим чувством она борется и по сей день), но позволил ей достаточно глубоко заглянуть в себя, чтобы понять, каким должен быть ее следующий шаг, – что чувствовалось правильным. Пола поняла, как ей повезло с карьерой профессионального триатлета: редкая и драгоценная возможность, от которой она еще не вполне готова отказаться. Вот только она больше не будет участвовать в гонках ради того, чтобы поразить окружающих или позволять чувству тревоги влиять на ее тренировки.

В начале 1996 года Пола объявила, что еще вернется на Кону, но «без особых ожиданий». Она отряхнула пыль с планов своих прежних, минималистских тренировок и нашла более подходящую напарницу для занятий – свою подругу Хезер Фур^[78]: чтобы подгонять Фур до своего темпа, Пола подстраивалась под напарницу. В свою очередь Фур, как более сильная бегунья, приноравливалась к Поле, когда они бежали вместе.

Эти перемены усилили погружение Полы в буддийские практики, к которым она уже давно питала интерес. Хотя она не занималась ежедневными медитациями, но читала много литературы о дзен и старалась совершенствоваться в самосозерцании, когда что-то делала одна – например, ухаживала за садом. Ей постепенно открывалось, что ее развитие как атлета тесно связано с личностным ростом.

«Конечно, я еще не готова сидеть часами и просветлять самые глубинные источники моей жизни, – рассказала Пола журналисту буддийского журнала Tricycle. – Я могу просидеть совсем недолго и поработать с более внешними вещами, но и здесь еще многое предстоит сделать».

Благодаря своим духовным исканиям она становилась более сконцентрированной на себе и меньше реагировала на внешние суждения и ожидания: эволюция, которая, по ее твердому убеждению, помогала ей как личности и, возможно, могла бы помочь как спортсменке.

Хотя описанные Полой шаги на этом пути могут показаться незначительными, даже ее публичные выступления – признак растущего понимания и принятия самой себя. На Гавайях она сидела перед телекамерой и давала интервью перед чемпионатом мира Ironman-1996, которое должны были показать во время трансляции соревнований по каналу NBC. Ее тон разительно отличался от выступления год назад.