Мой метод. Руководство по воспитанию детей от 3 до 6 лет - Мария Монтессори

Нормально развивающиеся дети повторяют это упражнение по нескольку раз, в зависимости от индивидуальных наклонностей. Некоторым это упражнение надоедает уже после пятого-шестого раза. А другие будут вынимать и переставлять цилиндры по крайней мере раз двадцать, с неизменным выражением крайней заинтересованности. Однажды, наблюдая за четырехлетней воспитанницей, которая в шестнадцатый раз повторяла одно и то же упражнение, я велела другим детям запеть, чтобы отвлечь ее, но она невозмутимо продолжала вынимать цилиндры, перемешивать их и снова распределять по гнездам.

С помощью наблюдения за детьми умному учителю не составит труда сделать интересные выводы об индивидуальных психологических особенностях своих воспитанников и в некоторой степени определить, как долго тот или иной стимул может привлекать внимание ребенка.

И в самом деле, в ситуации, когда ребенок учится самостоятельно и функция контроля и исправления ошибок перенесена на дидактический материал, учителю остается лишь наблюдать. Здесь он уже не столько педагог, сколько психолог, и это доказывает важность научной подготовки учителей.

Работая по моему методу, учительница преподает мало, но зато много наблюдает. Главная ее задача состоит в том, чтобы руководить психической активностью детей и направлять их физиологическое развитие в нужное русло. По этой причине своих учительниц я называю «директрисами», то есть руководительницами.

Поначалу это название у многих вызывало улыбку. Все спрашивали у меня, кем же руководит учительница, ведь у нее нет секретарей и нет учеников в обычном смысле этого слова, ведь нашим маленьким воспитанникам предоставлена полная свобода. Но под этим руководством понимается нечто гораздо более глубокое и важное: учитель руководит жизнью и душой ребенка.

Во-вторых, следует помнить, что воспитание чувств имеет целью утончение различительного восприятия стимулов путем многократных упражнений.

Существует определенная сенсорная культура, которая обычно не принимается во внимание, но является важным фактором в эстезиометрии.

Так, например, в тестах на определение умственных способностей, применяемых во Франции, или же в серии заданий, разработанной де Санктисом^[50] для диагностики степени умственного развития, нередко применяются кубики разной величины, расположенные на различном расстоянии друг от друга. Ребенок должен определить, какой кубик самый большой, а какой самый маленький, в то время как хронометр отмечает быстроту реакции – промежуток времени между тем, как было дано задание, и его выполнением. Ошибки при этом тоже учитываются. Но я еще раз повторю, что в подобных экспериментах забывается фактор культуры, под которой я понимаю сенсорную культуру.

В наших домах ребенка среди других дидактических материалов на развитие сенсорики имеется набор из десяти кубиков. Основание первого кубика равно десяти сантиметрам, а в остальных кубиках оно постепенно уменьшается на один сантиметр, так что в результате самый маленький кубик имеет в основании всего один сантиметр. Упражнение заключается в том, чтобы высыпать эти кубики (они, кстати, розового цвета) на зеленый ковер и затем выстроить из них башню: в основании нужно положить самый большой кубик, затем – чуть меньше и так далее, до самого маленького кубика в один сантиметр, который помещается на самом верху башни.

Малышу приходится все время осматривать разбросанные по зеленому ковру кубики, выбирая из них «самый большой». Эта игра особенно увлекательна для детей в возрасте двух с половиной лет. Соорудив башню, ребенок одним ударом своей маленькой ручки разрушает ее. Вид розовых кубиков, разбросанных по ковру, приводит малыша в восторг. Но, недолго думая, он снова начинает возводить новую башню, которую затем опять разрушит. И так по многу раз.

Если подвергнуть вышеописанным тестам одного из моих воспитанников в возрасте трех-четырех лет и какого-нибудь ученика первого класса обычной начальной школы (шести-семи лет от роду), то я не сомневаюсь, что ребенок, учившийся у меня, продемонстрирует более быструю реакцию и не сделает ни единой ошибки. То же самое можно сказать и о тестах на определение хроматического чувства и т. д.

Этот воспитательный метод должен быть интересен не только учителям, но и ученым, занимающимся вопросами экспериментальной психологии.

Подводя небольшой итог вышесказанному, стоит подчеркнуть, что наш дидактический материал делает возможным самовоспитание и закладывает основу для методического воспитания чувств. И это воспитание зиждется не на мастерстве учителя, а на самой дидактической системе. А она, в свою очередь, содержит предметы, которые, во-первых, естественным образом привлекают внимание ребенка, а во-вторых, предусматривают рациональную градацию стимулов.

Следует различать воспитание чувств и конкретные понятия, которые можно почерпнуть из окружающей среды посредством органов чувств. Кроме того, не стоит отождествлять воспитание чувств с изучением названий, описывающих то или иное явление, а тем более с освоением абстрактных идей, стоящих за данными упражнениями.

Вспомним, как ведет себя учитель музыки, дающий урок игры на фортепиано. Он показывает ученику, как следует сидеть за инструментом, дает ему понятие о нотах, объясняет соответствие между нотной записью и клавишами, придает правильное положение пальцам рук, а затем говорит ученику, чтобы тот самостоятельно проделал определенное упражнение. Если из этого ребенка хотят воспитать пианиста, то между вводными понятиями и собственно музыкальной игрой должен пройти долгий и требующий определенной усидчивости период упражнений на развитие гибкости пальцев и сухожилий, для того чтобы координация мускульных движений дошла до автоматизма, а сами мускулы окрепли благодаря часто повторяющимся упражнениям.

Добиться этого пианист сможет исключительно путем самостоятельной работы, и чем сильнее природная склонность к музыке побуждает его выполнять упражнения, тем вернее конечный успех. Тем не менее одних упражнений, без руководства учителя, будет явно недостаточно для того, чтобы ученик превратился в настоящего музыканта.

Директриса дома ребенка должна иметь ясное представление о двух составляющих работы в школе: с одной стороны, это руководство ребенком, а с другой – его самостоятельная работа.

Только после того, как эти понятия прочно закрепились в ее сознании, она может приступить к применению нашего метода, чтобы руководить самопроизвольным воспитанием ребенка и лишь время от времени вмешиваться и сообщать ему необходимые понятия.

Личный уровень мастерства педагога как раз и определяется тем, насколько своевременным и тактичным будет это вмешательство.