Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили - Элейн Мазлиш

— Дорогая, у тебя два варианта: я могу купить тебе джип или спортивную машину, выбирай!»

* * *

«Мой четырехлетний сын Дэнни сидит на полу со своим другом Кристофером. Они играют в животных и понарошку дерутся. Внезапно драка перерастает в настоящую.

К р и с т о ф е р. Дэнни, хватит, мне больно руку!

Д э н н и. Это ты мне сделал больно!

К р и с т о ф е р. Пришлось! Ты прижимал мою руку к полу.

Д э н н и. Это мне пришлось, потому что ты прижимал мою руку к полу.

Я решила, что пора вмешаться, но не знала, что сказать.

Д э н н и. Подожди минутку. (Он сел на корточки и начал думать.) Кристофер, у нас два варианта. Мы можем играть в животных и не прижимать к полу руки друг друга… Или мы можем не играть в животных, а играть во что-нибудь другое. Что ты выбираешь?

К р и с т о ф е р. Давай играть в другую игру.

И они побежали на улицу! Я знаю, в это сложно поверить, но это действительно было именно так».

* * *

«Однажды после завтрака я пошла по направлению к комнате моей дочери, думая о том, что еще я могу сделать вместо чтения лекции по поводу оставленного на столе молока. Но меня опередил мой восьмилетний сын, который уже оказался у ее двери и произнес такую фразу:

— Молоко становится кислым, если его не поставить в холодильник.

К моему большому удивлению, дверь открылась, и из нее вышла моя дочка (шесть лет), которая сразу направилась в кухню, чтобы убрать молоко».

* * *

«Я была в гостиной и случайно услышала разговор между моей дочерью десяти лет Лиз и ее подругой Шерон, которая обшаривала кухонный шкаф в поисках еды.

Ш е р о н (плаксивым голосом). Я проголодалась. Почему твоя мама держит всю еду так высоко? Она никогда не кладет ее так, чтобы вы могли ее достать.

Лиз. Шерон, в нашем доме мы никого не осуждаем. Просто скажи мне, чего ты хочешь, и я тебе достану.

Я стояла там и думала: ты стараешься и стараешься и никогда не знаешь, достигла ли ты цели, а в один прекрасный день понимаешь, что достигла!»

* * *

«Важная вещь, которую я почерпнула из вашей книги, заключается в том, что вполне нормально злиться, если ты никого не обижаешь этим. Раньше я всегда старалась сохранять спокойствие и все держала в себе. Это кончалось тем, что я кричала, а потом сожалела об этом. На самом деле потом я начала довольно рано сообщать детям о том, что нервничаю, или теряю терпение, или мне просто нужно побыть одной. Вчера мои усилия вознаградились.

Вчера я ходила по магазинам с Райаном, моим тринадцатилетним сыном, который вымахал за лето, и ему нужна была новая зимняя куртка. Мы зашли в два магазина, но ему ничего там не понравилось. Мы направлялись к третьему, когда он предложил:

— Пойдем домой.

Я. Когда резко похолодает, тебе нечего будет надеть.

Р а й а н. Мам, пожалуйста, я хочу пойти домой.

Я. Но Райан…

Р а й а н. Мам, я хочу сказать тебе! Я чувствую, что портится настроение, и не хочу потом сорвать его на тебе.

По дороге домой я чувствовала такую гордость и понимала, что обо мне заботятся. Спасибо за то, что дали мне и моим мальчикам способ защитить друг друга, когда мы уже готовы «выйти из себя».

* * *

«Последний месяц я посещала ваши занятия «Как говорить…». Недавно у меня с моим восьмилетним сыном состоялся разговор, которым я хочу с вами поделиться.

Эрик (выходя из школьного автобуса). Угадай, что сегодня случилось во время перемены?

Я. Я тебя внимательно слушаю.

Эрик. У Майкла были неприятности, потому что он ударил кого-то, и миссис М. накричала на него. Он начал плакать, а она назвала его ревой.

Я. Ты, наверное, переживал за Майкла.

Эрик. Да, я положил руку ему на плечо вот так.

(Он кладет руку на невидимого мальчика и похлопывает по невидимому плечу.)

Я. Готова поспорить, это улучшило его настроение.

Эрик. Угу, миссис М. нужно пойти на те занятия, которые ты посещаешь.

Я уверена, что новый способ разговаривать с сыном и слушать его помог ему стать более чутким человеком, который не будет стоять в стороне, если видит несправедливость».

* * *

К настоящему моменту мы рассматривали детей, применяющих навыки. В этом последнем письме женщина описывает ее собственный опыт перенимания нового языка.

«Поскольку я сижу сейчас и плачу от радости, откровения и гордости, я должна написать вам и сказать спасибо. Тысячу спасибо. Сегодня я осознала, как сильно я изменилась, как много я реализовала на практике. Это был незначительный случай. К моему сыну трех лет приехал девятилетний двоюродный брат. Он показал моему сыну, как сложить доски, чтобы добраться до верхушки забора. Я выглянула из окна и очень спокойным и дружелюбным тоном сказала:

— Эй, я вижу неустойчивую и небезопасную кучу досок. Забор нужен не для того, чтобы на него залезать. Спуститесь, пожалуйста, на землю.

Затем я ушла. Через пару минут я снова выглянула в окно и увидела, что они разобрали кучу досок и начали играть во что-то другое, более безопасное!

Меня внезапно поразило, что я добилась большего, чем желала (просто чтобы они отошли от досок), без того, чтобы:

1) сначала подумать, какой навык применить. Слова сами потекли;

2) кричать как потерпевшая — результат того, что меня охватывает страх, когда я представляю, что с моим ребенком случилось что-то плохое;

3) физически вмешаться. Даже после того, как я произнесла свою фразу, было не очень рационально покинуть место действия. Но это случилось. Я просто отошла и позволила им самим решить, что делать. Я так не произвольно сделала это, что даже не осознала, пока это не произошло и пока не села писать это письмо! Я действительно учусь! Я действительно учусь! Ура!»

«Впоследствии я думала об этом и не хочу даже сообщать, как бы я отреагировала на эту ситуацию всего лишь год назад. И я чувствую досаду. К тому же мне больно думать о том, какой была бы жизнь моего ребенка без ваших книг. Вы подарили таким, как я — педантам, трудоголикам, взрослым детям алкоголиков, — невероятную возможность общения с любимыми детьми без осуждения и критики, но с любовью.

Мы с мамой недавно заплакали, когда она поняла, как она с нами разговаривала, когда мы были детьми: «Когда я слышу, как ты разговариваешь со своим сыном, мне стыдно за то, как я разговаривала с вами». Я быстро прощала, а она быстро учится. Ею двигают добрые чувства, которыми родители или бабушки и дедушки наслаждаются, добившись успеха.