Создавая мир без бедности. Социальный бизнес и будущее капитализма - Алан Жоли

Ответ я дал сразу: «А почему бы вам не подумать о вложении денег в социальный бизнес? У вас останется возможность в будущем, когда ваши деньги вернутся, потратить их на что-то другое. Или же вы можете пожертвовать деньги специализированной некоммерческой организации, созданной для инвестирования средств в социальные бизнес-проекты. Та к сделал, например, Фонд Green Children, перечислив средства в Фонд здравоохранения Грамин. Объявите конкурс заявок, и вы получите массу интересных и оригинальных предложений. С вашим миллиардом долларов можно очень многое сделать».

Как только фонды начнут считать социальный бизнес подходящим адресатом для финансовой поддержки, перспективы окажутся практически безграничными. Микрокредитование может стать весьма привлекательным социальным бизнесом. Здравоохранение, информационные технологии, возобновляемые источники энергии, природовосстановление, питание для бедных, а также многие другие направления деятельности послужат площадкой для создания интересных проектов социального бизнеса.

Итак, прекрасным источником средств для социального бизнеса могут стать благотворительные фонды. То же можно сказать о двусторонних и многосторонних донорах, если они создадут в каждой стране, которой оказывают помощь, специальные фонды социального бизнеса, предоставляющие основной капитал, венчурное финансирование и кредиты социальному бизнесу. Всемирный банк и региональные банки развития (Азиатский банк развития, Африканский банк развития и Межамериканский банк) могли бы учредить новые кредитные программы именно для социального бизнеса. Они способны предоставлять социальному бизнесу кредиты на тех же условиях и для реализации таких же проектов, что и государству, – на развитие инфраструктуры, возобновляемых источников энергии, здравоохранения, образования, микрокредитования и т. д. с единственной оговоркой, что проекты должны функционировать как социальный бизнес.

Кроме того, источниками средств для подобных предприятий станут и коммерческие кредитные организации. Учитывая, что социальный бизнес, как и максимизирующий прибыль бизнес, действует на основе самоокупаемости, у коммерческих кредитных институтов не будет никаких проблем с финансированием таких компаний, и к тому же кредитные институты получат хорошую рекламу и улучшат свой публичный имидж.

И наконец, по мере необходимости будут создаваться новые виды финансовых институтов для обслуживания финансовых потребностей социального бизнеса: фонды социального венчурного капитала, социальные паевые фонды, и, конечно же, полноценный социальный фондовый рынок. Каждый из них будет представлять собой механизм привлечения частного и корпоративного капитала в помощь социальному бизнесу. Финансовые рынки уже давно и успешно развивают эффективные способы финансирования бизнес-проектов, от коммерческих кредитов и размещения частных прямых инвестиций до продажи облигаций и IPO. Некоторые из существующих механизмов можно сразу же применить к социальному бизнесу, другие потребуют некоторой адаптации с учетом специфических особенностей такого бизнеса. Это интереснейшее направление инновационной мысли, и у меня нет никаких сомнений в том, что разработчики финансовых инструментов – «великие ученые» с Уолл-стрит с удовольствием возьмутся за решение этих новых и увлекательных задач.

Финансирование Грамин-Данон

Я был очень рад, когда Франк Рибу из Данон с энтузиазмом воспринял идею социального бизнеса и сразу же согласился объединить усилия для создания Грамин-Данон. Но я знал, что, как любой исполнительный директор публичной компании, Рибу отвечает не только перед собственной совестью, но и перед акционерами. Пока в Бангладеш полным ходом развивался проект, руководство Данон в Париже искало ответ на вопрос, с которым неизбежно придется столкнуться каждому управляющему БМП (бизнесом, максимизирующим прибыль), принимая решение о создании социального бизнеса: что мы скажем в свое оправдание, когда акционеры спросят нас: «Как вы посмели вложить наши деньги в проект, не приносящий нам прибыли? Сделав это, вы превысили свои полномочия».

К счастью, руководству Данон пришлось заниматься решением этого вопроса задолго до нашего проекта. Франк часто напоминает членам своей управленческой команды о целях компании Данон, ссылаясь на знаменитое публичное заявление, сделанное его отцом Антуаном Рибу более 30 лет назад, когда он обращался к своим коллегам из французской Conference Board (независимой организации по изучению рынка): «Устойчивое создание экономических благ невозможно без одновременного развития личности и человеческого потенциала». Задолго до создания Грамин-Данон Эммануэль Фабер возглавил внутри Данон работу по встраиванию социально ориентированной деятельности в коммерческую жизнь компании. В течение нескольких лет Эммануэль вел дискуссии и споры о проблемах финансирования бизнеса с социальными задачами со своими друзьями – управляющими нескольких крупнейших американских и европейских пенсионных и паевых фондов, а также с финансовыми аналитиками и журналистами. Многие топ-менеджеры фондов разделяли взгляды Эммануэля на то, как неудовлетворительно организован сегодняшний капитализм. В свете существующей ситуации в мире они ощущали растущую потребность в новой форме бизнеса, который в большей степени отвечал бы социальным нуждам и не был направлен только на максимизацию прибыли.

Когда Эммануэль рассказал мне об этих дискуссиях, я с радостью узнал, что даже у лидеров мировых финансовых рынков появляются сомнения в том, все ли они правильно делают. «Меня это весьма обнадеживает», – сказал я ему. Он засмеялся и ответил: «Да, эти сомнения помогают мне двигаться вперед и не сдаваться. Мне всего 40 лет. По-моему, я еще достаточно молод, чтобы изменить этот мир!»

Эммануэль поведал мне, что уже не первый год пытается решить дилемму и найти удовлетворительную «гибридную» модель бизнеса. В ходе размышлений у него зародилась идея, отличная от бытующей в деловом мире концепции «двойного» или «тройного» итога деятельности, когда бизнес стремится достичь успеха не только по финансовым, но и по социальным и экологическим показателям. Возникшая у Эммануэля идея гибридной бизнес-модели состояла в том, что сознательным или приверженным социальной цели инвесторам можно предложить вложить деньги в создание конкретных социальных благ. Взамен инвесторы согласятся с первого дня зафиксировать получаемую ими норму прибыли согласно установленной политике компании по выплате дивидендов.

Эммануэль огорчился, когда я сказал ему, что не верю в гибридную бизнес-модель, как не верю и в двойной, тройной и даже учетверенный итог деятельности. Руководители компаний нередко идут на этот шаг в отчаянной попытке загладить чувство вины из-за того, что их озабоченности социальными проблемами не остается места в повседневной деловой суете. Другие компании продвигают гибридные концепции или идею тройного итога как пиар-ход и как способ упаковать приносящие прибыль проекты в привлекательную «обертку».

Как бы то ни было, судьба менеджера в бизнесе зависит от его ответа на единственный вопрос: «Сколько денег ты нам принес?» Если вы даете удовлетворительный ответ на этот вопрос, вам позволят поиграть во второй, третий и четвертый итоги. И аудитория на собрании акционеров будет с радостью аплодировать этой игре при условии, что вы уже сорвали громкую овацию своим ответом на первый вопрос.