Парадокс добродетели - Ричард Рэнгем

Одомашнивание расширяет окно социализации. Трут с коллегами обнаружили, что реакция страха в линии лисиц, отобранной по признаку низкой эмоциональной реактивности, развивается не через 45 дней после рождения, как у диких особей, а аж через 120 дней (четыре месяца). Окно социализации, таким образом, удлиняется более чем вдвое, в результате чего лисы из селекционной линии с большей вероятностью взаимодействуют с человеком без всякого страха. Как показала группа Людмилы Трут, природа этого эффекта педоморфная: у селекционных лисиц ювенильный признак (отсутствие страха) исчезает в более позднем возрасте, чем у животных дикого типа¹⁵.

Расширение окна социализации – только один из множества педоморфных признаков одомашненных животных. Все эти признаки объединены общим свойством: одомашненные животные сохраняют физиологические и поведенческие реакции молодых диких животных.

Закрытие окна социализации происходит в результате созревания физиологических систем стресса. Одна такая система – это ось гипоталамус – гипофиз – кора надпочечников, которая запускает реакцию организма на стресс, вырабатывая кортизол. Ось гипоталамус – гипофиз – кора надпочечников связывает гипоталамус (часть мозга) с гипофизом (который обеспечивает взаимодействие между мозгом и кровеносной системой) и корой надпочечников (часть надпочечных желез). Формирование реакции страха частично происходит в результате повышенной выработки стероидного гормона кортизола в надпочечниках, что, в свою очередь, происходит под влиянием активности гипоталамуса.

Уровень кортизола в крови легко измерить, и у прирученных лисиц он вырабатывается в поразительно малых количествах по сравнению с дикими лисицами. Всего через двенадцать поколений отбора на покладистость средний уровень кортизола в крови у взрослых животных снизился более чем вдвое. По прошествии двадцати восьми – тридцати поколений он снизился еще в два раза. Этот удивительно низкий базальный уровень кортизола у взрослых животных представляет собой педоморфный признак. Выработка кортизола у селекционных взрослых лис находится на том же уровне, что и у детенышей дикого типа¹⁶.

Конечно, в ответ на источник эмоционального стресса, например на приближение страшного незнакомца, уровень кортизола немедленно подскакивает у любой лисицы. Но даже этот скачок выражен заметно меньше у лис, отобранных по признаку дружелюбности. Система реакции на стресс у прирученных лисиц устроена примерно так же, как у детенышей дикого типа. Нужно ли говорить, что этот признак тоже педоморфный¹⁷.

Те же эффекты одомашнивания, относящиеся к окну социализации и оси гипоталамус – гипофиз – кора надпочечников, наблюдаются и у собак. У собачьих щенков окно социализации закрывается позже (в возрасте восьми – двенадцати недель), чем у волчат (в возрасте шести недель). Формирование реакции страха у щенков собаки происходит не так резко, как у щенков волка. У волков страх перед незнакомцами резко проявляется ближе к концу окна социализации. У собак же этот страх нарастает постепенно и полностью формируется только к трехмесячному возрасту. Кроме того, реакция на стресс у собак выражена не так сильно, как у волков, а надпочечники у них меньше по размеру¹⁸.

Другая важнейшая система реакции на стресс, связывающая симпатическую нервную систему с мозговым веществом надпочечников, пока плохо изучена у одомашненных животных. Однако исследования морских свинок позволяют предположить, что у них она тоже педоморфна, потому что базальный уровень ее активности высокий у диких животных и низкий у детенышей и одомашненных животных. Та же картина наблюдается и для серотониновой системы. Как мы уже говорили выше, серотонин – это нейромедиатор головного мозга, отвечающий в числе прочего за подавление реактивной агрессии. У черно-бурых лисиц молодые животные обычно имеют более низкий уровень серотонина, чем взрослые. Кроме того, как легко догадаться, уровень серотонина выше у селекционных лисиц, чем у животных дикого типа¹⁹. Таким образом, сохранение или более выраженное проявление таких ювенильных признаков, как приглушенная реакция страха и пониженная реактивная агрессия, по-видимому, типично для одомашненных млекопитающих.

Помимо изменений в системе реакции на стресс, для одомашненных животных типичен еще один набор педоморфных признаков: сохранение ювенильной формы тела в результате отбора на более безобидную внешность.

На ранних стадиях отбора одомашненные виды обычно меньше по размеру, чем их дикие предки. Как я уже упоминал ранее, мальчики, крупные и сильные для своего возраста, часто бывают более агрессивными – как в детстве, так и в более старшем возрасте. Это обычно объясняют тем, что крупные мальчики чаще побеждают в драках. Поэтому если бы мы проводили селекцию против агрессии у человека, то она была бы направлена на отбор мелких мальчиков, которые медленнее растут и, следовательно, более педоморфны по признаку скорости роста²⁰.

Лисы, собаки, мыши, морские свинки и некоторые другие животные – идеальные модели для изучения эффектов одомашнивания, потому что для каждого из них известен предковый вид и его можно сравнивать с одомашненными потомками. В тех линиях, где дикие предки исходно имеют низкую склонность к реактивной агрессии, связь предок – потомок прослеживается не так явно. Но, в полном согласии с теорией одомашнивания, педоморфные черты наблюдаются у всех этих животных.

Вспомним историю открытия бонобо. Череп взрослого бонобо похож на череп молодого шимпанзе. Многие характеристики черепа бонобо являются выраженно педоморфными²¹.

В биологии бонобо есть и другие аспекты, отражающие ту же тенденцию. По сравнению с шимпанзе развитие бонобо во многих отношениях замедленно. Это касается таких признаков, как рост скелета и увеличение массы тела, исчезновение детской доверчивости, улучшение способности к социальному подавлению и выработка гормонов щитовидной железы²².

Как я уже писал в главе 5, островные млекопитающие часто имеют пониженный уровень реактивной агрессии и обладают ярко выраженными педоморфными чертами. Несколько лет назад я ездил на остров Занзибар, чтобы посмотреть, можно ли организовать там изучение красных колобусов Кирка. Как мы помним, у этих колобусов педоморфная окраска лица: у них сохраняется розовый цвет губ, характерный для детенышей материковых красных колобусов. Череп у них тоже педоморфный. Я хотел проверить, не удастся ли обнаружить признаки педоморфизма также и в их поведении.

На входе в национальный парк висел плакат с информацией о красных колобусах Кирка. Там было написано: эти обезьяны уникальны тем, что продолжают сосать грудь матери гораздо дольше всех остальных приматов. Даже взрослые самцы, сообщал плакат, иногда сосут грудь взрослых самок. Трудно представить себе что-то более педоморфное! Позже приматолог Томас Штрузакер показал мне видеозапись этого удивительного поведения.

У красных колобусов Кирка очень слабо выражен половой диморфизм, и клыки у самцов меньше, чем у их континентальных сородичей. Но мы до сих пор не знаем, характерна ли для них пониженная реактивная агрессия. Есть на что обратить внимание исследователям!